о том, как легко потерять друзей из-за скрытности и недоговоренности. — Я был у неё.

— Ты ходил… — Пётр толкнул друга, чтобы тот даже не произнес имя молодой женщины, мало ли кто может их подслушать. — Но зачем, бро?

— Ей я доверяю больше, чем Олбу. Он ушлый и может легко нас обмануть.

— А она нет?

— Может, там и да, но в мире магии — нет. Здесь у нее нет таких возможностей. И ее участие может пригодиться в качестве противовеса блондинчику.

— Хитро, — усмехнулся Даня. — И это всё?

— Всё. Меня она не впечатляет, как тебя Домаер, — резко ответил Пётр.

— Так заметно? — плечи Ветрова поникли, взгляд потух.

— Пока только мне.

— Вы чего прохлаждаетесь? — звонкий голос Юлии Сергеевны, которая отвечала за приготовления к Балу, прервал беседу ребят. — А ну-ка, марш за работу. Тут еще много мешков с мусором.

Две недели работы волонтерами пролетели быстро и почти незаметно. Ребята только и успевали, что готовиться к занятиям да чистить и выкидывать всякий хлам, украшать, переносить разную мебель.

Пётр искренне считал, что девчонкам повезло больше, чем им с Даней. Лара занималась пригласительными, выбирая, какой дизайн букв будет лучше сочетаться с оформлением зала. Галя же входила в группу по оформлению и целыми вечерами просиживала за набросками. Хорошо, что директор разрешил Юлии Сергеевне устроить штаб подготовки в его кабинете. Ведь именно она занималась организацией Бала. Информация по гостям и традициям предыдущих подобных приемов хранилась в кабинете, а значит, ей не нужно было постоянно бегать и что-то вычитывать. Скрепя сердцем, Николай Константинович все же согласился предоставить свой кабинет в вечернее время. Так у друзей появилась отличная возможность изучить защитную сигнализацию, установленную Николаем Константиновичем.

Бельский по сложившейся традиции зашел за Галиной вечером в кабинет директора. За большим столом для совещаний расположилась Юлия Сергеевна, Галя и полдюжины студентов, занятых в оформлении. Магистр кивнула вошедшему юноше и указала на диван. Через полчаса, когда споры вокруг цвета свечей в боковых коридорах несколько утихли, Галя смогла подойти к парню. Чмокнув его в щеку, она уселась на подлокотнике дивана.

— По мне лучше мешки с мусором носить, чем слушать всю эту ахинею про выбор шрифтов на приглашения или какого цвета будет полотенце в уборной. Приглашения выкинут и забудут, как и бумагу.

— Не продолжай, — Галя зажала рот Петра рукой. — Извини, — немного смущенно произнесла она.

— О туалетной бумаге вспоминают лишь тогда, когда она заканчивается, — Пётр рукой слегка приобнял девушку, отчего она наклонилась к юноше. Головы студентов соприкоснулись.

— Совещание будет долгим. Попробуй поспать пока песок не рассыпался.

— Галка, хорош миловаться, — позвал девушку один из сокурсников.

Пётр выпустил художницу из легких объятий и вернулся к чтению тетрадки, которую всегда приносил с собой. Раз есть свободное время, то его необходимо было использовать с пользой. Волонтерство — дело полезное, но без знаний аттестат магической школы не получить. Всем было известно, что Бельский серьезно и рационально относится к учебе и никогда не страдал от безделья. Так что теперь требовалось поддерживать образ правильного студента.

Вечернее обсуждение грозило затянуться дольше обычного. И было бы из-за чего столько спорить и ругаться? Пётр действительно не мог понять, как можно так долго спорить из-за цвета свечей, салфеток и пригласительных. Вслух свои мысли он озвучивать не решился. Не хватало того, что его могли запросто выгнать отсюда, а этого допустить было нельзя.

Бельский прикрыл глаза и задумался над информацией, полученной днем от Свена Олбу. По данным скандинава получалось, что Пётр попал в детский дом не с самого рождения, а несколько позже. Вот только подробностей узнать не получится, так как его личное дело, как и дела других усыновленных студентов школы, находятся в кабинете директора. И именно здесь почти каждый вечер проходят заседания штаба подготовки к Балу.

Получалось, что всё теперь зависит от того, сумеет ли Пётр, чистокровный маг без магии, обезвредить ловушки и найти два личных дела. Своё и Дениса Холковского. Зачем Свену личное дело безопасника можно было только догадываться.

«Может, у них одна девушка и блондинчик копает против конкурента? Хотя зачем? Он же вроде к Рид неровно дышит. А этот безопасник был наставником Кайсы. Может, Олбу хочет отомстить? Тогда зачем в прошлом копаться? Холковский и не скрывает о том, что до магической школы рос в приюте. Ладно. Это потом. Сейчас надо проверить кабинет»

Каждый вечер Пётр приходил сюда не с пустыми руками. С помощью Свена ему удалось раздобыть новейшую магическую разработку от семейства Лукиани: магический песок. Всего несколько щепоток в день юноша распылял каждый раз, как бывал в кабинете директора. Песка было так мало, что обнаружить его было весьма проблематично. Зато Пётр получал информацию о том месте, куда попал песок. Он будто сканировал пространство вокруг себя, выделяя токи магии, если они оказывались рядом. Работа была трудоемкая и продвигалась крайне медленно, а ведь им еще нужно было придумать как обойти ловушки.

«А еще магические батарейки для Лары. Надеюсь, Рогова с этим не подведет»

Называть Рид по фамилии из мира людей он упорно не хотел.

«Можно Рогову забрать из мира магии. Но мир магии вытравить из Роговой невозможно»

Пётр восхищался и жалел Рид одновременно. Не сломаться, оказавшись в инвалидном кресле, не каждый сможет. Бороться день за днем за возможность просто ходить — это сильно.

'Мне, у кого с рождения нет магии, тошно здесь без возможности колдовать. А каково ей, имевший огромный потенциал? Не представляю как это. Даже если она снова сможет ходить, то с магией так не прокатит. Это невозможно. И тут ведь дело даже не в браслете, а в самой силе. Она бежит по кровеносным сосудам любого мага, она наполняет его внутренний резервуар. Она позволяет чувствовать себя творцом.

Ни мне, ни ей испытать такого не светит. Я не знаю, каково это — колдовать, а она…'

От мыслей о Рид студента отвлекла информация, полученная от очередной порции магического песка, который он высыпал пока заходил в кабинет, подходил к Гале и располагался на диване.

«Не зря все опасаются Лукиани. Не зря. За такое изображение многие маги готовы отдать огромные деньги»

Петру стоило большого труда сдержать улыбку. Наконец-то обнаружился тайник в кабинете. Юноша вытянул длинные ноги и скрестил руки на тощей груди. Со стороны могло показаться, что он спит, но