Нет.

Никакого доверия.

* * *

На следующий день за завтраком Тимофей, как всегда, занял место во главе стола и, развернув газету, без предисловий объявил:

— Учитель найден. Коля начнёт занятия сегодня.

Дарья радостно всплеснула руками:

— Ах, как чудесно! Николай, ты слышал?

Мальчик, сидевший рядом с ней, лишь чуть заметно кивнул, ковыряя ложкой в своей тарелке. Я мельком взглянула на него, но не сказала ничего. До чужих дел мне не было никакого дела.

Пожала плечами и вернулась к своему чаю. Пусть учат мальчика, как хотят — меня это не касалось…

После завтрака отчаянно захотелось немного свежего воздуха. В доме было душно, а мысли путались. Я решила пройтись по двору, чтобы хоть немного прийти в себя.

Выходя через боковую дверь, вспомнила, что в одной из пристроек оставила плед, которым укрывала коляску Серёжи во время вчерашней прогулки (коляску принесли служанки, достали с чердака, сказали, на ней выросли все из этого семейства). Нужно было забрать плед, пока не испортился от сырости.

Я свернула за угол, в тень высокой каменной стены, отделявшей усадьбу от остальной территории. Ветер трепал ветви деревьев, солнце пробивалось сквозь облака.

И вдруг чьи-то крепкие руки схватили меня.

Я даже не успела закричать — огромная шершавая ладонь грубо зажала мне рот и горячее, неприятное дыхание обожгло ухо.

— Хозяин велел передать, чтобы ты молчала, девка, — прохрипел мужчина, пронзая меня взглядом темных, цепких глаз. — Он позаботился о том, чтобы твой муж принял тебя назад, поэтому не испорти ничего! Учти, если проболтаешься и попытаешься сбежать отсюда, пеняй на себя. Пощады не будет!

Мои глаза расширились от ужаса, а сердце застучало так, что казалось — вот-вот выпрыгнет из груди.

Я почувствовала, как его пальцы сжались сильнее, а потом, так же резко, как появился, незнакомец отпустил меня. Я отшатнулась, но ноги отказывались слушаться.

Мужчина стремительно скрылся за поворотом, я успела заметить только невзрачную одежду обычного простолюдина.

Меня начало колотить.

Сделала шаг назад, прижавшись спиной к шершавой стене. В ушах стоял гул, и слёзы сами собою потекли по щекам. Я начала сползать на землю, не в силах устоять на дрожащих ногах.

Угроза была реальной. Я больше не могла притворяться, что это просто игра интриг. Здесь происходило что-то страшное, и я оказалась в центре этого водоворота.

Сжала пальцы, пытаясь справиться с дрожью, но это было бесполезно. Казалось, что сердце вот-вот остановится.

И вдруг крепкие горячие руки — совсем другие — подхватили меня.

— Полина, дорогая… что с вами??? — раздался у самого моего уха взволнованный голос.

Я замерла. Знакомый голос. Дорогой голос!

Едва ли не потеряла сознание.

— Митя… — прошептала хрипло. — Это действительно ты?..

Глава 27 Едва не попались…

Я не смогла ответить на вопрос, что здесь делаю. Пережитый страх сковал меня и отнял речь. Дмитрий некоторое смотрел на меня в полумраке, внимательно вглядываясь в лицо, и кажется, понял всё без слов. Судорожно прижал меня к себе, и я, не раздумывая, вцепилась в его плечи, зарываясь лицом в крепкую грудь.

Тепло его рук, нежные объятия — всё это будто уносило прочь тот ужас, что ещё минуту назад терзал меня. Сердце перестало колотиться, дрожь понемногу утихала. Но в душе всё равно было неспокойно. Весь этот дом, люди, атмосфера — всё нагнетало тревогу. И тот страшный человек… Он появился так внезапно и оказался таким пугающим, что я не выдержала. Никогда не думала, что могу испытать настолько животный страх.

Наверное, накопилось слишком много стресса, да и недавние роды давали о себе знать: после них любая женщина немного взвинчена, и это естественно…

— Полина, не плачь, — тихо прошептал Дмитрий, и я впервые заметила, что он обратился ко мне по имени и на «ты». — Всё будет хорошо. Расскажи, что случилось. Ты чего-то испугалась?

Я не могла ответить. Как я могла сказать ему правду? Дмитрий ничего не видел, а значит, можно было сделать вид, что ничего не произошло. С усилием я выпрямилась, поспешно вытирая слёзы и глядя ему в глаза.

— Почему ты здесь? — выдохнула я, пытаясь собраться. — Ты должен быть на своей работе, со своей невестой…

Он помрачнел.

— У меня нет невесты, — коротко ответил он.

Я замерла.

— Вы расстались? — я напряглась. — Это… из-за меня?

Последние слова я едва прошептала. Мне не хотелось влезать в чужие проблемы, но догадки сами всплыли в голове. Дмитрий посмотрел на меня с лёгкой укоризной.

— Полина, почему вы решаете за меня? — его голос прозвучал строго. — Между мной и Юлией изначально всё было сложно. Я согласился на помолвку только под давлением её отца, но вскоре понял, что совершил ошибку. Я не хочу жениться на женщине, которую не люблю!

Эти слова прозвучали с такой искренностью, что я не могла не поверить. Голова отчего-то закружилась.

— Что же теперь? — прошептала я, чувствуя смятение.

Он пожал плечами, но глаза его горели странным огнём.

— Я потерял работу. Отец Юлии исполнил свою угрозу и добился моего увольнения. Но знаешь, я даже рад. Это был повод найти новое место. И судьба оказалась на моей стороне.

Его улыбка была тёплой, почти радостной. Я не понимала, к чему он клонит, пока догадка не пришла сама. Я ахнула.

— Ты теперь учитель Коли?

Он кивнул.

— Да. И главное, я теперь рядом с тобой!

Но вместо радости я почувствовала страх. Он здесь из-за меня, в доме моего мужа. Это безумие! Я отстранилась, закусив губу.

— Дмитрий, — заговорила я твёрже. — Нам не стоит продолжать это. Я замужем. Тимофей… не самый нормальный человек. Я здесь ради сына, ради его будущего. И пока не собираюсь уходить.

Лицо Дмитрия стало напряжённым, но его ответ поразил меня.

— Я понимаю. Но не отступлюсь. Я буду рядом. Как ангел-хранитель. Даже если я вам совсем не нужен, Полина Сергеевна! — он снова перешел на «вы», уважив, наверное, возведенную мной дистанцию. — Это моё решение, и я буду держаться за него до конца…

Сказав это, он развернулся и ушёл. А я осталась стоять, потрясённая и сбитая с толку. Его слова эхом отдавались в моей голове.

Какая невероятная преданность! Неужели я этого достойна?

* * *

За ужином этим же вечером царила странная атмосфера. Тимофей, как обычно, занимал почётное место во главе стола, излучая властность даже в самых незначительных жестах. Дарья устроилась неподалёку, сияя своей живостью и болтая без умолку. Она щебетала, обращаясь к Коле и Серёже, который, конечно же, был