Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Потянула за собачку, но молния уже была застегнута до самого конца. Никакого больше бассейна!
Через шесть минут я подошла к письменному столу. Компьютер пропал!
Голос Льва отчетливо зазвучал в ушах: «У меня есть кое-что принадлежащее тебе».
Без компьютера никакие файлы никуда не отправишь. Мой шанс вырваться на свободу испарился. Я потеряла возможность вывести Мадам на чистую воду.
Позвала охранника Ма, но никто не ответил. Позвала другого охранника. Тишина. Можно рискнуть и попытаться забрать компьютер, но кто его знает, что вытворит Лев.
Упала на колени. С губ слетел беззвучный крик. Слишком поздно. Мадам скоро будет здесь.
Глава 13. Прошлое: Октавия
ГОСТИНИЦА «ЗОЛОТОЙ АНГЕЛ», ШАНХАЙ, КИТАЙ
На стене моей комнаты были сотни дефектов: вмятины, пятна другого цвета. Я знаю, я пересчитывала их 4 часа, пока охранник не вызвал меня по внутренней связи.
– Мадам только что подъехала, – сообщил он. – Мы заносим ее багаж. Она хочет зайти к тебе.
Ну и что я собираюсь ей сказать?
Мне нужно очень тщательно подобрать слова. Лев для нее якорь. Если рассказать ей про всю глубину его предательства, то у нее может и крыша съехать. А если не рассказать, то станет только хуже. И почему я раньше не сообщила ей про других женщин? Было бы проще, да и легче поверить. Она ведь любит меня – какой-то извращенной, безумной любовью. Я основывала свои шансы на ее обещании больше не причинять мне вреда. А если она обнаружит, что я открывала файлы на ее компьютере?
К ужину Мадам так и не появилась. Я начала думать, что все обойдется. Может, она знала про Льва. Может, она с ним разбирается. Может, этот мерзкий скользкий угорь исчезнет из наших жизней.
Опустилась на кожаный диван. Стоило мне закрыть глаза и расслабиться, как в коридоре раздались вопли, а затем в мою дверь заколотили.
Вероятность, что это хорошо закончится, меньше 15 процентов.
Замок щелкнул, открываясь.
В дверях стояла Селия. С бешеными глазами, словно дикий зверь, – никакой теплоты, как в нашу первую встречу. В руке она держала мой халат.
Бросила его мне в лицо и завопила.
Лев соврал. Обо всем.
Пять минут Мадам бессвязно повторяла придуманные им истории: будто бы я много месяцев флиртовала с ним и тайно его преследовала.
– Октавия, я доверяла тебе во всем, что имею! – В ее глазах виднелась боль от предательства. – Я выбрала тебя. Ты была той самой. Мне следовало бы быть умнее!
Селия явно хотела меня ударить, но даже теперь у нее рука не поднималась.
– Как ты могла? – резко бросила она.
Когда дело доходило до наказания, я не замечала за ней никаких колебаний. Она никогда не обсуждала такие вещи. Почему же сейчас она себя так ведет? Возможно, она меня послушает. Открывая рот в попытке объясниться, я искала в Селии проблеск человечности.
– Клянусь, я бы никогда с тобой так не поступила. Лев изменяет тебе с разными девчонками, когда ты в отъезде. Надо было рассказать об этом раньше, но я не знала, каким образом. Никогда не думала, что он станет приставать ко мне, потому что ты велела всем оставить меня в покое.
На лице Селии отразилось сомнение. Будь на ее месте любой другой человек, я бы поставила на то, что она мне поверит. Но если учесть ее безумие…
После паузы в 3 секунды на лицо Селии вернулась ледяная маска.
– Да как ты смеешь обвинять Льва, чтобы спасти собственную шкуру! – Ее снова передернуло.
– Селия, поверь мне. Я знаю, что ты искренне любишь Льва. Но он тебя не любит.
В ее глазах промелькнул огонек; она будто бы вновь стала юной. Какой бы испорченной ни была Селия, она все еще женщина, которая ждет верности от возлюбленного. Я осмелела:
– Ты не заслуживаешь такого обращения. Отошли его. Я останусь с тобой.
Она покачала головой:
– Октавия, я пыталась защитить тебя. Пыталась спасти тебя. Хотела дать тебе все. Но теперь я понимаю, что пути назад нет.
Она позвала охранника Ма. В коридоре зазвучали торопливо приближающиеся шаги.
– Селия, Лев снова причинит тебе боль. – Меня трясло. – А я тебе помогаю – ты помнишь про это?
– Я в тебе больше не нуждаюсь. Потому что мои доходы вырастут в три раза за следующие десять лет, – холодно ответила она и рассмеялась. – Забавно, что все случилось именно сейчас. Учитывая судьбу твоей семьи. – Она скривилась.
– Ты о чем?
Селия достала газету и смяла ее, но я успела прочитать заголовок и дату: «Семья из трех человек погибла в результате аварии на лодке в Сиэтле».
– Я тебе говорила, что мы сумеем это сделать! – заявила Селия. – А теперь ты наконец можешь воссоединиться со своей предательской семейкой!
Я рухнула на пол. В ушах зазвенело – нет, оглушительно заревело. Голова закружилась – до тошноты. Как будто заголовок продырявил мне мозг, вскрыл грудную клетку и вспорол живот. Они умерли?
– Что ты со мной сделаешь? – закричала я.
– Об этом я размышляла весь день. – Селия опять говорила нормальным голосом, словно мы сидели за ужином. В дверях показался охранник Ма. Улыбка Селии выглядела почти ласковой. – Хочу, чтобы ты испытала самый большой страх, дорогуша. И как раз знаю нужного человека, который может устроить тебе длительное свидание под водой. Ма, отвези ее в порт. И отдай Королю.
Глава 14. Настоящее: Феникс
ШАНХАЙСКАЯ БАШНЯ, ШАНХАЙ, КИТАЙ
Мой первый рабочий день в компании Чаня наполовину закончился. С трехдневным объемом работы покончено, а ощущение такое, будто я нырнула в вычисления всего минуту назад. Нервная и взвинченная, я словно выпила десять чашек кофе, но упорно заставляю себя замедлиться. Нельзя спешить. Надо расставить все мои шахматные фигуры по местам.
Чань не удивился, когда я попросила принести обед мне в кабинет, зато забеспокоился, когда узнал, что я пока так и не нашла источник проблем. Я уж не стала говорить, что и не пыталась анализировать цифры. Да что там может быть страшного, в конце концов?
После обеда я снова возвращаюсь к компьютеру – спасибо Чаню, что в моем распоряжении наконец есть устройство, которое нельзя отследить и которое не следит за мной.
Первым делом ввожу в строку поиска номер телефона из Австралии, найденный в странном пустом файле Мадам. На экране появляется сайт дома престарелых. Дом престарелых «Саммерсет». Головной офис в Брисбене, филиалы по всей Австралии, обычное финансирование. Ничего примечательного тут нет.
Я