я смог тогда, смогу и сейчас. Ну а если не пройду — ну что ж, значит, я еще не готов.

Ректор слушал. Потом посмотрел на Кузьму:

— А ты? Ты второкурсник. У тебя есть преимущество. Но экзамен всё равно сложный. Уверен?

Кузьма кивнул — твёрдо, без сомнений:

— Уверен. Я знаю механику лучше, чем многие выпускники. Я могу построить то, что другие только рисуют на бумаге. Я докажу это на экзамене.

Ректор усмехнулся:

— Самоуверенность. Либо глупость, либо вы и вправду все знаете. — Он постучал пальцами по столу. — Хорошо. Я дам вам шанс. Но с условием.

«Вот оно», — подумал я. Знал, что без условия не обойдётся.

— Каким? — спросил я вслух.

Ректор наклонился вперёд, сцепил пальцы:

— Вы сдаёте экзамен через три дня. Не через месяц, не через неделю. Через три дня. Если сдадите — получите Печати Ловцов, и я лично вручу их вам с благодарностью за спасение судна. Если провалитесь — вы отчисляетесь из Академии. Немедленно. Без права повторной попытки. Без обжалований.

Я почувствовал, как внутри всё сжалось.

Дьяк стоял рядом с довольной улыбкой. Идея явно принадлежала ему. Он уговорил Главного Мастера, потому что знал: три дня — слишком мало, чтобы подготовиться к экзамену такого уровня.

Кузьма побледнел. Он понял то же самое.

Я смотрел на Главного Мастера и думал: «Три дня. Теория — я могу выучить. У меня память Глеба, я запоминаю быстро. Устав я уже почти знаю наизусть. Практика — навигация. Я справлялся раньше, справлюсь и сейчас. Дар поможет, если понадобится. Логистика — это вообще моя стихия. Но Кузьма… у него нет Дара. Он должен сдавать честно, по-настоящему. Практику он может провалить. Он инженер, а не кормчий».

Я посмотрел на Кузьму. Тот смотрел на меня, и в его глазах был вопрос: «Что делаем?»

Я обратился к Главному Мастеру:

— У меня встречное условие.

Главный Мастер приподнял бровь:

— Ты еще и торгуешься?

— Всегда, — ответил я спокойно. — Вы хотите, чтобы мы сдали экзамен за три дня. Хорошо. Но взамен я прошу одну вещь.

— Какую?

— Кузьма сдаёт экзамен как механик, а не кормчий, — сказал я. — Его сильная сторона — не управление судном, а строительство и ремонт механизмов. Дайте ему сдать экзамен как механику. Пусть он покажет, какие изобретает устройства и приспособления.

Главный Мастер задумался.

Дьяк вмешался:

— Но такого нет в Уставе! Все студенты сдают на кормчего! Это наш обычай!

— Обычаи устаревают, — парировал я. — Школа учит управлению водой. Но вода — это не только навигация. Это ещё и инженерия. Шлюзы, доки, подъёмники, лебёдки. Кто-то должен их строить, чинить, улучшать. Кузьма — такой человек. Дайте ему возможность доказать это.

Главный Мастер молчал. Было видно, как он что-то прикидывает. Наконец он кивнул:

— Хорошо. Шестопёр сдаёт экзамен как механик. Ему дадут задание — придумать и построить работающий механизм. Если справится — получит Печать Мастера-Механика. Если нет — вылетает.

Он посмотрел на меня:

— А ты сдаёшь на кормчего. Полный экзамен. Теория и практика. Три дня на подготовку. Согласен?

Я посмотрел на Кузьму. Тот кивнул — почти незаметно, но твёрдо. Он согласен. Он верит, что справится.

Я обратился к Главному Мастеру:

— Согласен. Но я хочу, чтобы приказ был подписан сейчас. При мне. Чтобы потом не было недоразумений.

Главный Мастер усмехнулся и взглянул на меня почти что с уважением:

— Хваткий! Не доверяешь?

— Я доверяю бумагам с печатями, — ответил я. — А людям доверяю, когда вижу, что они выполняют обещания.

Главный Мастер кивнул. Достал чистый лист бумаги, перо, чернильницу.

Написал быстро, размашистым почерком:

'Приказ Главного Мастера Волостной школы речного мастерства, Каменный Остров

Студентам Мирону Заречному (первый курс) и Кузьме Шестопёру (второй курс) предоставляется допуск к досрочному экзамену на получение Печати.

Заречный сдаёт экзамен на Печать Ловца.

Шестопёр сдаёт экзамен на Печать Мастера-Механика.

Дата экзамена: через три дня от сего числа.

В случае провала — отчисление из Академии без права повторной попытки.

Главный Мастер'

Он поставил печать — большую, сургучную, с гербом Школы. Протянул бумагу мне:

— Держи. Теперь у тебя есть допуск и три дня. Используй их с умом.

Я взял бумагу, свернул её, спрятал за пазуху.

— Спасибо, — сказал я.

Главный Мастер откинулся на спинку кресла:

— Не благодари. Я не делаю тебе одолжение. Я просто выполняю обещание, данное Дьяком. Но я не верю, что ты сдашь. Три дня — это слишком мало. Ты самоуверенный, и тебе этой выйдет боком.

Он сделал паузу, потом добавил — тише, почти задумчиво:

— Хотя… хотя ты уже удивил меня дважды. Прошёл вступительное испытание без руля. Спас судно, когда мастера стояли столбом. Может, удивишь и в третий раз.

Я посмотрел ему в глаза:

— Удивлю.

Главный Мастер усмехнулся:

— Посмотрим. Идите, готовьтесь.

Мы вышли из кабинета.

Коридор. Тишина. Мы стояли у двери, и Кузьма выдохнул — долго, с облегчением:

— Получилось! Мы получили допуск!

— Получили, — кивнул я. — Но теперь начинается самое сложное. За три дня нужно подготовиться так, чтобы не провалиться.

Кузьма посмотрел на меня:

— Ты правда думаешь, что мы справимся? Мне ведь еще створку устанавливать с рабочими.

Я достал бумагу из-за пазухи, развернул её, посмотрел на печать.

— Я не думаю, — сказал я. — Я знаю. Потому что у нас нет другого выбора. Либо мы сдаём, либо вылетаем. И я не собираюсь вылетать.

Кузьма кивнул.

— Тогда за работу, — сказал он. — У меня три дня, чтобы спроектировать и построить механизм и навесить эту створку.

— А у меня три дня, чтобы выучить весь Устав и отработать навигацию, — добавил я. — Пошли. Времени мало.

Мы пошли в Общую Палату.

Глава 12

Три дня.

Семьдесят два часа до экзамена.

Я разбил это время на блоки, как делал Глеб перед важными переговорами или турнирами. Чёткий план. Никакой паники. Только методичная работа.

День первый: Теория.

Я запер себя в библиотеке с утра до ночи. Савелий Лукич пустил меня без вопросов — он уже слышал о происшествии на доке, видел, как я выхожу из кабинета Главного Мастера с бумагой в руках. Понял, что дело серьёзное.

— Сиди, сколько нужно, — сказал он. — Только свечи береги. И книги