И еще два дня в общине с утра до вечера кипела работа!

Викинги, разделав кита и медведя, теперь коптили мясо на кострах, а также заготавливали его впрок, наполняя им вырытые в земле ямы.

– Когда оно хорошенько протухнет, это будет просто блюдо небожителей, – закатив глаза к облакам, произнес Рауд. – Говорят, сам Один спускается с небес, когда люди открывают ямы с жиром кита, приготовленным самой природой, чтобы насладиться его запахом.

Я невольно поморщилась.

Тело Лагерты отреагировало на эти слова положительно, у меня аж рот слюнями наполнился. А вот я сама содрогнулась от мысли, что буду пить тухлый китовый жир, причмокивая от удовольствия…

Ну, что делать. В мое время, помнится, будут весьма популярны интернет-мемы про сюрстремминг, исключительно вонючую рыбу, приготовленную по древнему скандинавскому рецепту – менее аутентичному, не в земле, конечно, но тем не менее при открытии консервной банки с этим «деликатесом» далеко не все мои современники могут сдержать рвотные позывы. А тут я стояла, можно сказать, у истоков специфической кухни викингов, при этом дав себе зарок – как бы ни облизывалось тело Лагерты на тухлятину, я, Валентина Андреевна Волкова, это есть точно не буду.

…Кстати, от вшей мою одежду муравьи очистили буквально за сутки. Осталось только ее постирать в горячей воде, чтобы заодно избавиться и от самих муравьев, набившихся в ее складки, – и я, можно сказать, свои шмотки продезинфицировала.

– А что ты делаешь, дроттнинг? – поинтересовалась любопытная Отталия, почесываясь при этом, как и все остальные жители общины.

Я рассказала.

– И что, телесные насекомые исчезнут? – недоверчиво спросила девица.

– Конечно. Только нужно будет то же самое сделать и со шкурами, на которых мы спим, а также опалить огнем кровати, полы и стены в длинном доме.

– Хорошая идея, – проговорил подошедший Тормод. – Но, пожалуй, мы займемся этим, когда приедем с ярмарки, потому что она начнется уже послезавтра. А нам надо еще собранный ячмень домолотить и мясо докоптить, чтоб было с чем на рынок ехать.

– Да ладно! Уже послезавтра? – удивилась я. – Я думала, что у нас есть времени еще с неделю примерно.

– Можно и через неделю туда отправиться, – кивнул старик. – Но тогда мы приедем к концу ярмарки и вообще ничего не продадим. Либо к тому времени сюда прибудут даны и заберут все бесплатно.

– Значит, нам надо поторопиться с лампами, – проговорила я.

– С чем? – не понял Тормод.

– С теми горшками, что сушатся в расселине между скал, – пояснила я.

…Обжигать невиданную продукцию взялись трое молодых парней, которые, несмотря на возраст, управлялись с печью довольно ловко: чувствовался опыт.

– Сыновья горшечника, – с гордостью в голосе произнес Тормод. – Отец их утонул несколько лет назад, но парни духом не падают и продолжают его дело. Справные вырастут воины. Мечом и копьем умеет владеть каждый викинг, а вот мастерство типа этого асы дарят не каждому…

Несмотря на сноровку сыновей горшечника, примерно четверть ламп растрескались в печи – наверно, все-таки надо было их подольше посушить на ветру, но время поджимало. Однако партия из шестидесяти четырех глиняных «чайников» была готова на следующее утро – по моей просьбе сыновья горшечника работали не покладая рук посменно, днем и ночью.

– Симпатичные получились, – проговорила Отталия, крутя в руках нашу продукцию. – А может, их разрисовать красками? Не знаю, зачем они нужны, но смотреться будут поинтереснее.

– Отличная идея! – улыбнулась я. – А теперь давайте посмотрим, зачем они нужны.

Я налила в лампу недавно вытопленный, еще теплый китовый жир, через глиняный носик просунула кусок тонкой веревки, предварительно хорошенько смочив его этим жиром, – и поднесла горящий факел к фитилю, немного торчащему из носика.

Веревка загорелась, дав ровный и довольно высокий огонек, которым в темноте вполне можно было осветить путь перед собой глубокой ночью.

Люди собрались вокруг поглядеть на невиданное чудо.

– Отличная придумка! – улыбнулся Ульв, отчего его страшный шрам на лице жутковато сморщился. – Горит лучше, чем просто веревка в плошке с салом, чадит меньше и светит дальше. Думаю, на ярмарке твое изобретение, дроттнинг, расхватают сразу.

– Их расхватают гораздо быстрее, когда я распишу их сюжетом из саги, – встряла бойкая Отталия. – Ну, той самой, где бог огня Логи выиграл в споре с Локи, съев быстрее него целое корыто мяса вместе с костями и самим корытом.

Видно было, что строптивая молодка прониклась моей идеей и действительно хочет помочь.

– Очень хорошая мысль, – улыбнулась я. – Только все их одинаково расписывать не надо. Пусть на одной будет тот сюжет, что ты сказала, на другой драккар, на третьей просто узор из полевых цветов.

– Конечно, дроттнинг, – расцвела от моей похвалы девушка. – Весь день и всю ночь буду работать, так что завтра к утру все будет готово.

Глава 34

– А далеко отсюда Каттегат? – спросила я.

Тормод задумчиво посмотрел на меня.

– Я заметил, что ты стала другой после того, как побывала в Асгарде, – произнес старик. – Будто забыла то, что знала Лагерта. Мне кажется, асы забрали ее из этого тела и оставили в нем лишь свою валькирию…

Я опустила голову.

У меня в голове оставались воспоминания прежней хозяйки этого тела, но они с каждым днем становились все более блеклыми. И я уже не совсем понимала, что из них есть настоящие воспоминания, а что клочки моих ночных снов, имеющих мало общего с настоящим.

– Ничего не говори, – произнес Тормод. – Смертным не надо знать о делах богов, которые их не касаются. Если что нужно узнать – поинтересуйся у меня. А если людям покажется странной твоя забывчивость, можно сказать, что она эхо ледяной болезни, которая, к счастью, покинула твое тело. И эти слова не будут ложью, ибо не твоя вина, что вы с Лагертой обе побывали за кромкой мира живых, но вернуться смогла лишь ты. Кстати, как твое настоящее имя?

– Валентина…

– Вальентьина… – с трудом, но почти правильно произнес Тормод. – Красивое имя для небожительницы. Но трудное для языка смертных.

– Можно просто Валя, – улыбнулась я.

– Валья… Созвучно с «валькирия», только покороче, – улыбнулся старик. И тут же вновь стал серьезным: – Но больше никому не говори то, что сказала мне. Люди чтут все, что связано с миром богов, – но при этом и боятся его. И из этого страха у некоторых не очень умных членов общины могут родиться дурные мысли. Иногда то, что знаешь, лучше держать внутри себя. Просто чтобы не навредить и себе, и другим.

– Мне и общине очень повезло, что ты у нас есть, – улыбнулась я.

– Это мне повезло с вами, –