заговорил я. — Минус один опытный воин. Плюс одна красивая сага, которую будут петь у костра, пока дети мёрзнут. Нерентабельно.

— Это не бизнес! — прохрипел Адис. — Речь о чести!

— Честь не кормит, — ответил я. — И не лечит. Стены она тоже не строит. Тем более ты говоришь не о чести, а о надрачивании своего эго. Посмертно.

Адис оскалился. Дёрнул головой.

— Ты не получишь меня! — в голосе звенела ярость. — Я не какой-то…

Договорить он не успел. Сплести печать — дело техники. Теперь оставалось внедрить.

Стоило отдать должное — дарг сопротивлялся яростно, на чистой силе воли. Как вбивать гвоздь в бетонную стену голой рукой. Я навалился всей ментальной массой, продавливая сопротивление слой за слоем.

Наконец Адис упал на колени. Стиснул зубы так, что на скулах вздулись желваки. Узор проступил на коже лба и шеи. Переплетённые цепи. Синее свечение. Угасание.

Старый дарг поднял голову. В глазах — ненависть. Но тело уже не принадлежало ему полностью. Теперь он неопасен. По крайней мере до тех пор, пока я правильно формулирую приказы.

С Корном всё прошло втрое быстрее. Парень был сломлен ещё до начала. Печать легла на его ауру как на мягкий воск. Вскрикнул, согнулся, рухнул на землю.

Три печати подряд вытянули немало сил. Даже не ожидал, что расход окажется настолько серьёзным. С другой стороны, если бы не Адис, всё оказалось бы куда как проще.

— Условия для вас будут другими, — сказал я, глядя на тяжело дышащих отца и сына. — Вы не станете рупорами справедливости. Отныне вы лишены права претендовать на любую власть в общине. Навсегда.

Пауза. Площадь замерла.

— Хотели умереть за свой народ? — усмехнулся я. — Будете жить за него. В самом первом ряду моего авангарда. Там, где больше всего грязи и крови. И отступить не сможете.

— Вы видите это в прямом эфире, — звонко произнесла Арина, наведя на меня камеру своего телефона. — Милосердие, которое стоит дороже крови. Новые традиции, что зарождаются прямо на глазах. Исторический вайб!

Адис молчал. Ненависть в глазах никуда не делась. Корн просто стоял на коленях и дышал. Ему было всё равно. Он был жив. Этого хватало.

Сам я развернулся к толпе. Время закрепить результат.

— С этого дня община и «Цитадель Феникса» едины, — объявил я. — Мы строим будущее для всех. Даргов, гоблинов, эльфов, цвергов и троллей. А ещё омнидов, свенгов, людей, полукровок и метисов любой крови. Независимо от того, кем и где ты родился, для нас ты такой же, пока не преступил закон.

А вот эти слова им понравились не слишком сильно. Тишина установилась тотальная.

— Вместе мы победим! — повысил я голос. — Напомним миру, что дарги ещё существуют! Дадим шанс нашим детям и внукам!

Секунда. Две. Твою ж мать! Уже четыре секунды!

Хорг шагнул вперёд. Поднял боевой молот над головой.

— ТЕОРГ! — проревел он. — Веди нас! К победе!

— Ура! — рявкнул кто-то в задних рядах.

Через секунду площадь взорвалась. Рёв сотен глоток. Кулаки в грудь. Земля вибрировала. Они реально меня приветствовали. Хотя, хрен его знает, как бы всё сложилось, не продемонстрируй я работу печатей.

Арина незаметно показала большой палец.

Я стоял посреди ревущей площади, вдыхая дым костров и улыбался. Слияние началось. Теперь осталось перевезти в город первую партию его новых жителей. А потом каким-то чудом интегрировать их, избежав массовой бойни.

Глава XIV

Утро после суда выдалось холодным и оглушительно шумным. Площадь перед центральным зданием общины даже не думала пустеть. Новость о том, что теорг забирает людей в подземный город, где тепло и вдоволь еды, неожиданно захватила умы даргов. Все хотели лететь.

Я стоял на крыльце, глядя на колышущееся море мехов, клыков и топоров, и мой мозг постепенно раскалялся.

Зафрахтовать два дополнительных чартерных борта — задача со звёздочкой. По имперским транспортным регламентам дарги проходили как «крупногабаритные рискованные пассажиры». Спецборта, усиленные палубы и космические страховые взносы. Виталий провернул это через подставную компанию, обойдясь в этот раз без помощи Геворкянов или кого-то из людей баронессы. Последняя, к слову быстро забыла о дарге, который помог ей выбраться из подвалов. Стоило женщине вознестись на самую вершину, как та сразу же почувствовала себя белой костью. Собственно, с тех пор мы ни разу и не контактировали.

Поэтому Виталию пришлось справляться самостоятельно. Юрист прислал детальные инструкции и целый пакет документов. Сама операция обошлась в сумму, сопоставимую с годовым бюджетом небольшого провинциального города.

Настоящая проблема была в другом. Число мест в первой партии — три сотни. Желающих свалить отсюда — под полторы тысячи.

Начался самый дикий кастинг в моей жизни. Мы с Торваком выставили жёсткие фильтры. Старейшина оставался координировать вторую волну вместе с Хоргом и в целом производил впечатление адекватного орка. Из-за чего я решил воспользоваться его опытом.

Приоритет отдавался тем, кто умел читать и писать. Солидные дополнительные баллы получали те, у кого были навыки обращения с техникой.

Разумеется, варварская натура тут же взяла своё. В ход пошла первобытная коррупция.

Прямо на моих глазах здоровенный, покрытый шрамами дарг попытался всучить Гоше связку копчёной рыбы и медвежий клык размером с ладонь в обмен на строчку в списке.

— Дань Гоблину Апокалипсиса принята! — важно гаркнул Гоша, выхватывая рыбу. — Но мест нет. Жди второго рейса, абориген!

Другой умник, помоложе, решил пойти кривым путём и попытался очаровать Тогру и Айшу. Орчанки переглянулись. Прильнули к нему с двух сторон, принявшись что-то шептать на уши. Скользнули руками вниз, что немедленно заставило напрячься Гошу, который схватился за пистолет.

Правда вмешиваться гоблину не пришлось — не знаю уж, что они там ему шептали, но ловелас здорово изменился в лице и отступил назад, скрываясь в толпе.

Кто-то попытался сунуться к Арине, но мгновенно напоролся на ледяной взгляд.

— Список добрых дел на этот год закрыт, — процедила девушка. — Остались только злые.

Самый наглый и, видимо, нахватавшийся верхушек цивилизации дарг попытался взять штурмом Сорка.

— У меня есть право на экстренное переселение по имперскому закону о микронародностях Севера! — прогудел он, нависая над гоблином.

Сорк даже не поднял на него глаз. Так и продолжил что-то читать на своём телефоне.

— Закон о микронародностях распространяется на этносы численностью до ста особей. Статья не применима, — сухо протарабанил ушастик. — В конец