то же самое своим дочерям еще в самом нежном возрасте, хотя по существу это есть хитрая затея мужчин, придуманная с целью держать своих жен в более строгом повиновении, заставить их быть особенно внимательными во время болезни и отбить у них охоту отравлять своих мужей[23]…».

Обряд сати – самосожжение вдовы на погребальном костре мужа

Между тем сама индийская традиция видела в сати престижную церемонию, наделявшую ореолом святости и место совершения самосожжения, и саму вдову. Как писал Марко Поло, «таких жен много похваляют». Предполагалось, что женщина, вступившая на погребальный костер мужа, в будущем рождении, подобно супруге Шивы, вновь сможет соединиться с мужем. Одновременно ей обещалось столько лет небесного блаженства, «сколько волосков на теле».

Начиная с эпохи древности в текстах (и в общественном мнении) обнаруживается представление о том, что идеальная супруга всегда следует за мужем – и в жизни, и в смерти. Как говорит одна из эпических героинь, царевна Савитри (подобно Драупади – воплощение образа идеальной жены): «Ведут ли куда-нибудь моего супруга, или сам он идет по своей воле, я должна идти следом – такова извечная дхарма» (Махабхарата III. 281). В контексте темы сати этот пример особо показателен, ибо слова эти Савитри произносит, обращаясь к богу смерти Яме, пытающемуся увести душу ее умершего мужа Сатьявана в свое царство.

Кроме того, стоит признать: идея о том, что в преждевременной кончине мужа виновата жена (грехами в прошлых рождениях, нарушением норм поведения, в некоторых случаях даже тем, что обращалась к мужу по имени), пусть и не всегда отчетливо сформулированная, обнаруживается довольно часто. В определенном смысле, совершение сати полностью эту вину искупает.

Не смотря на попытки еще британцев бороться с этой «варварской традицией», даже в XXI веке время от времени появляются единичные упоминания о женщинах, совершивших сати.

Шива и Парвати

Парвати (Ума, Гаури), дочь Химавата, бога Гималаев, и прекрасной апсары Менаки. В индийской традиции, наряду с Драупади, супругой Пандавов, героев Махабхараты, и Савитри, супругой царевича Сатьявана, которого она вырвала из рук бога смерти Ямы, – образчик идеальной, верной и любящей жены. Обыкновенно она изображается в виде юной красавицы. Ее описание в поэме Калидасы «Рождение Кумары» дает наиболее полное представление о древнеиндийском каноне женской красоты: она шествует, подобна лебедю[24], ее стан, стройнее ствола пальмы, грудь и бедра округлы, а на теле – три складки («лестница для быстроногого Камы»). Пальцы Парвати «прекраснее листьев ашоки[25]», ногти подобны лепесткам, а голос слаще амриты. Она столь прекрасна, что украшает надетый на ней жемчуг.

«Словом, Создатель над ней потрудился:

Не пожалел он красот всевозможных,

Все совершенства собрал воедино

И сочетанием залюбовался»

(Калидаса. Рождение Кумары)[26]

Всемогущие боги именно ее предназначили в жены Шиве. По одной из версий, именно в Парвати возродилась первая супруга Шивы, Сати, которая сожгла себя на священном огне. Стремясь завоевать благосклонность нареченного, Парвати поселилась на вершине горы Кайласа, где тот предавался аскезе, чтобы заботиться о своем будущем муже. Но грозный Шива не замечал ни ее красоты, ни ее стараний. Тогда, желая обратить его внимание на прекрасную девушку, боги отправили на Кайласу божество любовной страсти Каму. Но Шива, пришедший в ярость оттого, что его подвижничеству помешали, сжег Каму огнем третьего глаза:

«И разъярился великий подвижник,

Ликом в изломах бровей ужасая;

Молния третьего глаза сверкнула,

Вспыхнуло пламя, ударило пламя.

И вопреки заклинаниям ветра:

«Смилуйся, Боже, не гневайся, Боже!» —

Молнией Мадану[27] испепелило»

(Калидаса. Рождение Кумары)

Ничего не оставалось Парвати, как самой обратиться к суровой аскезе:

«На солнце четыре костра зажигала

И в зной среди них неподвижно сидела,

С улыбкой сидела, нежнейшая в мире,

И, не отрываясь, на солнце глядела [… ]

Постилась она и при этом питалась

Небесною влагой и лунным сияньем;

Жила, как деревья живут вековые,

Которым неведома пища другая [… ]

На голых камнях, без покрова и крова,

Заснувшую в ливень под ветром холодным,

Бросая на спящую молнии-взоры,

Подвижницу видели зоркие ночи.

Зимою в студеной воде застывала,

И ветер, и снег выносила во мраке,

Всю ночь сострадая тоскующим птицам,

Которые жалобно плачут в разлуке»

(Калидаса. Рождение Кумары).

Желая испытать чувства Парвати, Шива, приняв облик юного брахмана, явился к ней и стал всячески ругать себя самого:

«[… ] Неужто жестокий

Тебя не жалеет, когда в беспорядке

Соломою рисовой волосы виснут

И словно забыты цветами ланиты?

Тебя, истомленную подвигом долгим,

Тебя, опаленную солнцем полдневным,

Подобную бледной луне на ущербе,

Неужто тебя не жалеет любимый?

Гордыня, видать, обуяла счастливца,

Когда заставляет он дивные очи

Взирать на полдневное гневное солнце,

Как будто нельзя на любимого глянуть»

(Калидаса. Рождение Кумары).

Не стала красавица слушать наветы. И тогда, покоренный ее преданностью, Шива согласился на брак. У Шивы и Парвати родились сыновья – великие боги Сканда (Кумара) и Ганеша.

Бог любви Кама выпускает стрелу в Шиву, погруженного в медитацию

В честь Гаури (Парвати) и ее супруга в Индии отмечается праздник Гангаури (Гангоур). Главные его участницы – замужние женщины и обрученные девушки. Хронологически начало церемоний приходится на весеннее равноденствие, а сами они затем продолжаются много дней (от девяти до восемнадцати). К началу праздника женщины лепят из теста или глины изображения богини, пышно украшают их и выставляют в храме. Рядом выставляют изготовленную из того же материала, но меньшего размера, фигурку ее мужа. Перед этими изображениями совершают обряды поклонения. Помимо храмовых торжеств, устраиваются катания фигурок Гаури на лодках. Эта церемония отличается от многих ей подобных тем, что вместо ожидаемого «ритуального потопления», изображения после вновь возвращают в храм. Торжества в честь богини проходят не только в храмах и на улицах, но и в домах. Характер домашних церемоний варьируется в зависимости от кастового статуса и профессиональных занятий семьи. Очевидно, что изначально праздник в честь Гаури и Шивы был теснейшим образом связан с темой плодородия и весеннего обновления мира. Сегодня во многом