мы быстро юркнули за массивную дверь архива. Фух, половина дела сделана, осталось найти личные дела, а потом выбраться отсюда.

Киан остался на страже у двери, какой осторожный напарник мне достался, между прочим, мог бы и сам достать всё, что ему надо. Я быстро нашла нужные папки, к счастью, здесь было всё вполне удобно разложено. На всё про всё у меня ушло, наверное, около семи минут.

— Всё, готово! — едва слышно выдохнула я, торопливо пряча бумаги в небольшую тряпичную сумку, которую взяла специально для этого дела. — Теперь надо как-то выбираться.

— Идём, — Киан кивнул и осторожно приоткрыл дверь архива.

Мы были уже у самого выхода, когда в коридоре показался архивист. Это был старик в одежде прошлого века и с длинной, запущенной бородой. Я на миг растерялась, не соображая, что делать, но Киан среагировал быстрее — рванул меня в глубокую нишу и плотно прижал к стене.

— Проклятье, — прошептала я. — Он ведь идёт прямо сюда!

— Тихо, — негромко произнёс мужчина, притискиваясь совсем близко ко мне. — Может, пройдёт мимо.

— Твоё «может» на нормальный план не тянет, — возмутилась я, даже не заметив, как от испуга снова перескочила на «ты». — Есть у тебя хоть какой-нибудь отвлекающий манёвр?

— Имеется, — на его губах промелькнула усмешка. — Но ради него придётся пожертвовать твоим спокойствием.

Я и возразить не успела, как этот чешуйчатый выудил из кармана мелкий шарик — обычную магическую обманку. Короткий бросок в сторону, и весь коридор мгновенно затянуло плотной пеленой тумана.

— За мной! — скомандовал он, перехватив мою ладонь.

Мы припустили по коридору, стараясь ступать как можно тише, хотя собственное сердце колотилось с такой силой, что казалось, грудная клетка сейчас просто не выдержит. Если нас поймают, меня точно исключат, а что будет с репутацией нашей семьи, и представить страшно. И всё из-за чьих-то грязных интриг! Ну уж нет. Я не позволю, чтобы из-за этого самовлюблённого дракона страдали мои родные. Я выкручусь, обязательно выкручусь, чего бы мне это ни стоило.

Архивист отвлёкся на туман и побежал проверять, что там случилось, мы же тем временем почти добрались до лестницы.

— Почти у цели, — выдохнула я.

— Не торопись с выводами, — буркнул дракон. — Самое сложное ещё впереди.

Надеюсь, он имеет в виду путь обратно, а не какую-нибудь очередную работенку. Мы всё-таки выбрались тихо, незаметно, с папками в руках. Когда оказались в безопасном месте, я резко оттолкнула Киана (я до сих пор была очень зла на него из-за того, что он втянул меня во все это), сунула ему в руки папки и, не оглядываясь, бросилась прочь. Сейчас заберу своего любимого Оникса, а там я постараюсь навсегда забыть эту ночь.

Глава 16

Я вернулась в комнату после этой безумной ночки уставшая и взвинченная, ну а какой я еще должна быть после всего этого? Из-за этого чешуйчатого гада меня сегодня могли бы отчислить из академии, из-за этого низкоморального драконишки на мою семью обрушилась бы лавина сплетен и унижений, из-за этого ничтожного шантажиста моя жизнь была бы сломана. А всё из-за того, что еще в самом начале «нашего знакомства» его драконье эго не смогло «проглотить» малюсенькую ложь, ну подумаешь, какая-то ведьмочка нарушила один незначительный пунктик регламента и оделась в гражданскую одежду. И что тут вообще такого?

Да будь моя воля (и не будь моя матушка верховной ведьмой), я бы уже митинговала на площади с огромным плакатом, на котором было бы написано «Долой глупые правила! Ведьма может одеваться как хочет». И я более чем уверена, что нашлось бы достаточно много черных ведьм, которые поддержали бы меня в моем стремлении.

Конечно, проблема в виде его знания о моем втором фамильяре — это другое дело, здесь я еще должна сказать ему спасибо за то, что он молчит об этом, а не побежал сразу же сдавать меня общественности. Хотя за что этому гаду говорить спасибо⁈ За то, что этот бессовестный тип так легко рискует моей репутацией, моей учебой, моим будущим в конце концов?

Любой другой нормальный человек, который не хотел бы пачкать руки и разносить сплетни о маленькой черной ведьмочке, просто-напросто пошел бы домой, ну или на крайний случай к родителям этой ведьмочки, а этот ужасный шантажист решил втянуть юную ни в чем не повинную ведьму в свои интриги ради «будущего в этой академии». Конечно, самостоятельно по карьерной лестнице шагать его в детстве не научили, так он решил через головы прыгать, помогая в мутных делишках ректору.

Ладно-ладно, что-то я совсем не в ту плоскость своих рассуждений ушла, вполне возможно, что он помогает по личному поручению ректора, а плюшки в виде карьеры никому еще не помешали, и на самом деле вполне возможно, что они делают какое-то важное и нужное дело. Все же не мое это дело, просто хотелось бы поскорее забыть об этом. Но только я хотела забыть обо всем этом как о страшном сне, как Оникс подал голос, кажется, он не разделял моих стремлений помолчать.

— Ну и ну! — чуть ли не рычал он, устраиваясь на своей лежанке. — Сначала мы лазим по архивам, как какие-то воришки, точнее, вы лазаете, но неважно, это всё неважно! Я всё же твой фамильяр, а значит, всё, что происходит с тобой, то происходит и со мной. Потом вас чуть не ловит архивист. А всё из-за какого-то дракона с манией величия! Да если бы я знал, что так будет, я бы ни в жизнь не согласился на твою дурацкую помощь соседке с магоциклом!

— Оникс, — устало вздохнула я, бросая плащ на стул так, что он случайно наполовину накрыл Мавра.

— Давай без лекций. Во-первых, ты и так был против. А во-вторых, что сделано, то сделано. Я и так чувствую себя так, будто меня окунули в ведро с помо… В общем, ты понял!

— Ладно, — буркнул он. — Но завтра я требую для восстановления душевного равновесия чего-нибудь съестного. Я уже не могу, столько нервов, столько нервов! Мне срочно нужно что-нибудь успокоительного, например, обещанный тобой набор уходовых средств.

— Я помню, на днях куплю, — вздохнула я. — Только не начинай.

— А я и не начинал, — парировал этот комок шерсти, надеюсь, завелся он ненадолго. — Но имел полное право!

— Ты имеешь право только поддержать меня сейчас, — отрезала я.

Через пять минут он уже мирно сопел, устроившись на своей любимой лежанке и мило подрагивая лапкой. Паучок же всё это время сидел молча, а теперь выполз из-под плаща