Неожиданная, откровенная поза, твердая рельефная мускулатура подо мной заставили меня тихо ахнуть. Я чувствовала теперь уже без тонкой шелковой преграды, как горячо и твердо его тело.

— Теперь я хочу вкусить не только твой стон, но и твое дыхание, — покусывая мои губы, возбужденно проурчал дракон.

Одной рукой он уже притянул мое лицо к себе, а другая его рука скользнула между наших тел, туда, где я уже была вся влажная и пульсирующая от желания. Его губы властно овладели моим ртом. И я растаяла, потеряла рассудок, мои руки сами обвили его шею, прижимаясь ближе.

А внизу, в самом эпицентре бури, его палец нашел сокровенную сердцевину моей женственности. Точное, уверенное прикосновение, которое заставило мое тело выгнуться в немом крике прямо в его рот. Он принялся ласкать эту чувствительную жемчужину сначала медленными круговыми движениями, заставляя меня биться в его объятиях, а затем все быстрее, настойчивее.

Ощущения были настолько яркими, острыми, что граница между болью и наслаждением стерлась. Я стонала прямо в его нетерпеливые жадные губы, мои бедра начали двигаться сами, следуя ритму его пальцев.

Внезапно Анагар разорвал наш поцелуй, его золотые глаза горели триумфом.

— Вот она, — прохрипел он, не прекращая своих развратных ласк. — Самая искренняя глава. Читай ее для меня, моя звезда. Сияй для меня.

И мое тело взорвалось. Волна за волной, сокрушительная, белая вспышка, выжигающая весь стыд, весь страх, оставляя лишь невероятное восторженное потрясение.

Я кричала, вжимаясь в него, мои пальцы впивались в его плечи, а его имя, то самое, что я еще недавно шептала с трудом, сорвалось с моих губ в немом, надрывном рыдании наслаждения.

Анагар не останавливался, пока последние судороги не отпустили мое тело. Я лежала на его коленях, вся мокрая, обессиленная, с распухшими губами и пустой головой.

— Прекрасное вступление, — прошептал он, и его руки снова легко обхватили мое обессиленное тело.

В следующее мгновение комната сместилась. Прохладный шелк коснулся моей спины.

Он опустился на колени между моих расставленных бедер. Властные руки легли на мои колени, мягко, но неумолимо раздвигая их еще шире. Я закрыла глаза, чувствуя, как мое сердце вот-вот проломит ребра.

— Смотри, — приказал Анагар тихо, но так, что я немедленно повиновалась. — Смотри, на меня Олалия.

И дракон вошел в меня. Медленно, неумолимо, заполняя собой каждую частичку, каждый уголок трепещущего в ожидании его моего тела.

Боль была острой, короткой, но тут же растворилась в огненном приливе, который казался… знакомым. Как будто мое тело ждало этого всю жизнь. Я вскрикнула, выгибаясь под его горячей тяжестью, мои пальцы смяли в простынь.

Муж замер, давая мне привыкнуть к нему внутри.

— Теперь, — хриплым от сдерживаемого напряжения голосом произнес он, — начинается истинная история.

И он начал двигаться. Сначала медленно, почти невыносимо размеренно, каждый толчок заставлял меня чувствовать его всего, до самой глубины.

Потом ритм ускорился. Его руки крепко держали мои бедра, подчиняя их своему темпу. Я обвила его ногами, притягивая ближе, отвечая на его толчки встречными движениями таза, и в его глазах мелькнуло удивление, а затем еще более темное, жадное одобрение.

Наш общий ритм начал сбиваться. Толчки стали резче, грубее. Я чувствовала, как внизу в месте нашего единения снова нарастает знакомое, огненное напряжение. И Анагар видел это, чувствовал…

— Вместе, — прохрипел он, и это прозвучало как заклинание.

А следом… мы рухнули в бездну вместе. Его рык слился с моим тонким криком. Он заполнил меня горячей пульсацией, и это стало спусковым крючком для моего собственного, еще более сильного, чем в первый раз, взрыва.

И мир пропал для меня. Густая жаркая темнота, в которой продолжали вспыхивать яркие звезды, накрыла на несколько мгновений.

Когда я снова смогла дышать, муж обнимал меня рядом. Его дыхание обжигало мою шею. Мы лежали так, объединенные в тишине, нарушаемой лишь треском догорающих свечей.

Император медленно поднялся на локти, провел пальцем по моей щеке, смахивая слезу, которую я сама не заметила.

— Конец… нашей первой книги, звезда моя, — ласково произнес он. — Завтра… мы начнем новую.

Эпилог

Прошел ровно год с того дня, когда моя жизнь сделала такой неожиданный крутой разворот. Иногда, проходя по знакомым коридорам замка, я ловлю себя на мысли, что все еще жду, когда меня окликнут и скажут, что это была ошибка.

Но это реальность. Я — жена императора-дракона и императрица.

Мои родители, сначала оглушенные позором, а затем ослепленные моим возвышением, теперь живут в столице. Отец, с его честным, прямым нравом, неожиданно нашел себя в роли советника по торговле.

Мама до сих пор порой тревожно поправляет складки своего нового платья, но в ее глазах я вижу долгожданный покой и умиротворенную гордость за меня.

Лорд Лиес был признан виновным и осужден за государственную измену и злоупотребление своим статусом. Его имения были конфискованы, а сам он сейчас отбывает пожизненное заключение в холодных каменных казематах на севере. Как и его сообщники, готовившие тихий переворот в империи. Справедливость восторжествовала.

Я сама… я изменилась. Мне пришлось научиться быть не просто Олалией, а Ее Императорским Величеством.

Я все так же люблю тишину библиотек и простые истории, но теперь я знаю, как одним взглядом усмирить спор двух герцогов и как мягко, но настойчиво продвинуть закон, который облегчит жизнь фермерам в моей родной долине.

Анагар, мой дракон, мой муж… он по-прежнему моя опора и моя самая большая слабость. В его присутствии я всегда становлюсь просто женщиной, которая любит и любима.

Сегодня должен был состояться большой прием в честь годовщины моей коронации.

Я стояла перед зеркалом, поправляя золотое парадное платье. Горничная подала мне корону на бархатной подушке. Ту самую, сплетенную из осколков звезды. Я бережно взяла ее в руки, чтобы возложить на голову, как делала это уже десятки раз.

И в этот миг она неожиданно вспыхнула.

Не своим обычным, мерцающим лунным светом. Она залила комнату ровным, алым, теплым сиянием. Я замерла, не в силах понять, что происходит. Свет пульсировал в такт моему учащенному сердцебиению, наполняя воздух тихим, мелодичным перезвоном.

В дверях появился Анагар. Он собирался что-то сказать, но замер в проеме, остановив на мне острый, хищный взгляд. Его взгляд прилип к сияющей короне, глаза прищурились, а затем загорелись таким ярким, таким диким счастьем, что у меня перехватило дыхание.

Он стремительно пересек комнату и, не говоря ни слова, сжал меня в сильных, но нежных объятиях.

— Анагар? Что? Что-то случилось? — прошептала я, испуганно и смущенно уткнувшись лицом