слишком сильно, и сердце у него застучало как ненормальное. Если он настолько боится СБМС без видимой причины, то это как минимум признак паранойи. Но просто так ли он боится?

Нет документов, лицо частично изуродовано, а имя, названное анонимом, вполне может быть фальшивым. Дениса, пожалуй, стоило включить в список подозреваемых. И я надеялась, что СБМС сделает это. Потому что не я должна этим заниматься, как бы мой мозг ни интересовался любопытной детективной задачкой. Преступления ведь расследуют специально подготовленные люди, а не уставшие ведьмы-медики.

– Нет, ну мне нравится! В десятый раз окликаю ее, а она не обернется! Вот что за молодежь, все в этих своих наушниках, за книжкой – и то в наушниках!

Я вздрогнула, услышав сварливый голос, снова задумалась и не сообразила, что происходит вокруг.

Так, накопаю информацию про аспидов, отнесу Герману – и отсыпаться. Без сна и с ума сойти можно.

Оказывается, я успела дойти до библиотеки и даже вошла внутрь, а ругалась на меня не кто иная, как наша библиотекарша, женщина лет шестидесяти с кривым носом и в очках. Она, в общем-то, незлая, только замученная маленькой зарплатой и скукой. В библиотеку в наше время, увы, люди ходят нечасто, и наша больничная библиотека – не исключение. Молодые врачи, если у них нет медицинского образования, получают знания в основном от более взрослых коллег.

Она сидела за огромным письменным столом, на котором разместились коробочка с именами сотрудников больницы, старенький компьютер и несколько книг, а я прошла мимо нее. Я нервно облизнула губы. Вроде ничего такого, задумалась и задумалась, но перед малознакомой библиотекаршей почему-то стало неудобно. А еще мне жутко не хотелось возвращаться к ней, снова пытаться делать свой голос эмоциональным, говорить что-то вежливым тоном…

Но надо было выдавить из себя все что нужно. Сбор доказательств намного важнее моих идиотских слабостей и особенностей. С тяжелым вздохом я повернула назад и подошла к столу.

– Извините, я задумалась, – как можно приветливее взглянув на библиотекаршу и сделав свой тон максимально добродушным, проговорила я. – И я не в наушниках, просто после суток пришла. Можете, пожалуйста, сказать, есть ли у вас книга «Кощунственные твари. Русские и заморские»? Или любой другой учебник, в котором расписывается анатомия аспидов…

Библиотекарша сняла очки, протерла их выуженной из кармана тряпочкой, надела и снова на меня посмотрела очень-очень удивленно и все так же неодобрительно, будто я попросила ее продать мне ящик коньяка или сказала, что пришла в библиотеку прямиком из далекого будущего.

– А зачем тебе такая книга? Да еще и после смены? – медленно и недоверчиво поинтересовалась она.

Я с трудом удержалась, чтобы не закатить глаза. Вот к чему эти лишние вопросы?

С другой стороны, библиотекаршу жалко. Совсем одичала, бедняжка. Не верит, что молодые врачи БСМП № 2 способны приходить в библиотеку и брать книжки. И, наверное, в счастливое читающее будущее современной молодежи тоже не верит.

– Мне нужно проверить кое-что, – терпеливо ответила я. – Я не уверена, что правильно поставила диагноз одному из аспидов. Спрашивать у других врачей не хочу, предпочитаю верить учебникам, написанным профессиональными магическими зоологами.

В тусклых глазах библиотекарши, все еще недоверчивых, промелькнуло что-то светлое, похожее на… восхищение?

– Что, правда, что ли?

Я только кивнула, втайне надеясь, что на этом расспросы закончатся. Не люблю разговаривать с малознакомыми людьми, особенно долго. До такой степени не люблю, что начинаю не очень хорошо себя чувствовать.

Библиотекарша медленно поднялась со своего места. Прищурившись, она пару минут внимательно на меня смотрела, а затем, прихрамывая, вышла из-за своего стола.

– Книгу принесу, – сказала она. – Но попробуешь испортить или к себе утащить…

И старушка красноречиво погрозила сухим пальцем. А затем исчезла в лабиринте стеллажей с книгами и папками. Мне оставалось только замереть на месте и ожидать ее, барабаня пальцами по гладкому покрытию стола.

Перед глазами почему-то то и дело вставало красивое, но изрезанное шрамами лицо Дениса Кирсанова. Наверное, это из-за того, что теперь я его тоже подозревала.

* * *

Читальный зал – маленькая часть библиотеки, не занятая полками и шкафами. По форме он больше всего напоминает квадрат, лампы на потолке над ним как будто светят особенно ярко. В центре стоит низкий бежевый столик, с одной стороны от которого располагается светло-серый дерматиновый диван, а с другой – того же цвета и материала два кресла. По краям читательского уголка (как по мне, слово «зал» для него – слишком громкое название) стоят еще несколько небольших столов с задвинутыми под них пуфами. Словом, довольно уютное место для чтения. Странно, что сюда никто не ходит.

«Странно, Василиса, что ты думаешь о чем угодно, но только не о деле», – мысленно одернула я себя и уже в который раз перевела взгляд на белые круглые часы, висящие над одним из столов. Одиннадцать часов восемнадцать минут. Еще даже не началась ночь, но глаза закрывались, а мысли разбегались в разные стороны, словно тараканы. Забавно.

На столике возле меня стояла чашка из-под кофе, в которой осталась только ароматная гуща. Горький черный напиток даже без добавления молока и сахара так и не помог мне взбодриться после сорока бессонных часов. Впрочем, не стоило жаловаться. Я и так должна быть благодарна библиотекарше. Далеко не в каждом «храме знаний» тебе разрешат читать книгу с горячим напитком, а тут мне его и приготовили, и принесли.

Когда недоверчивая пожилая женщина поняла, что я не собираюсь вырывать страницы, воровать или портить учебники, и, постояв у меня над душой добрых полчаса, убедилась в правдивости того, что увидела, она резко сменила гнев на милость. На сморщенном лице расцвела мягкая улыбка. Из разряда «молодежи» в устах библиотекарши я перешла в «милых» и «родных». По словам женщины, это из-за того, что к ней очень редко приходят за книгами. Старушка даже попыталась завязать со мной разговор, но, увидев, что я не особо горю желанием его поддерживать, притихла. Еще через час она притащила мне кофе. Я поблагодарила ее суховато, но внутри от такого поступка по отношению ко мне стало теплее.

Я перевернула очередную страницу очередной книги и уныло посмотрела на стопку толстенных томов. Дело в том, что, несмотря на наличие «Кощунственных тварей…» в каталоге библиотеки, в реальности книги на полках не оказалось. Библиотекарша обыскала каждый сантиметр своих стеллажей и, в действительности убедившись, что заветного тома нигде нет, пробурчала что-то вроде «и это своровали, негодные!». А затем, успокаивающе похлопав меня по плечу (я чуть не скривилась, в