но пальцы пробили горло. Резкий рывок и на пол падает окровавленная плоть, а девушка пытается вдохнуть через разорванное горло.

— Ты что творишь. Стой. Я даю команду стоять! Стоять, дворецкий! Стоять!

Один удар. Влажный хруст. Словно лопнул спелый арбуз. И мертвый Жак Арно падает на пол с пробитым черепом.

Дворецкий останавливается. Стоит пару секунд без движения:

— Ваша команда выполнена.

Произнеся эти слова, он перешагивает через труп. Поднимается на корабль. Его нет минут пять, после чего мужчина возвращается с медицинским кейсом в руке. Он смотрит на мертвецов. На разгорающийся огонь. Поднимает медкейс, схватив ручку зубами. И прыгает в море, скрываясь в глубине…

* * *

— Так чего мы ждем?

— Тихо! На рыбалке нельзя шуметь!

Не то, чтобы Харви был против, но ситуация очень слабо напоминала рыбалку. Они с Молохом пересекли тот самый «коридор смерти», после чего наемник остановился. Махнул диспетчеру отойти в сторонку, за стеночку. Да Джон и сам был не против постоять за стеночкой. Но нахрена стоять так долго⁈

Скрежет металла. Ну да, уважаемые «гости» чувствовали себя как дома, куроча защиту лифта. Вот и он сам загудел, значит расхерачили панель и соединили напрямую… Скоро будут тут. СКОРО БУДУТ ТУТ⁈ ТАК НАХРЕНА МЫ ПРОДОЛЖАЕМ СТОЯТЬ⁈

— Уважаемый, — размышления Харви прервал наёмник. — Не нужно думать так громко матом.

— Тогда может мы…

— Нет.

— Но зачем тогда…

— Потому что.

— Да, бля!

— Согласен. Но кто мы такие, чтобы влиять на скоротечность времени в мимолетном потоке его проявления?

Тут уже Джон не нашел что сказать. Слишком глубоко… А потом дверь лифта открылась и оттуда вышли недавние «знакомые».

— Ой, это же страшные, престрашные дядьки! Что же делать, как нам выжить! Ай-ай-ай! — Прокричал Молох, швыряя пару гранат во врага. — Нате, пративные!

— Слышали бы тебя артисты, рыгали бы три дня, — спокойно прокомментировал «актёрскую игру» наёмника Харви. — Их психику ты разрушил, но хватит ли этого?

— Надеюсь, что нет. — бодренько отрапортовал Молох.

Этот разговор проходил на фоне обволакивающего «коридор смерти» белесого дыма. Того самого, что помог Харви уйти в прошлый раз. Теперь же он помешал их преследователям быстро сориентироваться. И первая же турель открыла огонь.

Но, был нюанс.

Турель была первая… И ЕДИНСТВЕННАЯ⁈ Харви прекрасно знал, что из себя представлял этот коридор. Этих ребят должно было размолотить на месте. Но вместо этого, лишь двое из них пострадали. Шедший первым упал замертво, второго же «зацепило». Остальные двое затащили своего раненого товарища обратно в лифтовое помещение, куда турель уже не доставала.

— Закрывайте быстрее! Быстрее! Страшна, страшна! Как же страшна!

Под эту «истерику» Молоха, бронированная дверь наконец-то опустилась, отсекая их от врага.

— Ой как же страшна-а-а. Мы не знаем, что это такое! Если бы мы знали, что это такое, было бы не так страшна, но мы не знаем, что это такое! Страшна, как же страшна!

Он «страдал» еще минут пять, пока к наёмнику не подошел Ши Ган.

— Все местные эвакуированы полностью. Я проверил.

— О! Отлично. За вами следили?

— Дроны-разведчики были, но никто не атаковал.

— Замечательно. «Всё по методичке» продолжается. Что с входами?

— Как вы и командовали, мы их заминировали и взорвали. Особо не старались, но выглядит серьезно. Если понадобится, расчистим за пару часов.

— Хорошо, ничто так не пугает людей, как физическая работа. Так что ждем наших гостей здесь, в единственном уцелевшем входе в бункер учебки. Из защиты одна турель, жители напуганы и деваться нам некуда — аж самому штурмануть захотелось, ух. Кстати, а «те самые мины» поставили?

— Поставили, — тихонько ответил Ган. — Те самые и в ту самую.

— Отлично. Всё просто замечательно! — Радостно прокричал наёмник.

— Да, — кивнул стоявший рядом Харви. — Нам пиздец.

Глава 15

Глава 15

— И что?

— И всё.

— Точно всё?

— Точно всё.

— И что?

— А-а-а-а-а!!!

Что тут скажешь, Харви ещё не выработал так необходимого для общения с Молохом и его командой чувства эмоционального похеризма. Бедный, так сильно переживал. Собственно, со своими «переживаниями» он на мостик линкора и поднялся. Линкора… который один душный наёмник всё никак не находил времени нормально назвать.

— Повторяю еще раз. Всё. Я всё сделал. Отсылал запрос десять раз, но ответа не было.

— Девять или десять? — Уточнил Молох.

— Девять. — это Трэм. Он с диспетчером ходил заниматься связью.

— Десять! — Вот и Джон вписался.

— Так девять или десять?

— Боже, да за что⁈ Нам пиздец. Какой же нам пиздец! — Харви пошёл к выходу. Потом развернулся. Вернулся. Постоял молча. И снова пошёл к выходу. — Я… заниматься связью. И девять, и десять, и сто девяносто девять раз! Всё, ушёл!

Наёмники смотрели ему вслед молча. Лишь когда двери мостика закрылись, Трэм тяжело вздохнул и повернулся к своему капитану:

— За что ты с ним так, брат?

— Мне нужен был кто-то, кто будет постоянно сидеть на связи и отсылать запросы. Вы все сейчас нужны на мостике, а ребята Гана еще слишком неопытны, не смотря на старания. Так что оставался только Джон Харви, которому я не могу приказывать.

— Но ведь ты мог просто… попросить его. Попросить, а не оставлять ментально-анальный рубец на его психике.

— Я не знаю Джона лично. Нам не победить врага собственными силами. Так что оставаться на связи крайне важно для осуществления плана обороны. Попроси я его, и он считал бы, что делает не свою работу, за которую ему еще и должны. Чужую работу никто хорошо не делает. А так он выполнит её максимально внимательно и с большей отдачей, еще и без каких-либо претензий, ведь он сам вызвался.

Трэм молчал. Смотрел на своего названного брата и молчал.

— Знаешь, — наконец-то произнес дроновод. — Порой я начинаю думать, что тебя братьям подкинули, не выдержав концентрации душноты.

— Хорошая шутка.

— Я не шутил.

Шелест отъезжающих дверей мостика прозвучал неожиданно. Он привлек всеобщее внимание, прекратив эти странные разговоры. На мостик поднялся Ши Ган и быстрым шагом, граничащим с бегом (хотя при капитане он всегда так ходил) подошёл к Молоху.

— Мы всё перепроверили. Завалы никто не пытается расчищать. Жители эвакуированы в дальние помещения учебки. Там надежно.