– Если покаешься, сократим срок на две игры, – сказали мне на очередном заседании КДК.

Я посмотрел в глаза дедушкам, работающим в футболе с советских времен, и резанул в ответ:

– Лучше пропущу еще две встречи, но перед вами распинаться не буду.

После этой истории питерские болельщики выпустили майку с надписью: «В КДК сидят дебилы», и с тех пор любое скандальное решение КДК сопровождается фразой: «Радимов все сказал о КДК в 2004-м». Ха-ха! Во время дисквалификации я выступал за дубль и в первом же матче на родной «Смене» отметился дублем. Судил встречу начинающий тогда арбитр Влад Безбородов. Слово за слово, я что-то наговорил Владу, он ответил, я не унимался.

– Я тебя сейчас удалю с поля, – резанул Безбородов.

– Ну удали, полная «Смена» народу, что сам делать-то потом будешь?

Влад ограничился предупреждением, но я все равно буркнул: «Ты такой же дурак, как твоя сестра». С Мариной Малафеевой, Царствие ей Небесное, мы дружили. На «Петровском» она парковала машину с открытыми дверьми рядом с зенитовским автобусом, Слава после матчей сразу нырял в салон. Марина всегда здоровалась со мной, но тут по ее реакции я сразу понял, что ей известно о нашей перепалке с Владом. Со стороны это выглядело жутковато: идет капитан «Зенита», супруга вратаря демонстративно отворачивается и со всей дури хлопает дверью. На банкете в честь закрытия сезона я подсел к Малафеевым, объяснил Марине, что по ходу игры бывает всякое, но это всегда остается на поле.

– Я была очень на тебя зла, – призналась Марина.

Мы обнялись и до ее последних дней оставались добрыми друзьями. С Владом Безбородовым тоже какое-то время оставались в контрах, по жизни пересекались редко, и только много лет спустя в студии «Матч ТВ» я публично принес ему извинения. Сразу после эфира получил от Безбородова сообщение: «Гештальт закрыт». Сейчас у нас очень хорошие отношения. В августе 2004-го, за пару дней до игры со «Спартаком» на «Петровском», ко мне в гости приехал отбывавший дисквалификацию Егор Титов. Накануне встречи мы посидели в ресторане «Русская рыбалка» на Крестовском острове. Не выпивали, я отдавал себе отчет в важности предстоящего матча. Титов пошел ловить рыбу. «Если поймаешь форель и отпустишь – цена услуги сто рублей, – сказали ему официанты, – а если отдашь готовить, полторы тысячи». Егор выловил три огромные рыбины, положил их в ведро и потом выпустил не в загон, а в обычный пруд. Хозяева заведения схватились за головы: «Вы куда рыбу дели?» Титов пожал плечами: «Ну вы же сами сказали отпустить». На следующий день Егор привез меня на базу в Удельный парк. Представьте лицо Петржелы, увидевшего за рулем «мерседеса» Егора Титова и выходящего из машины Радимова!

Счет матча со «Спартаком» с пенальти открыл Саня Спивак, я забил второй гол со штрафного. Перед судейским свистком фанаты «Спартака», сидевшие как раз за этими воротами, принялись скандировать: «Радимов – пес!» Пауза затянулась, Флахбарту долго оказывали помощь, я злился, с нетерпением ожидая сигнал к возобновлению игры. Наконец Аршава откатил мне под удар, и я со всей дури засадил мяч в ближнюю «девятку». Титов с товарищем присутствовали на «Петровском», однако игру не досмотрели и после первого тайма умчались в аэропорт. В раздевалке в перерыве прочитал сообщение от Егора: «Больше бесплатно тебя возить не буду».

«Зенит» лидировал за семь туров до финиша чемпионата России. Первый тревожный звонок прозвучал в конце сентября в Ярославле, однако поражение от «Шинника» 1:2 мы списали на невезение и судейство. Затем последовали домашняя ничья с «Амкаром» и 1:1 на выезде с «Рубином», но и тогда мы не теряли оптимизма. Перелом наступил после неудачи в домашнем поединке с ЦСКА. Кержаков на ту встречу вышел в золотых бутсах, игру окрестили «битвой за чемпионство» – в случае победы мы действительно открывали себе дорогу к золотым медалям. Быстров не реализовал роскошный момент в начале встречи, в ответной атаке мы пропустили от Гусева, а в середине второго тайма Жирков запустил мяч Славе откуда-то из песочной ямы. Фору в два мяча у того ЦСКА отыграть было невероятно сложно, в компенсированное время Вагнер Лав забил еще один гол, так и закончили 0:3. Жаль, в том сезоне мы были точно не слабее армейцев. Матч первого круга свели вничью, 3:3, дважды проигрывали, 0:2 и 1:3, но сравняли счет, а в компенсированное время могли забить еще пару мячей. Дима Иванов перед игрой поинтересовался у меня, забивал ли я когда-нибудь головой. «Да, – отвечаю, – хотя игра на втором этаже – совсем не мое». И в конце первого тайма я забил Вене Мандрыкину как раз головой. Запомнилось и поле на «Динамо», сплошная серая земля.

Почему «Зенит» не смог подняться выше четвертого места? Мы играли практически одним составом, осенью выглядели не так свежо, как в начале сезона, много сил потратили в еврокубках и, объективно, доехали до окончания чемпионата на ободах. И тем не менее удостоились похвалы болельщиков. «Низкий поклон за красивый сезон!» – такой баннер вывесили на «Петровском».

Наступил третий год работы Петржелы в «Зените». Зимой 2005 года главный тренер поставил команду на лыжи, но это была лишь часть привычных четырехразовых тренировок. По утрам мы выходили на сорокаминутную зарядку, после обеда выполняли большой объем беговой работы (тридцать пять кругов по стадиону со сменой ритма и направлений), вечером играли в футбол. На лыжах я могу ходить только классическим ходом, зимой на уроках физкультуры в 473-й школе, как все советские школьники, усердно бороздил лыжню. Моя одноклассница Лена Калиновская недавно вспоминала, как во время лыжной подготовки пропустила поворот и зарулила куда-то на Пискаревку. Чехи катались здорово, бежали даже «коньком», Слава Малафеев на первой же тренировке сломал лыжу, Вьештица падал на каждом шагу. Самая смешная история произошла на второй день сбора. Заканчивался десятикилометровый лыжный марш-бросок, автобус ждал нас у подножия горнолыжного склона. Тело ломит, хочется как можно скорее добраться до номера и упасть на кровать. Начальником команды только что назначили Федю Луннова. Он хорошо владел горными лыжами и использовал любую возможность, чтобы прокатиться по трассе. В автобусе Саня Спивак потягивает горячий чай, смотрит на склон и одобрительно кивает:

– Федя – хороший начальник команды, помог мне с паспортом, на лыжах классно катается.

Последним до автобуса с трудом добрался Кержаков.

Спивак скомандовал:

– Поехали, все на месте.

– Феди Луннова нет, – возразил кто-то из ребят.

– Как нет? Я только что видел, как он скатился с горы!

А наш Федя вместо того, чтобы присоединиться к команде, поехал