— Командир, сорян, не хочу нагонять жути… Но, кажется, нам жопа, — без истерики произнёс Шило. — Если сейчас заявятся взрослые особи, мы даже пикнуть не успеем.

— Заткнулись все, — процедил Морозов, выстраивая людей в круг. — Держим периметр. Свет на минимум, чтобы не провоцировать. Потихоньку ищем выход.

Они стояли, боясь лишний раз хрустнуть ботинком по камню. Тишина в пещере давила на барабанные перепонки. Взрослых тварей видно не было. Ни шороха лап, ни щёлканья жвал, только ритмичное пульсирование зелёной слизи внутри коконов.

И вдруг один из них, висящий метрах в двадцати от отряда, содрогнулся. Раздался влажный треск рвущейся органики. Серая оболочка лопнула, брызнув на камни вонючей кислотой, поверхность под каплями тут же задымилась. Из прорехи, неуклюже перебирая длинными, покрытыми жёсткой щетиной лапами, вывалилось нечто, похожее на помесь паука и богомола — оно было ядовито-зелёного цвета, с раздутым брюшком, из которого капала слизь. Это был «младенец», только что вылупившийся из яйца, вот только этот «младенец» достигал размеров гражданского автомобиля.

Тварь стряхнула с себя остатки кокона, повела жвалами, с которых сорвалась капля яда, и её фасеточные глаза безошибочно уставились на отряд.

— Готовьсь… — прошептал Морозов, вскидывая автомат.

Пантеры зарычали, но ни одна не рискнула сделать шаг вперёд — инстинкт вопил об опасности. Эта зелёная дрянь была пропитана токсинами настолько, что даже её дыхание было опасным.

Паук издал стрекочущий звук, раздвинул жвалы и присел на задние лапы, готовясь к прыжку. Морозов понял: сейчас эта туша влетит прямо в их строй, зальёт всё кислотой, и на этом их доблестная служба закончится. Он напряг палец на спусковом крючке…

И тут откуда-то сверху, пробив густую паутину, как бумагу, с чудовищной силой упала тень. Пыль и ошмётки паутины полетели в разные стороны.

Когда видимость прояснилась, Морозов забыл, как дышать.

На спине раздавленного зелёного паука сидело существо — огромное, метра два с половиной в высоту, оно было закутано в длинный тёмный балахон. Из-под ткани бугрились массивные плечи, покрытые толстенной костяной бронёй с шипами.

Существо даже не использовало оружие. Оно просто погрузило свои закованные в кость руки-кувалды в хитиновый панцирь бьющегося в агонии паука, нащупало сочленения… и с громким хрустом рвануло в разные стороны.

Зелёный монстр, который секунду назад собирался сожрать элитный отряд, оказался разорван пополам, как дешёвая игрушка. Кислота брызнула во все стороны, попадая на костяную броню пришельца, но та только зашипела, не причинив существу ни малейшего вреда.

Тварь в балахоне невозмутимо отряхнула огромные ладони от зелёной слизи, медленно выпрямилась и повернула голову к Стражам. Морозов вскинул автомат, его бойцы тоже взяли фигуру на прицел. Пантеры зарычали, но снова попятились.

Из-под глубокого капюшона на капитана уставились два внимательных, разумных жёлтых глаза. Существо посмотрело на ощетинившийся стволами отряд. Ни агрессии, ни страха в её позе не было. Скорее… лёгкое раздражение от того, что её отвлекли от работы.

Фигура медленно подняла правую руку. Костяной палец с длинным когтем вытянулся вперёд, указывая прямо на Морозова. Затем существо поднесло этот же палец к тому месту, где под капюшоном должны были быть губы.

Универсальный жест: «Тихо».

А потом палец укоризненно погрозил им из стороны в сторону: «Не глупите».

Морозов сглотнул, чувствуя, как по спине течёт ледяной пот. Он медленно, очень медленно опустил ствол автомата. Бойцы, глядя на командира, тут же последовали его примеру.

Существо коротко кивнуло, развернулось и мгновенно растворилось в темноте дальнего тоннеля, двигаясь с невероятной для своих габаритов бесшумностью.

— Это… это что сейчас было? — сиплым шёпотом спросил Шило, не сводя глаз с того места, куда скрылся монстр в балахоне. — Обезьяна… в броне?

— Это был наш ангел-хранитель, — так же тихо ответил Морозов. — Рассредоточиться. Проверьте периметр, только аккуратно.

Бойцы, держа оружие наготове, двинулись вглубь пещеры.

Через десять минут Лом вернулся к капитану.

— Командир… ты должен это увидеть.

Морозов прошёл за ним в соседний, более просторный зал. Весь пол был усеян трупами взрослых пауков — гигантские бронированные твари валялись здесь в неестественных позах. Разорванные панцири, вырванные жвалы, проломленные головы…

И никаких следов огнестрела, только грубая физическая сила. Кто-то методично и очень профессионально зачистил всё гнездо, перебив всех взрослых особей, прежде чем отряд вообще провалился под землю.

— Если бы мы упали сюда на час раньше… — пробормотал Шило, разглядывая разорванную надвое самку паука размером с автобус, — нас бы просто стёрли в порошок.

Морозов смотрел на побоище, и в его голове складывался пазл. Эта тварь в балахоне… она целенаправленно чистила коллекторы. Они живы только потому, что кто-то другой, неизвестный и невероятно сильный, сделал за них их работу.

— Командир, — Лом подошёл ближе, — что в рапорте писать будем? Если мы расскажем про обезьяну в костяной броне, которая рвёт высших химер голыми руками… нас же затаскают по допросам. Канцелярия мозг выест.

Морозов посмотрел на мёртвых монстров, потом на тёмный зёв тоннеля.

Зачем им знать? Зачем привлекать внимание к тому, что их спасло? Тот, кто контролирует эту тварь в балахоне (а она же явно кем-то контролировалась?), делает грязную работу за Империю.

— Ничего не будем писать, — сказал капитан. — В рапорте просто укажем: обнаружили гнездо в секторе, прибыли на место, особи мертвы. Причина смерти — внутренний конфликт между стаями, сами себя перегрызли. Мы зачистили остатки кладки и вышли. Всё.

— А про эту… в плаще?

— Мы никого не видели. Нам померещилось от газовых испарений. Ясно?

Бойцы кивнули. Никто не хотел лишних проблем. Они переглянулись, понимая одну простую истину — они сегодня вытащили счастливый билет и портить карму доносом на своего «спасителя» никто не собирался.

Глава 9

Я шёл по коридору своего Акванариума к помещению, которое по праву могло называться моей гордостью — специальный конференц-зал, спроектированный как идеальный бункер для переговоров, где даже стены имели уши только в том случае, если я сам этого захочу.

Всё здесь было готово: и система ключей, и многоуровневые коды доступа, и абсолютная изоляция. Я толкнул массивную дверь, инкрустированную перламутром, и вошёл внутрь.

Зал напоминал небольшой тропический сад, запертый в стеклянном кубе. По периметру тянулись панорамные резервуары, наполненные кристально чистой водой, в которых плавали маленькие киты — те самые «ручные» крохи, которых я выкупил у коллекционера. Раньше они были размером с ладонь, искалеченные генетическим дефицитом роста, но теперь я вернул