– Это…

Но Алекс уже развернулся и невозмутимо пролетел через разросшийся заслон пираний, шакалов и прочих загонщиков. Те не успели отреагировать.

«Подождите, ребята. И до вас дойдет очередь. Но не сейчас».

Вскоре вдали показались фигуры огромных титанов. Однако адептов уже и след простыл.

– Я никого не вижу! Где они? – быстро спросил Алекс.

– Понятия не имею. Я только успела зафиксировать, что монстры окружили адептов, а те не сопротивлялись.

– Должно быть, они были сильно отравлены, если вообще в сознании. Что произошло дальше?

– Дальше вся группа исчезла.

– Вот так просто испарилась? – не понял Алекс.

– Нет, но они пролетели мимо титанов, а возле подобных существ мои способности барахлят.

– Хм… значит, нам придется выяснить это самостоятельно. Пора сдаваться.

– Думаешь, это разумно? – с сомнением спросила Мирам.

– Куда бы нас ни потащили, это будет подальше от титанов. А мы как раз пытаемся найти выход. Так что все идет по плану, – объяснил Алекс и крикнул монстрам: – Ребята, ваше время настало!

Неизвестно, что подумали монстры, но его снова окружила группа пираний. Два десятка! Они соединились телами, и Алекс оказался в темном шаре. После этого шар полетел куда-то в сторону границы.

– Как многоножки в Квазаре, – нервно пробормотала Мирам, напоминая о том случае, когда монстры сначала заманили армию адептов в ловушку, а затем принялись таскать потерявших сознание бойцов внутрь Жемчужины.

В тот раз Алекс тоже сдался и легко пробрался на территорию врага. Правда, пришлось изображать потерю сознания. Однако сейчас этого почему-то не потребовалось, причем захватчики также не попытались обезвредить жертву. Это намекало, что монстры не считают Алекса опасным.

Впрочем, для монстров он выглядел как адепт с парой врат…

Глава 11: Ферма ​

Ферма. Достойные. Каег.

Высокий адепт с белой, без единого пятнышка, кожей висел в красном тумане. Настолько плотном, что его можно было потрогать руками. Скорее, он напоминал кисель, а не туман…

С момента бегства от Разрушителя еще и месяца не прошло, но Каегу казалось, что минуло как минимум несколько лет. Хотя главным сейчас было даже не ощущение времени, а направление, в котором двигались Достойные. К сожалению, ничего хорошего ни для себя лично, ни для окружающих бывший лидер Достойных уже не видел.

И собраний с воодушевляющими речами больше не проводил, а если бы попытался, вряд ли бы к нему пришло много народа. Потому что их мечта не просто сбылась, а даже сбылась с большим запасом – из Достойных они стали избранными! Вот только это уже совсем не радовало. Скорее, пугало, однако свернуть с избранного пути они уже не могли. Разве что избавиться от некоторых уродств, как Каег от третьей руки, но с риском набрать новых…

– Каег, – просипел сбоку женский голос.

– Что тебе, Долла? – бросил он, не оборачиваясь.

– Фест зовет. Пора!

– Бездна! Опять? Мы же несколько дней назад проходили… процедуру.

– Лучше называй это Возвышением Бесформенного или просто милостью, – хмуро добавила Долла. – Как это все делают.

– Это не Возвышение, а отбраковка неугодного материала. Проклятье! Я не уверен, что выдержу еще одну попытку.

– Никто не уверен, но выбора у нас нет. Поторопись, а то знаешь, что будет.

– Знаю, – поежился Каег, с отвращением вспоминая скорчившихся от боли товарищей.

Так бывало с недовольными, которые не слушались приказов Феста. Возвышение все равно заставало их. Просто это происходило снаружи подготовленного места и проходило гораздо тяжелее. В лучшем случае все заканчивалось уродством. В худшем – потерей разума или даже смертью.

Поэтому нарушителей порядка почти не осталось. Разве что среди совсем новичков…

– Хорошо, пойдем, – произнес Каег.

– Сразу бы так, – с облегчением выдохнула Долла.

Два адепта медленно поплыли через красный туман. Ошибиться они не боялись – внутри каждого по-прежнему работал Призыв, который, как стрелка компаса, указывал направление. Когда-то именно эта сила привела армию Достойных на Ферму…

Каег прекрасно помнил тот момент – они несколько дней путешествовали по серой зоне, потом натолкнулись на Ось, а потом поднялись в Тихую Заводь, полную титанов. Старшие братья, как их называл Хемет, ставший из главного энергетического хирурга полноценным лидером Достойных. Правда, титаны тогда даже не взглянули на «младших», и адепты полетели дальше, следуя Призыву. Позже выяснилось, что его источником был загадочный Фест…

Кстати, Хемет за это время и сам прошел небольшую часть пути по превращению в монстра – его большая голова стала еще больше, а сухие руки и ноги немного вытянулись. В результате он почти перестал напоминать гуманоида. Правда, на этом его изменения затормозились.

Однако многие адепты изменились куда сильнее, причем без своего на то желания – это было еще одним побочным результатом Возвышения Бесформенного. Название должно было символизировать путь Троих, но Каег считал это слово неудачным выбором. Однако держал это мнение при себе. Он вообще в последнее время редко говорил…

Больше всего пугало, что некоторые Достойные вместе с изменением формы начали хуже соображать. Хотя это не уменьшило их боевых и других способностей. Фест объяснил это тем, что разум иногда не может удержаться в пропитанной Бесформенностью плоти. Особенно если его хозяин не старался. Хоть как тут можно стараться? Тебе либо повезло, либо нет.

При этом Фесту тоже не нравились безмозглые адепты, и он даже пару раз называл их отбраковкой, но велел заботиться о несчастных. К сожалению, их становилось все больше…

Что интересно, Хемет не демонстрировал ни малейших признаков безумства или умственной слабости. Каег не знал, радоваться этому или печалиться. С одной стороны, Хемет был одержим опасными идеями, а с другой – лучше всех понимал, что происходит на Ферме, и иногда делился своими соображениями с бывшим боссом. Причин такой откровенности Каег не понимал…

Они с Доллой влетели в область более плотного тумана. Центр Фермы! Так Каег называл существо с красной плотью, внутри которого они все сейчас жили. Скорее всего, это был специальный титан или очень-очень разросшийся гигант. Снаружи его никто не видел, так как покидать Ферму запрещалось.

Естественно, Каег так называл свой новый дом исключительно про себя и даже при Долле не упоминал это имя. Слишком опасно. А кроме Доллы Каег почти ни с кем и не общался, так как многие отвернулись от бывшего лидера…

– Зачем ты меня вообще держишься? – вдруг спросил он Доллу.

– Привыкла… и верю в твою удачу, – тихо призналась та.

– Ты все еще считаешь меня удачливым? После всего этого?

– Одну мечту ты уже выполнил. Может, повезет со второй. Ты знаешь, о чем я.

– Гм… неожиданно это услышать.