он носит тонну макияжа? Сложно не заметить, — фыркнула Цуна. — И теперь, когда ты об этом говоришь… Его центр тяжести изменился. Я думала это из-за его техник модификации тела, но…

— Оно принадлежало не ему. Женщине, скорее всего, — огорошил я их новостью. По правде говоря, не уверен, что смог бы заметить это, не знай о его технике заранее. Слишком он изменил свою сущность, превратившись в духовное чудо-юдо, чтобы я мог почувствовать какую-то конкретную неправильность в той мешанине.

— Вот, значит, какой путь он выбрал? И всё ради того, чтобы начать сходить с ума… Хотя, сомневаюсь, что он хоть когда-нибудь был нормальным.

— Нестабильность эмоций и поступков вполне может убить его сама по себе, — пожал я плечами. — Но я предлагаю другой вариант. Мы можем… Вернуть его к заводским настройкам, так сказать. А затем восстановить из раннего бэкапа. Кто знает, возможно это немного вправит ему мозг.

— Хмм? — подняла скептически бровь Цуна. — Я чего-то не поняла. Что именно ты предлагаешь?

Моя широкая улыбка отчего-то развеселила её и испугала Шизуне.

Глава 58

— До сих пор не могу поверить, что такое место реально существует. Надо будет при случае пофлексить остальным! Ты — наш счастливый билет в радужное будущее, бро! — сходу заявила мне громадная бронированная жукоподобная фигура. Его голова напоминала шлем с забралом, из-под которого отсвечивали оранжевые глаза, а из плеч торчали шипы. Заканчивайся всё его туловищем и верхними конечностями, и он бы походил на странное насекомое, но всё портил длинный стебель, росший из его брюшка, переходя позади Биджу в шесть хвостов-крыльев. Сам стебелёк, похоже, тоже являлся хвостом. На выходе получалось несусветное чудо-юдо, лишь отдалённо напоминающее насекомых. Среди своих родственников Чоумей выглядел самым чужеродным, настоящим пришельцем из далёкого космоса, в отличие от напоминавших внешностью обычных людей Ооцуцуки.

Однако, по иронии, его характер оказался чуть ли не самым дружелюбным и позитивным. Пусть и… С некоторыми нежданными лингвистическими причудами, от которых порой вяли уши.

Биджу выполнил бочку, подняв порывы ветра, что могли бы снести меня, если бы мы не находились у меня в подсознании и я бы не мог игнорировать здесь законы физики.

— …Я рад, что тебе понравилось… Бро, — выдавил я, внутренне содрогаясь. — Но скажу сразу: моя бедная голова не выдержит всю вашу братию скопом. Половину — вполне. Шесть-семь, на короткий визит? Может быть. Заявись вы вдевятером? Ну, надеюсь помянете добрым словом над моей могилкой.

— Ох. Какая неудача… И с этим ничего нельзя сделать? — глубокий, с хрипотцой бас пропащего курильщика не очень подходил болтливому и беззаботному Чоумею, особенно в такие моменты, как, например, сейчас, когда он откровенно ныл. — У нас с братушками и сеструшками есть, конечно, одно местечко, ну, знаешь, чтобы почилить в уединении! Но прикинь, там ничего нет! Вот совсем! Криповое, тёмное и пустое пространство! Если попытаться взлететь, то стукаешься башкой о чёрное ничто! Очень больно. И обидно! Но если что, это не я сагрился. Кто-то другой, неудачливый, проверил и ударился.

— Конечно, Чоумей…

— Бро, я же просил! Зови меня Счастливой Семёркой, бро! — пробасил Биджу, каким-то образом передавая подрагиваниями хвостов-крылышек свои едва сдерживаемые эмоции, в которых преобладали детское возбуждение и игривость. — Но ты, как и сис Фуу, наверное, не вдупляете. Чувствовать солнце, ветерок на хитине, ощущать свежий воздух… Даже этот твой снег не так сильно раздражает, по сравнению с тем, что я помнил. Летай — не хочу! Прикинь, я взлетел до стратосферы и не ударился ни о какую глупую черноту!

— Создавать пустое пространство мне не слишком сложно, — пожал я плечами, — но прошу, не пытайся бить рекорды. Как бы натуралистично не выглядел мир вокруг, это, прежде всего, моё воображение, с подкрученной правдоподобностью. Я не имею ни малейшего понятия, что произойдёт, если я не поспею за тобой и ты провалишься куда-то в мою голову. Возможно, тебя просто вытолкнет обратно. А может наши подсознания объединятся и мысли перемешаются в одну кучу. Мы потом не оберёмся проблем.

Я не переживу, если начну всех звать на «бро».

— Глупого старшего брата вечно заносит, — фыркнула Кокуо, галопом проскакав по бескрайним, как казалось, полям, пропахивая огромный след в толстом слое снега. — В самые первые годы нашей жизни он поспорил с Курамой и попытался долететь до Луны. Даже когда знал, что ничем хорошим это дело не закончиться.

— Кокуо, сис, прошу… Я потеряю весь респект… Моя аура упадёт в негатив…

В голосе Семихвостого прозвучали отчётливые капризные нотки, что, вкупе с внушительной глубиной голоса звучало особенно жалко, и точно убавило ему «ауры» в моих глазах.

— Не волнуйся, Чоумей! Я считаю, что у тебя всё ещё очень позитивная аура! — донёсся до нас голос Фуу. Она исследовала мой псевдо-мир внизу, ныряя в озеро вместе с Исобу, но мысленная связь между нами всеми работала вне зависимости от расстояния. — И я помогу тебе найти твой респект, если ты его потеряешь! Я неплохо умею находить потерянные вещи!

— Спасибо, сис, — шмыгнул… носом?.. Чоумей. — Мне сильно повезло с тобой. Не то, что черствый, меркантильный старпёр, в котором я сидел до тебя, что пытался пользоваться мной при игре в кости, как каким-нибудь талисманом. Фиг тебе, а не удача! То есть, ему фиг, а не тебе, сис, ты же знаешь, меня порой заносит…

— И как? — спросил я заинтересованно. — Долетел?

— Хм? Куда? — наклонил шлем-голову в недоумении Чоумей.

— До Луны же.

— Ох. Ну…

— Его чуть не развоплотили, — засмеялся Исобу. — После чего брат шмыгнул домой… Но перепутал направление! Ха-ха-ха!

— Смейся, смейся, — скуксился Чоумей. — Ты просто не знаешь, насколько космос огромный. И пустой. Мне просто не повезло, вот я и потерялся!

— Как ты мог пропустить огромный голубой шар? Признайся, ты просто ничего не видел со страху!

— Стойте, луна обитаема? И как ты вообще вернулся? — спросил я недоумённо. Конечно, я знал о клане Зайцев, и о Кагуе, но одни не стали бы высовывать носа из-за Биджу, а другая ничего бы не смогла сделать в запечатанном состоянии. Опять что-то из сиквелов? Из концовки, которую я так и не досмотрел?

— Луна действительно обитаема, но нам мало известно о тамошних жителях. А Чоумей… Мы телепатически звали его, и он летел навстречу, корректируя маршрут, — пояснила Кокуо. — Но слушать он стал далеко не сразу. После этого путешествия в пару месяцев он больше никогда не покидал атмосферу планеты, большой трусишка.

— Космос глубок и страшен… Нужно быть супер везучим, чтобы не потерять голову…

— Меня больше интересует не