К полудню списки были готовы. Триста семнадцать переселенцев первой волны. И несколько тысяч даргов, которые оставались в общине. Ждать и наблюдать за интеграцией первой партии. Тут я себя не обманывал — всё зависело от того, вольются они или нет. Пока работало даргское любопытство и импульсивность — именно они обеспечили мне результат. Но вот потом настанет время более долгоиграющих аргументов. Если провалимся с первой группой — пиши пропало.

А с ними всё было далеко не так просто. Даже распределять по самолётам требовалось с осторожностью — учитывая разногласия и потенциальные конфликты. Как ни крути — на какое-то время они окажутся в крохотном и полностью изолированном пространстве.

Тем не менее, с этим мы благополучно справились. Теперь оставалось самое интересное — довезти эту вооружённую и нагруженную тюками орду до мурманского аэропорта.

Само собой никаких туристических автобусов с мягкими креслами и кондиционерами мы не заказывали. Да и не сдал бы их нам никто в аренду. Потом ведь потеряют весь свой функционал.

Часть даргов загрузилась в привычные северные багги. Для остальных зафрахтовали единственную подходящую технику, которая нашлась — старинные армейские грузовики. Теперь вместо имперской пехоты в тяжелых доспехах, в их широких кузовах плотно утрамбовались мои новые подданные. Полтора десятка грузовиков. Два багги. Колонна растянулась на полкилометра.

Женщины, дети с габаритами профессиональных борцов-тяжеловесов, только карликовых. Хмурые воины с бесформенными тюками, из которых торчали лезвия топоров. Кто-то привязал к борту связку горшков, и они гремели на каждой кочке.

Немного напоминало мелькавшие в новостях кадры военных конвоев из горячих точек. Свирепые бородатые мужики в кузовах едут крошить очередное правительство. Разница заключалась в том, что мои «мятежники» тащили с собой глиняные горшки, запасы сушёной рыбы и периодически отвешивали тяжёлые подзатыльники орущим гигантским детям.

Тундра постепенно сменялась расчищенными дорогами и бетонными пригородами Мурманска. А цивилизация начала реагировать на наше приближение.

Водители легковых автомобилей притормаживали, прилипая к окнам и доставая телефоны. Кто-то, завидев ревущую колонну, набитую клыкастыми гигантами в мехах, бил по тормозам и разворачивался. Фура крупной логистической компании, что вырулила из-за поворота, попросту плавно съехала в глубокий снежный кювет.

— Шеф, — Гоша высунулся из багги, провожая взглядом фуру. — Чё он туда залез? Дорога-то свободная.

— Впечатлился, — хмыкнул я, глянув на гоблина.

— А-а-а, — кивнул с пониманием. — Ну да. Эт он правильно. Мы впечатляющие.

Город мы объехали по окружной дороге, быстро добравшись до аэропорта. Охранник у шлагбаума на служебном подъезде увидел первый багги, просто сорвался с места. Пришлось тормозить и отправлять наружу Сорка, который поднял шлагбаум, освободив для нас проезд.

Формально Виталий заранее согласовал прибытие колонны на служебную парковку. Юридически всё было безупречно. Но одно дело — красивая бумага с синими печатями, и совсем другое — когда к тебе заруливает десяток громадных багги, которые выглядят как будто вышли прямиком из детских страшилок. А из кузовов армейских грузовиков на чистый асфальт начинают выпрыгивать сотни гигантских орков.

Хаос начался мгновенно. Гражданские, стоящие около здания терминала с визгом побросали чемоданы и кинулись врассыпную. Вон мать схватила ребёнка в охапку и рванула к зданию так, словно ставила олимпийский рекорд в спринте. Какой-то дедуля отбросил трость и удирал. Молодой парень отшвырнул в сторону чемодан, едва не сбив свою спутницу и улепётывает.

Вместе с ними бегут сразу двое полицейских. Третий прижался к потрёпанной временем колонне и судорожно орал в рацию. «Вторжение! Нелюди! Все вооружены. Запрашиваю поддержку!»

Ещё один страж порядка, увидев высыпавших из грузовиков даргов, бросил автомат на землю, рухнул на колени и поднял руки.

— Сдаюсь! — закричал он. — Спрашивайте чё надо, всё расскажу! Всех сдам!

— Подкрепление, — надрывался тот единственный, что хотя бы в какой-то мере сохранил присутствие духа. — Присылайте армию! Войска! Вертолёты!

Сами переселенцы искренне не понимали, из-за чего сыр-бор. Стояли кучками, сжимая пожитки, и удивлённо глазели на мечущихся людей. Дети тыкали пальцами во взлетающий вдалеке самолёт. Одна массивная женщина уселась прямо на бетонное ограждение и принялась кормить младенца грудью, полностью игнорируя бегающих в панике гражданских.

Представление закончилось через минуту. Завыли сирены. На парковку влетели бронированные фургоны. Один правда изрядно занесло, а третий ехал на пяти колёсах из восьми. Но это ж бюрики — главное галочку поставить. Остальное не колышит, пока люди не придут лицо ломать. Но на этот случай у них обычно припасены парни с автоматами, готовые ломать ноги своим соплеменникам за деньги.

В нашем конкретном случае из фургонов попёр спецназ в тяжёлой броне. Скрипящей и разваливающейся, но более или менее работоспособной. Десятки стволов взяли толпу на прицел. И вот на это дарги уже отреагировали — десятки рук тут же потянулись к топорам. Ситуация зависла на грани масштабной бойни.

Я вышел вперёд, поднимая руки с зажатой в них пухлой картонной папкой. Виталий находился за тысячи километров, в тёплом офисе Царьграда, но он снабдил меня всем необходимым. Разрешения на перелёт, юридическое обоснование вылета и целая кипа документов, связанных с процедурой слияния двух «юридических лиц» — «Цитадели Феникса» и общины даргов. Инструкция по применению была максимально проста. Первый пункт — воткнуть им в зубы эту папку. Второй — выглядеть максимально уверенно и несокрушимо. Третий — если всё пойдёт совсем плохо, то звонить ему.

— На вашем месте я бы убрал оружие, — я медленно приближался к бойцам спецназа, которые однозначно не понимали, что им делать дальше. — Господа, вы препятствуете организованному перелёту зарегистрированных жителей автономного города «Цитадель Феникса». Здесь поимённые списки переселенцев. Транспортные накладные. Разрешения на чартерные рейсы. Копии договоров о слиянии с мурманской общиной.

Командир, закованный в самую целую броню, ошарашенно уставился на протянутые ему бумаги. Я не дал ему опомниться.

— Нарушение Акта о перемещении биологических масс третьей категории, параграф восемь! — Сорк вылетел из ниоткуда с блокнотом наперевес. — Превышение полномочий при досмотре транзитных нелюдей карается штрафом в размере половины печени, правой почки и килограмма сарделек! Готов сконвертировать всё в рубли!

Я даже не стал его осаживать. Гоблин генерировал идеальный белый шум, перегружая мозги полицейских откровенным абсурдом.

— У них нет имперских личных карт, — выдавил командир, подняв забрало шлема и покосившись на кормящую мать. — Как я должен их идентифицировать?

— Летим по спискам, — отрезал я, постучав пальцем по папке. — Сверка по факту на посадке.

Командир тяжело выдохнул. Под шлемом оказался