Роберт прошелся по дороге, боясь увидеть трупы убитых транспортников, особенно Ростислава. К счастью, их не было. Надеялся, что никого не убили, только ранили. Нашел еще пару подготовленных позиций для засады и стрелянные гильзы вокруг них. А еще он увидел разорванный тряпичный кулек, в котором дочь передала обед для Ростислава. Еда, заботливо приготовленная ею, валялась в дорожной грязи. У Роберта подступил комок к горлу и закипела в крови такая ярость, что хотелось рвать тварей руками и зубами. Он поднял тряпицу с земли, стряхнул с нее остатки еды, грязь и убрал в карман.

— Что узнал, командир. — Семен подошел поинтересоваться.

— Они знали про обоз. Пропустили его в поселок, а на обратном пути встретили. Мужиков почему-то не бросили на дороге, а забрали с собой. Надеюсь, они живы. — Роберт не испытывал иллюзий насчет их дальнейшей судьбы.

Раз увезли с собой, взяли на себя лишнее бремя, значит, они им были нужны еще с какой-то целью. У Роберта возникла идея.

— Семен, а ты хорошо оружием владеешь? — Спросил он.

— А что?

— Можно сократить дорогу в каком-нибудь месте и выйти наперерез бандитам?

— Хочешь сам организовать засаду? — Удивился Семен.

— Да. Если их немного, можно попытаться отбить обоз и мужиков.

— Ну… — Семен осмотрелся, — если пойти вот так, то мы точно их обгоним, но там надо аккуратно идти, иначе провалишься в жижу. Если сверху корка насохла, хрен отличишь с первого взгляда.

— Ничего, прорвемся. Сейчас никто, кроме нас не выполнит эту задачу.

Они рванули наперерез. Семен умело обходил опасные участки. Большая часть из них пыхтела паром, выплевывая густую грязь, но некоторые уже так хорошо замаскировались под нормальный грунт, что обнаруживали себя, только после того, как нога касалась поверхности. Корка ломалась и из-под нее лезла теплая жижа.

Роберт шел след в след за Семеном, поражаясь, как тот умело различает ловушки. За два года скитаний он сам не наработал навыков хорошего следопыта. Видимо, ему не предназначалось по жизни смотреть себе под ноги.

В какой-то момент они поднялись на возвышение и увидели в полукилометре угнанный обоз. Олени, везущие и без того тяжелый груз с ношей из раненых бойцов, брели совсем медленно. Через час Семен вывел Роберта к дороге. Близко не подходили, чтобы не наследить. Нашли удобные огневые позиции и залегли.

Обоз показался минут через двадцать. Роберт открыл рот от изумления, увидев, что его ведут транспортники в своей фирменной одежде. Но вскоре до него дошло, что это переодетые бандиты, решившие подстраховаться от случайных свидетелей. Бандитов было пятеро. Настоящих раненых транспортников он не увидел, все телеги были укрыты пологами. Бандиты шли расслабленно, и если им повезет, то внезапное нападение вполне могло закончится удачно.

Роберт взял первого на прицел.

— Я беру первого на прицел, ты последнего. Стреляем на счет три. — Распорядился он.

— Угу. — Промычал Семен.

Безумно палить во врага не стоило, можно было зацепить своих. Снова ладони у Роберта покрылись потом, а сердце принялось стучать, как молот по наковальне. Автомат в руках отзывался на удары сердечного пульса вздрагиваниями.

— Раз, два… — Роберт придавил спусковой крючок.

Вдруг позади него мелькнула тень, и тут же в голову ударило. Раздался звон, как от разорвавшейся рядом гранаты и померк свет.

В себя Роберт пришел ночью. Место удара саднило пульсирующей болью. Он лежал под пологом. Через ткань просвечивали отсветы костра и доносился треск горящих дров. Рядом с ним лежал еще человек.

— Живые есть? — Тихо поинтересовался Роберт.

— Есть. А ты кто? — Спросили в ответ.

— Я зам главы рыбацкого поселка, Роберт.

— А как ты оказался здесь?

— Мы услышали выстрелы, пошли по следу, поняли, что произошло, обогнали и хотели вас отбить. А дальше не знаю, меня ударили сзади, я даже не успел увидеть кто.

— Так это твой напарник. Он решил сыграть в свою игру, ударил тебя и себе спас жизнь.

— Не может быть? — Роберт не хотел в это верить. — Он нормальный мужик.

— А ты прислушайся к их разговорам. Он там с ними у костра сидит.

Роберт прислушался. Он узнал голос Семена. Правда, звучал он неуверенно и даже затравленно, как у человека, который боится и старается говорить учтиво, чтобы не разозлить.

— Значит, ты недоволен, как ваш глава управляет поселком? — Спросил хрипатый голос.

— Да мало кто им доволен. Они ведь для себя привилегии, а нам только работа и подачки, как собакам. Кому такое понравится? — Ответил Семен.

— Ты чёт не выглядишь тощим. Смотри, как щеки из-за головы выглядывают. — Хрипатый рассмеялся.

Его смех больше походил на конвульсии астматика. Остальные поддержали его смех.

— Короче, сдал ты своего командира с потрохами из-за страха. Нам сказочки рассказываешь, но мы-то знаем, что ты за шкуру свою побоялся. И мы точно знаем, что народ в вашем поселке доволен своим начальством. Так что не лепи горбатого. Сдал, так и говори, выбрал жизнь, но пришлось пожертвовать командиром. Рабочий вариант, молодец, что решился. Мы ведь не осуждаем тебя за поступок, но на вранье можем обидеться. Если ты нам задвигаешь фуфло, значит, не уважаешь нас, а мы такое не терпим.

— Уважаю. Я бы не выбрал вашу сторону, если бы не уважал.

— Опять врешь, Сеня. Так и скажи, обосрался и потому поступил так, чтобы про говно в твоих штанах земляки не узнали.

— Да, обосрался. — Признал Семен.

— Тьфу, идиот. — Роберт сплюнул.

— Ну, вот, мужик. У нас таким как ты награда учреждена, карусель называется. Покатаешься от души. — Хриплый снова заходился в астматических сипах.

Другие поддержали его своеобразный смех. Роберту он показался зловещим, не предвещающим ничего хорошего. Он сейчас хотел оказаться на месте Семена еще меньше, чем на своем.

— А ты нам зря жаловался на своих, Сеня. Мы ведь не собираемся забирать себе ваши рыбацкие поселки. Мужики уже наловчились рыбу ловить, так пусть ловят и сдают нам часть улова. Зачем менять то, что уже хорошо работает. А поставь условного Васю, вот этого, например, на место главы, работяги артачится станут, саботировать. А новых рыбаков поставь, так у них еще руки из жопы. Пока они научатся нормально ловить, годы пройдут. Мы люди свободные, такой головняк совсем не по душе. Работайте, но платите нам дань, самая честная схема.

— Вы вернете Роберта назад? — Испуганным голосом поинтересовался Семен.

— Наверное, уже не вернем. У вас же есть другой глава, Захар, кажется?

— Да.

— Его одного хватит. Этот слишком много знает. Что, полегчало, Сеня. Стрёмно, да, если бы он вернулся и рассказа о твоем поступке. Ладно,