Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Держу её на вытянутых руках, будто это бомба замедленного действия.
– Поля, ну ты чего? Всё будет круто! Мы с тобой… Мы щас…
Ё-моё! Чо делать-то?!
Ну, Куравин!
Укачиваю Полинку так, как видел в фильмах – чуть приподнимаю, опускаю, баюкаю.
– У-а-а! – Доносится из квадратного рта.
Ребёнок надрывается, краснея у меня в руках.
– Может, тебе жарко? Давай снимем этот комбез, да? Ну его нафиг… Нарядили…
Расстёгиваю молнию.
Поля остаётся в хлопковом бодике, закрывающем ручки и ножки целиком.
– А-а-а! – Орёт еще громче.
Влетаю в панику!
– Ну-ну, ты же хорошая девочка, ну не плачь! Иначе дядя Тамерлан тоже будет плакать!
А я реально буду!
Оглядываюсь вокруг.
Так, что успокаивает детей?
Свет! Гирлянды!
Подхожу к окну, включаю.
Поля замирает на мгновение, разглядывает переливы огоньков.
– Ну, нравится? Да, смотри, какие красивые огоньки… Как светлячки. Ух, шикарно…
Поля снова поднимает взгляд на меня.
Губки искривляются, глаза наливаются слезами.
– Нет, Поля, не плачь!
– А-а-а!
Хватаю пульт, включаю телевизор, ставлю какой-то мультик, но Поля на него даже не смотрит.
Врубаю на телефоне песенки. Детские, медленные, весёлые, успокаивающие – все подряд.
Танцую с ребёнком на руках.
Надо спеть. Детей успокаивают песни!
Да… Только вот я ни одной колыбельной не знаю.
Думай, Тароев! Голова тебе зачем? Чтобы еду в неё складывать?
Врубай фантазию!
– Баю-баюшки, малыш… Всё у нас тут просто… Если стройку завершишь… Станешь главным боссом!
Полинка затихает. Глазища, обрамлённые тёмными ресницами, внимательно разглядывают мой рот, из которого вырываются звуки разной степени фальшивости.
– Что, нравится песенка? А я ещё знаю! Ты кричишь, и я страдаю, но проект я запускаю… Кто тут в кресле, кто главней? Поля, лидер всех детей!
Секундная тишина.
Но как только я замолкаю, Полинка снова начинает подвывать.
– Ладно, ладно! Новый раунд! Может, кушать? Может пить? Может мультики включить? Но Полина мне в ответ лишь устроила концерт!
Подкачиваю её в ритм. Рифмы кончились. Как и варианты того, как продержаться с ребёнком в квартире целую ночь.
Так долго петь я не смогу…
И снова – лишь стоит мне замолчать, как Поля тут же куксится, вытуживая из себя истерику.
– Да что ж с тобой не так? – Обессиленно воздаю взгляд к потолку. – Ну, что мне сделать? На ушах постоять перед тобой?
Детский плач звенит в ушах, вибрирует на барабанных перепонках.
Я сам напуган до чёртиков!
Ребёнку плохо, а я не могу ничего сделать!
Злюсь на себя, что согласился, злюсь на Макса, что втянул меня в это, злюсь на весь мир.
Ладно, план «Б».
Нам нужно что-то придумать…
Одеваю Полю в комбинезончик. Не с первой попытки, но у нас всё же получается прийти к удобоваримому результату.
Натягиваю на неё шапку.
Сам хватаю пальто, ботинки – одеваюсь быстро, будто на пожар опаздываю.
– Так, принцесса, сейчас мы с тобой пойдём гулять!
Глава 29
Ярослава.
Расхаживаю по гостиной, держа в одной руке изящную фарфоровую чашечку со свежевыжатым апельсиновым соком, в другой – кипу бумаг.
Наш проект для тендера.
Каждая строчка, каждая цифра должна быть выверена и доведена до идеала.
Мои мозги лучше работают в движении – проверено годами. Поэтому я наворачиваю круги, не отводя взгляда от документов.
– Создание благоприятной экосреды для городской жизни через использование вертикального озеленения… – шепчу себе под нос, перечитывая один из абзацев.
Звучит коряво. Переформулировать бы…
Делаю себе пометку карандашом.
Поворачиваюсь к дивану, кладу бумаги на спинку и хватаю следующую страницу. На ней визуализации: уютные жилые кварталы, фасады, увитые зеленью, просторные дворы с деревьями. Ставка на экологичность и комфорт для жителей.
– Инновационные методы водосбережения… Интеграция солнечных панелей… Минимизация теплопотерь за счёт современного утепления фасадов… – Снова шепчу, проверяя абзацы.
Подхожу к окну.
За ним переливается свет гирлянд, гуляют люди с детьми и собаками.
В квартирах напротив уже загораются огоньки ёлок.
Моя же квартира выглядит пустой.
В этом году я даже не поставила ёлку.
Какой смысл, если настроения всё равно нет? Всё время уходит на работу, на попытки разобраться с…
Нет, Яся, нельзя думать об этом сейчас.
Оборачиваюсь, оглядываю свои стены.
У Тамерлана с Ксюшей наверняка всё иначе. Они точно украсили всю квартиру. Ксюша ведь любит, чтобы было красиво, празднично. И, конечно, она не остановилась на паре гирлянд. У них наверняка огромная, настоящая норвежская ель, пышная и высокая, упирающаяся макушкой в потолок и украшенная стеклянными винтажными игрушками.
Интересно, а он сам хотел эту ёлку? Или просто поддался на уговоры невесты?
Грёбаный Тамерлан!
Я постоянно думаю о нём больше, чем положено.
Оживляю в голове его лицо, манеру поправлять галстук. Его широкие плечи и длинные пальцы. И то, как он этими пальцами сгребает бумаги с таким напряжением, будто держит на себе весь мир.
Нет, плевать мне. Совершенно.
Как бы там ни было, я справлюсь. У меня будет ребёнок. А это больше, намного больше, чем я могла мечтать.
В дверь звонят.
Звонят настойчиво, требовательно, будто там пожар.
Выхожу из ступора, ставлю чашку с соком на барную стойку и иду к двери.
Звонок повторяется.
– Иду!
Открываю дверь. Замираю.
На пороге стоит Тамерлан.
В руках – громко орущая лялька в розовом комбинезончике.
Огромные глаза, – единственная открытая часть лица, – пристально смотрят на меня.
– Тамерлан? Ты… Что это? Кто это?
– Ярослава, мне нужна твоя помощь!
Глава 30
Ярослава.
Розовый человечек, надрываясь, орёт во всю мощь своих детских лёгких. Сверкает на меня огромными глазищами, заполненными слезами.
Сердце жалостливо сжимается, обливаясь кровью.
– Маленький мой! Замёрз? Нос-то красный!
– Замёрз! – Кивает Тамерлан. – Куравин мне автокресло не оставил. Я бежал сюда через два квартала, как полоумный!
Забираю ляльку из его рук. Награждаю хмурым взглядом.
– Я не про тебя, а про ребёнка. Так это Макса?
– Ага. Дочь. Полинка.
– А где же сам Куравин?
Тамерлан разводит руками в стороны и делает нерешительный шаг через порог квартиры.
Я не возражаю.
Ну, в самом деле, не устраивать же мне сцены с малышкой на руках…
– Он в Екатеринбург улетел. Срочные дела.
– А тебя назначили нянькой? Гениальная идея.
Снова разводит в недоумении руками, мол, мой шок в шоке.
– Ну, а зачем ты ко мне прибежал, полоумный?