этой области, а затем перешла к описанию милых проделок своего питомца.

Ее красочное повествование было прервано появлением сержанта Бейли. Он опасливо покосился на терьера, но тот, разомлев от поглаживаний и почесываний, не обратил на него внимания.

– Сведения, которые вы просили, сэр! – объявил Бейли, протягивая инспектору исписанный листок бумаги. – Всем добрый вечер!

– Что это? – полюбопытствовала леди Кларк, заглядывая в листок. – Расписание поездов? Вы собираетесь нас покинуть, инспектор?

– Пока нет, миледи… Мне нужно выбрать…

– В это время суток поездов, как видите, немного, – прокомментировал сержант.

– В одиннадцать тридцать на Эксетер, как и говорил Тим Робинсон…

– Затем в одиннадцать пятьдесят до Лондона…

– Я никогда не езжу на ночных поездах, – поджала губы леди Кларк.

– Извините, миледи, одну минуту… В ноль двадцать на Саутгемптон …

– Рекомендую дневной, двухчасовой. Я всегда езжу на нем. Во-первых, не нужно рано вставать утром. А во-вторых, он прибывает в Лондон в такое время, что можно успеть добраться до дома и переодеться к обеду.

– Еще один до Лондона, в половине первого…

– Ночные, конечно, идут быстрее, – сообщила дама, – но они приходят в Лондон в такое неудобное время!

Сэр Уильям и его племянница переглядывались, с трудом сдерживаясь, чтобы не захихикать.

– Затем, как видите, сэр, был перерыв до половины восьмого утра. Дежурный сказал, что после этого лондонского, – сержант ткнул пальцем в строчку, – и до семи в зале ожидания было пусто.

– И выспаться в них совершенно невозможно!

– Зато до этого пассажиры, – начал Бейли, но, верно истолковав предостерегающий взгляд инспектора, брошенный им в сторону леди Кларк, закончил фразу коротко: – были.

– О да, – подхватила дама, – попутчики – это отдельная тема! Я всегда путешествую первым классом, но даже там попадаются совершенно несносные личности! Советую брать в дорогу книгу или журнал, если хотите укрыться от назойливых расспросов.

– Значит, возможно, один из этих четырех, – заключил инспектор: – Эксетер, Саутгемптон и два поезда на Лондон.

– Вы планируете путешествие! – догадалась леди Кларк.

Патрисия тихо застонала и уткнулась головой в плечо своего дяди.

– Почти, миледи, – улыбнулся Найт. – Так где, вы сказали, Реджи закопал вашу перчатку?..

Как и предсказывала леди Кларк, Адам Таннер появился на террасе ровно в половине девятого. Пятеро сидевших за столом дружно воззрились на него, и мужчина заметно смутился.

– Мистер Таннер, прошу присесть, – обратился к нему инспектор Найт официальным полицейским голосом.

Таннер повиновался и сел рядом со всеми; поза его была напряженной. Найт с минуту без всякого выражения смотрел ему прямо в лицо, а затем вдруг резко подался вперед, сверкнул глазами и рявкнул:

– Вашей жене известно, что вы завели на курорте роман с другой женщиной?

Такая неожиданная перемена в поведении вежливого инспектора заставила Патрисию подскочить на стуле, а терьера – проснуться и залаять. Таннер же быстро, растерянно возразил:

– Нет, она ничего не зна…

Он запнулся, густо покраснел и заговорил задиристо, с высокими нотками в голосе:

– Что это значит?! Я солидный человек! Что за оскорбительный вопрос?!

– Я сформулирую по-другому, – сказал инспектор, сбавляя грозный тон до требовательного: – в каких отношениях вы были с миссис Барнетт?

– О чем вы говорите?! Я счастливо женат!

Леди Кларк издала короткий издевательский смешок. Адам Таннер бросил на нее злобный взгляд и добавил:

– У меня не было никаких отношений с этой женщиной.

– Неправда! – вмешалась дама. – Я сама видела, как вы флиртовали с ней в кафе!

– Что?! Бог мой… это была совершенно случайная встреча! Я… сидел в кафе, когда туда зашла миссис Барнетт. Там не оказалось свободных мест и, естественно, я пригласил ее за свой столик. Конечно, если кто-то принимает простую вежливость за флирт…

– Постыдились бы! – прогрохотала леди Кларк. – Женатый человек, а бегали за ней, как собачонка!

Реджи вновь залился лаем, и хозяйка перетащила его к себе и закутала в свою шаль. Тот, очевидно, мгновенно уснул.

– Где вы были во время убийства? – строго спросил инспектор.

– Я даже не знаю, когда именно оно…

– Лжете! – припечатала леди Кларк. – Это все знают!

– Вы встречались с миссис Барнетт в тот вечер?

– Я… конечно же, нет! С какой стати?

– Говорите правду, мистер Таннер! – потребовал Найт.

– Я секретарь руководителя фондового отдела Королевского банка Шотландии… Вот моя визитная карточка…

Патрисии стало немного жаль Таннера: его представительная внешность словно поблекла – неужели от страха? Она подумала, что и сама чувствовала бы себя очень неуютно, если бы ее атаковали два таких неумолимых противника. И вдруг поняла: этот красивый мужчина боится потому, что ему есть что скрывать.

Дрожащей рукой Таннер вытащил из кармана бумажник и раскрыл. Инспектор хотел его остановить – у него уже имелась его визитная карточка, но его внимание привлек маленький картонный прямоугольник, высовывающийся из кармашка.

– Что это? – поинтересовался Найт. – Позвольте взглянуть.

Таннер с обреченным видом протянул ему железнодорожный билет.

– Вы собирались уехать, мистер Таннер? Судя по указанному здесь времени, на следующее утро после убийства.

– Нет, я…Да… – забормотал тот. – Я хотел… Но ведь я здесь!.. Я ни в чем не виноват! Но потом я подумал, не стоит… и вот…

– Вы меня совсем запутали, мистер Таннер, – добродушно сказал Найт и добавил почти с нежностью: – По-моему, вам следует рассказать все начистоту.

Широкие плечи красавца поникли, он обхватил голову руками, а потом умоляюще взглянул на инспектора:

– Хорошо… Только, пожалуйста, пусть эта леди уйдет!

– Я не нуждаюсь в ваших постыдных признаниях! – с отвращением проговорила дама, встала и пересела за другой стол, оставшись, впрочем, в пределах слышимости.

– Да, я встречался с миссис Барнетт в тот вечер, – признался Адам Таннер. – Но я ее не убивал! Я расскажу все по порядку. Я действительно работаю в Королевском банке Шотландии, и я женат. Наш брак нельзя назвать счастливым: последние годы мы с женой даже отдыхаем отдельно друг от друга. Как только я увидел миссис Барнетт, то потерял голову: я никогда не встречал такой восхитительной женщины! Однако она держалась так холодно и отчужденно, так резко отвергла мистера Гилберта! Пару раз я пытался с ней заговорить, но все