— И как? Получилось?

— Магистры не поймали.

— Я про девушку. Ей понравился ваш подарок? — с замиранием сердца поинтересовался Пётр, а рука сама опять потянулась к карману.

— Да, — с хрипотцой в голосе ответил маг чуть погодя. — Понравился.

— Наверное, особенная девушка?

— Невероятная, — магистр тряхнул головой, не давая мороку воспоминаний захватить себя. — Вам пора, студент Бельский. Ночь для отдыха, а не для прогулок. Всего доброго, — тоном, не терпящим возражений, произнес мужчина.

— Всего доброго, магистр.

Пётр был доволен. Ему не только удалось разжиться магическими батарейками, что означало еще один шаг к цели, но и выяснить, что для магистра Березкина чувства по отношению к Рид не угасли.

«Столько лет прошло, а он все переживает. Очуметь. Уж не из-за этого он не делает Ветровой предложение? А ведь Катерина, по словам Дани, рассчитывает на большее, чем просто статус девушки магистра»

И с хитрой улыбкой Петр направился вглубь темного коридора.

Глава 11

Перед Балом

— Ты уверена?

— Свен, — почти взмолилась я, глядя в голубые глаза друга, — если ты еще раз спросишь меня, уверена ли я, то, боюсь, мне придется искать нового партнера, пока ты будешь отдыхать в одной из местных больничек.

— Уговорила. Ты просто мастер дипломатии, — усмехнулся Свен. — Я волнуюсь за тебя, хотя ты и против этого.

— Я сама волнуюсь. Кто бы не переживал на нашем месте?

В большой комнате на втором этаже, что была поделена на различные тематические пространства, у окна стояли двое. Прохожий с улицы мог бы разглядеть романтичный образ двух влюбленных: молодой мужчина в сером костюме с ярко-красным галстуком и такой же розой в петлице и девушка в красном платье смотрелись изумительно, гармонично дополняя друг друга. Красный цвет в их одежде подчеркивал, что они в одной команде. Такие разные: блондин и брюнетка, маг и пустышка, мужчина и женщина.

— Ты уверена, что сможешь пойти? Мы можем все переиграть, — в голосе друга зазвенела тревога. — Ты останешься здесь, а я отправлюсь на Бал. А потом тебе все-все расскажу. Совсем недавно у тебя была операция, и врачи не рекомендовали перенапрягать спину. Пойми, мне плохо от одной мысли, чем для тебя это может закончиться.

— А ты не представляй, — я положила голову на крепкое мужское плечо.

Alan Walker, Sophia Somajo — Diamond heart

Как же сильно ошибаются все те, кто считают Свена избалованным деньгами слабаком. Они не видели его тренировок, не чувствовали силу его жилистых рук. А я видела. Я знаю. Я ощущала.

Именно Свен помог мне переместиться с кровати в кресло в первые дни после операции по удалению осколка. Он же сопровождал меня в первых выездах в парк. Потом катил кресло по дорожкам в ту недолгую поездку. Минут десять, но для той меня, что была три месяца назад, это уже было немало. Управлять креслом самостоятельно было тогда тяжело, а потому я доверилась другу.

Да, Свен не всегда был рядом со мной, чтобы подставить в нужное время плечо и протянуть руку помощи. Но это не потому, что не мог, а потому, что я так решила. В моем окружении было достаточно помощников, которые получали за это деньги. Зачем было тревожить друга лишний раз? Зачем давать надежду, что между нами могло быть что-то больше дружбы?

Свен хороший, заботливый и готов на многое ради меня. Я это знаю. Одно его появление в больнице после покушения в Альпах говорило о многом. А ведь когда он узнал о моем предстоящем замужестве, перестал общаться и отвечать на звонки. Только перед самой свадьбой прислал букет цветов и записку с наилучшими пожеланиями.

И каково же было мое удивление, когда, придя в себя после операции, я обнаружила рядом его. Усталого, взъерошенного и обеспокоенного. Свен пытался делать вид, что все нормально, что ничего страшного не произошло. Вся бравада и самоуверенность мага слетели будто шелуха.

Вот только мои мысли были не о нем. И даже не о погибшем муже и пострадавших друзьях. Майк, Сью, Карлос. Последний хоть и не пострадал так сильно, как остальные, но всё же. Не о них я переживала прежде всего.

Я всеми силами старалась полюбить Генри, своего мужа. Высокий, статный, уверенный и надежный. Мне было с ним комфортно и спокойно. Он, как старинный шотландский замок, был способен защитить от ветров разочарования, уныния и грусти. В какой-то момент мне стало даже казаться, что я люблю Генри. И потому я ответила согласием на его предложение руки и сердца. Всё казалось таким логичным: нам хорошо вместе, спокойно, так почему бы не попробовать стать счастливыми?

Вот только потом в Альпах, выбираясь на лед, стараясь не утонуть в ледяной воде, перед глазами было не лицо мужа и не Свена, а Егора. Магистра Егора Березкина. Замерзая, до безумия хотелось заглянуть в его добрые глаза, ощутить теплоту его объятий и почувствовать, что мы с ним снова единое целое.

Глупо? Возможно. Наивно? Очень даже может быть. Но тогда мне было все равно, как это выглядело со стороны. В те минуты, когда всё решали неспешные гребки отяжелевших рук, хотелось, чтобы Егор был рядом. Он и только он. Спустя пять лет после расставания мечтать о мужчине, который бросил и ушел по собственному желанию, — это верх идиотизма. Как и то, что сейчас я опять мечтаю с ним встретиться.

Надо разобраться с этой ситуацией как можно скорее. Увидеть снова, чтобы понять, что между нами ничего не может быть. К тому же дело ведь не только во мне или Егоре. Сейчас ставки намного выше.

— Нам пора, — я попыталась легко отстраниться от Свена, но резкая боль прострелила спину, и я невольно ахнула.

— Рид, — нахмурившись, друг приобнял меня за талию. — Я никуда тебя не пущу. Ты только после операции, и вскоре нужна будет еще одна.

— Если мы не окажемся на Бале, то многие пострадают. Ты знаешь это не хуже меня. И если на братьев Чайкиных мне глубоко наплевать, то остальные не заслуживают такого, — мой резкий тон несколько отрезвил Олбу. — К тому же студенты не должны пострадать.

— Эти мелкие… — Свен медленно провел рукой по моей обнаженной спине и принялся вливать магию. Боль отступала. Появилась давно забытая возможность двигаться,