с 23-м номером “Спартака”, не вздумай реагировать на провокации, он будет падать!» Но Быстров Гонсалеса все равно перехитрил. Вели в гостях с ЦСКА, Флахбарт вновь сделал пенальти. С «Алеманией» восемью месяцами ранее при счете 2:1 он же привез одиннадцатиметровый на последней минуте и лишил нас выхода в евровесну. Флахбарту реально бы от нас прилетело, но у него случился сердечный приступ, прямо в раздевалке его откачивали врачи. Симулировал или нет, не знаю, но три пенальти на ровном месте благодаря ему мы действительно получили. Осенью 2005 года мы впервые в истории «Зенита» вышли в плей-офф Кубка УЕФА, в предпоследнем туре группового этапа обыграв дома «Севилью». В составе андалусского клуба выступал знакомый мне по чемпионату Испании защитник Хави Наварро. Он лестно отзывался о Санкт-Петербурге и вообще тепло относился к российскому футболу, но перед игрой в разговоре со мной посмеялся:

– Влад, еще один такой жребий, и я куплю в Питере квартиру! Скажи, а у вас бывает другая погода?

С 2004 по 2006 год мы встречались с «Севильей» трижды. В первый раз в Питер прилетели тысяча испанских болельщиков, во второй – тридцать, а в третий – никто. В заключительной встрече с «Бешикташем» нас устраивала ничья. Мы прилетели в Турцию накануне моего тридцатилетия, Петржела разделил команду на составы и поставил меня в компанию «кому за тридцать». Потом кто-то пошутил, что Радимову пошел четвертый десяток, на ужине стали подкалывать фразами «тебе скоро сорок». По традиции именинника ждал торт, но от мысли о своем возрасте мне стало настолько грустно, что я молча встал из-за стола, ушел в номер и уткнулся в телевизор. В матче с «Бешикташем» чудеса в воротах творил Чонтофальски. Мы проигрывали 0:1, Камил оставил нас в игре, а затем Саша Горшков с моей передачи сравнял счет. Подал со штрафного я зряче, именно туда, куда хотел. Стадион «Бешикташа» мы объезжали с горы, уже на подъезде заметили переполненную трибуну. Играть при яростной поддержке турков было сложно, «Бешикташ» выглядел прилично, но мы сыграли вничью, 1:1, и вышли в плей-офф.

2006 год мы начали с гостевой победы над «Русенборгом» в 1/16 финала Кубка УЕФА. Играли в Тронхейме в дикий мороз 15 февраля, в годовщину смерти Юрия Андреевича Морозова, забили Аршавин и Кержаков, говорили, что эти голы дань памяти тренеру, открывшему ребят для большого футбола. В первом тайме мне наступили шипами на голеностоп, тогда не практиковались наступы, не было VAR, судьи не обратили внимания на этот момент, и я продолжил игру. Болит и болит, вышел на второй тайм, добегал до финального свистка, но после окончания встречи, сняв бутсы, увидел в лодыжке натуральную дыру, из которой фонтаном лилась кровь. Я сел на скамейку и чуть не потерял сознание, надо мной долго колдовали Гришин и Колесников. Я выбыл из строя на две недели, фактически не тренировался, но в играх участие принимал. На уколах и морально-волевых выдерживал семьдесят минут, а потом лез на стенку от дикой боли.

За месяц мы сыграли восемь матчей, в 1/8 финала Кубка УЕФА прошли «Марсель» с Рибери, Насри и Бартезом. Денис Машкарин, игравший с французами в Лиге чемпионов, рассказывал об атмосфере на «Велодроме», однако на выезде мы добились победы, единственный мяч забил Аршавин, а ответный матч свели вничью, 1:1. Для «Зенита», совсем недавно занимавшего десятое место в чемпионате России, выход в четвертьфинал Кубка УЕФА был космическим успехом. После второй игры мы с Булановой поехали в ночной караоке-клуб, где отдыхали Басков и другие известные поп-исполнители. Когда объявили о присутствии в зале капитана «Зенита», раздались овации. Басков подошел ко мне и долго со мной разговаривал.

Шаг за шагом Питер шел к своей еврокубковой цели, от 0:3 от «Болоньи», разгрома андоррского «Энкампа», финала Кубка Интертото с «Сельтой», выхода в четвертьфинал Кубка УЕФА до кульминации в мае 2008 года в Манчестере. С Петржелой мы остановились в шаге от полуфинала.

За «Севилью» играли Кануте, Савиола, Дани Алвес, Хесу Навас, Палоп, но в Испании первый тайм завершился вничью, 1:1, соперник не знал, что с нами делать. В начале второй половины встречи судья дал красную карточку сыгравшему в мяч Хагену, поставил пенальти, затем удалил Аршавина. С этим двухметровым рефери из Люксембурга разговаривать было бесполезно, «Севилье» он однозначно симпатизировал. На «Петровском» в жуткую метель нам требовалось забивать трижды. Надежда забрезжила после гола Хен Ен Мина, при счете 1:0 у нас были моменты, однако мы не забили, «Севилья» сравняла счет, так и закончился для нас европейский сезон. Накануне игры Вася Уткин попросил меня дать интервью своему воспитаннику. Мы чувствовали себя скверно, стояла отвратительная погода, тем не менее, как договаривались, я остановился у протеже Васи.

– Почему не получилось выиграть? – спросили меня.

– Мы старались, хотели забить.

– А как вы хотели забить?

– Ногами, б….

И ушел.

После этого матча Петржела пошел в разнос. Мы проиграли «Крыльям Советов» и «Спартаку», с трудом свели вничью матч в Нальчике, уступили в Кубке ЦСКА, на эту игру Петржела не поставил меня, Анюкова, Аршавина и Денисова. После игры мне позвонил Фурсенко:

– Влад, можешь сказать команде, что главный тренер будет уволен.

К сожалению, к этому все шло.

– Власта, спасибо за все, это был замечательный период. В России ты был моим лучшим тренером, – на прощание сказал я Петржеле.

За серебро 2003 года, талантливую молодежь, победы в Кубке УЕФА и красивый футбол мы должны поклониться чешскому наставнику в ноги.

Властимил Петржела, тренер Владислава Радимова в «Зените» в 2003–2006 годах:

– Влад был шефом «Зенита»: суперфутболист, хороший, уважаемый ребятами человек, лидер раздевалки. Радимов вел игру, принимал нестандартные решения, обладал отличной техникой. Его главное качество – футбольный интеллект. Голова! Он все знал о футболе. Я познакомился с его игрой за «Крылья Советов» по видеозаписям, которые мне принес Виталий Мутко, сразу сказал президенту «Зенита»: «Мне нужен этот футболист». В 2003 году Радимов из-за травмы пропустил предсезонную подготовку, но быстро набрал форму и стал лидером «Зенита». У Влада непростой, но твердый характер, он часто спорил с судьями, из-за чего зарабатывал дисквалификации. Я старался не обращать на это внимания, большие футболисты всегда по-спортивному злые, любыми способами отстаивающие интересы команды. Влад был настоящим капитаном, но в 2005 году я мог отчислить его из «Зенита». Почему? Он защищал Спивака, который иногда нарушал режим, но в глубине души я понимал и прощал его. Такие люди, как Радимов, нужны команде, тем более он много помогал молодежи.

Аршавин и Влад были мозгами «Зенита»