— Сдавайся, тварь, — выдохнул один из теперь уже безоружных мужчин, бросаясь прямо на Натта с кулаками. Натт снова заблокировал удар, отшвырнув его прочь, но тут подоспел другой, бешено размахивая клинком. Натт сбил его в сторону и увернулся от следующего, но из-за этого оказался лицом к лицу с главарём. И этот ублюдок не целился Натту в туловище или лицо, как делал каждый раз до этого — вместо этого он рубанул мечом прямо по ноге Натта.

Рёв Натта разорвал воздух, взрываясь в мыслях Эллы, и кровь тоже взорвалась, широкой дугой брызнув из глубокой, страшной раны на бедре Натта. Мужчины торжествующе закричали, один из них расхохотался — и в следующее мгновение они навалились на оседающую фигуру Натта; замелькали руки, засверкала сталь, и нет, нет, НЕТ…

Внезапно Элла пришла в движение. Отчаянно, дико срываясь с дерева, спрыгивая и скользя по шершавому стволу, не обращая внимания на то, что её сорочка рвётся, а руки кровоточат. Натт ранен, Натт может умереть. И ярости и ужаса от этой мысли было достаточно, чтобы заставить её броситься на землю и изо всех сил, в панике помчаться к ним. К Натту, которого она даже не могла разглядеть под кучей этих мерзких, жестоких людей.

— Прекратите! — закричала она; её голос пронзительно разорвал воздух. — Сейчас же! Немедленно!

Хвала богам, мужчины остановились. Явно больше от неожиданности, чем от чего-либо ещё; все их лица в масках резко повернулись к ней, и Элла ворвалась прямо в их толпу, прямиком к Натту. Он скорчился на земле между ними, защищая голову окровавленными руками, и обильно истекал кровью из порезов по всему телу; его прерывистое дыхание сопровождалось хрипами от боли. Зрелище было шокирующим и почти невыносимым для потрясённых глаз Эллы; как эти люди могли сотворить такое с тем, кто даже не поднял на них оружия.

— У него здесь баба?! — раздался голос главаря, и когда Элла резко повернула голову, чтобы испепелить его взглядом, ублюдок действительно рассмеялся. — У тебя здесь была баба, орк, — повторил он, внезапно и с силой пнув Натта в бок подкованным сапогом. — Ты ещё и похищениями промышлял, тварь?

От удара Натт издал сдавленный хрип, и ярость с отчаянием снова вспыхнули, глубоко и мучительно отозвавшись в животе Эллы.

— Вы больше к нему не притронетесь, — приказала она со всей властностью, на какую была способна. — Вы немедленно уйдёте.

Мужчина лишь снова рассмеялся, а затем протянул руку и насмешливо дёрнул Эллу за порванную ночную сорочку.

— Смотрите-ка, она уже попала под грязные орочьи чары, — сказал он. — Небось, ещё и под завязку набита его спермой. Пойди-ка возьми её и проверь, Колли, ладно? И не делай ничего такого, чего не сделал бы я.

Он снова засмеялся, подмигнув мужчине, стоявшему ближе всех к Элле — и в ответ тот разразился гулким хохотом и потянулся, чтобы больно схватить Эллу за предплечье.

— Пойдём-ка, девка. Мы с тобой разберёмся.

Потрясённый, оцепенелый ужас Эллы был прерван гортанным шипением Натта у её ног, и она с запозданием, но с силой вырвала руку из хватки этого мерзавца.

— Не смейте больше ко мне прикасаться, — рявкнула она. — И вы немедленно покинете эти земли!

Мужчина лишь снова захохотал и сделал шаг ближе; тошнотворный запах из его рта ударил в нос.

— Упрямая маленькая дрянь, да? — сказал он. — С удовольствием поставлю тебя на место, девка.

Элла могла лишь пялиться на него, разинув рот — неужели он и вправду собирался сделать то, о чём говорил?! Но снова, сдавленный, отчаянный рык Натта у её ног подтвердил: да, возможно, так оно и было. И когда мужчина снова потянулся к её руке, на этот раз Элла не стала сопротивляться и позволила ему притянуть себя ближе — а затем дико вцепилась ногтями в его лицо, срывая маску.

И он был… красив. Чисто выбрит. Довольно молод, возможно, лет тридцать. Совсем не тот грязный, бородатый головорез, которого Элла ожидала увидеть, и она моргнула, глядя на его лицо, в то время как шок накатил с новой силой, и в её мыслях медленно проступило узнавание. У неё была хорошая память на лица и имена — в её кругах без этого было никуда, и…

— Мистер Колин Галлифорд? — произнесла она бесцветным голосом. — Но… вы же были на моём празднике вчера вечером.

Было бы приятно увидеть, как ужас вспыхивает в его голубых глазах, если бы не тот факт, что сама Элла испытывала, пожалуй, большее отвращение и тошноту, чем когда-либо в своей жизни. Мистер Колин Галлифорд был близким другом Альфреда, Альфред представил его прошлым вечером с искренней теплотой, и он с безупречной вежливостью склонился над протянутой рукой Эллы, во всём являя собой идеального богатого джентльмена.

— А вы мистер Бирн, так? — произнесла теперь Элла, поворачиваясь к мужчине, который, судя по всему, был их предводителем, и наблюдая, как шок вспыхивает и в его глазах. — Мистер Джек Бирн, если я не ошибаюсь?

Он не шелохнулся и не ответил, но, будь он проклят, он был ещё одним близким другом Альфреда, ещё одним, кто проделал весь путь из Тлакски ради помолвки Эллы. Или ради этого?!

— Это новая девка лорда? — слишком громко прошептал один из остальных мужчин. — Наследница?

Ярость вспыхнула за глазами Эллы, и она резко повернулась к мужчине, несомненно, ещё одному жалкому трусу, который вчера вечером не стеснялся пользоваться её гостеприимством.

— Наследница, совершенно верно, — отчеканила она с таким ледяным высокомерием, на какое только была способна. — Я мисс Элла Ридделл, на данный момент одна из богатейших женщин в королевстве и невеста вашего друга, лорда Тови из Тлакски. И вы сейчас вторглись на мои земли и угрожаете обесчестить меня!

Эти слова были встречены полным молчанием, если не считать прерывистого дыхания Натта у её ног, и Элла вздрогнула от этого звука и бросила на него быстрый, испуганный взгляд. Боги, он выглядел совершенно разбитым, но всё же каким-то чудом умудрился сесть на землю позади неё; его чёрная голова была опущена, рука намертво вцепилась в бедро, а красная кровь всё ещё струилась между пальцами.

— Умоляем о прощении, мисс, — раздался гладкий голос, голос Бирна. — Но вы находитесь в лесу, одна, в порванной ночной сорочке и выглядите, гм… совсем не как та достойная леди, которую мы встретили вчера вечером. И к тому же, вы с орком.

Взгляд Эллы всё ещё был прикован к Натту, к этому ужасающему зрелищу его струящейся красной крови, и она с запозданием