— И как результат? Удовлетворяет?

— Более-менее. Силен дьявол, но с годами я все лучше держу его в узде.

— Ладно, я приму к сведению твои слова, святой отец Битюг. И даже выполню это обещание… но ты мне расскажешь сейчас все.

— Помни про свои слова, Джей!

Ретроспектива — за несколько часов до разговора Джея с отцом Николаем, кабинет Вовы.

— Вов, а по-моему, ты делаешь страшенную ошибку, убирая Джея отсюда. Лучшего пугала вообще для любых диссидентов ты никогда в жизни не найдешь. Они будут серить жиденьким по углам при одном упоминании Джея…

— Я тоже буду серить жиденьким… а еще скоро страдать энурезом начну, если Женька останется тут. Смотрю на него и понимаю — от моего старого кореша Джея в этом… человеке… если так можно его назвать — дай бог треть. И то в крайне спокойной обстановке. Все остальное время — внутри внешне похожего на Женьку человека какой-то робот-терминатор, одержимый ликвидацией любого неугодного.

— Но ты же понимаешь, что без этого робота-терминатора мы все сейчас были бы мертвы?

— Да… и поэтому мне так неприятно. Не будь Женьки — не было бы ничего. И я скорее всего был бы мертв. Не один раз, причем. — Вова в сердцах стукнул кулаком по столу. — Но сейчас это уже не он, пойми ты. Я не знаю, что тому виной — препарат Фили, психиатрическое заболевание или еще что — этот человек уже не тот, кем был. Я вот сейчас с ним вискарь пил, смотрел, искал хоть что-то знакомое. И ничего. Это просто другой человек. Чужой, незнакомый. Опасный. Я, когда ему сказал — уходи, мне на секунду показалось, что сейчас он просто достанет свой пистолет и выстрелит мне в лицо. С тем же выражением лица, что он Музмуда этого прирезал. Или как там этого главного Ворона звали.

— Ну не пристрелил же. Попробуй просто принять его таким, как он есть. И подружиться заново. В конце концов, мы сейчас знаем о нем то, чего он даже сам еще не знает. Может, наоборот, отпустит его сейчас.

— Пряник. Я тебе отвечаю честно и один раз. Я его боюсь. Сильно. Помнишь такой фильм — Звездные Войны? Там был человек, чем-то изрядно на Женю похожий. Энакин Скайуокер. Так вот, испугавшись за судьбу своей женщины — он перебил всех джедаев. Не хочу повторять их судьбу.

— Да почему ты вообще решил, что он станет кого-то тут убивать, а? Пока что он убивает только твоих врагов. И делает это офигенно круто.

— Пряник! Подумай вот о чем. Сейчас он на нашей стороне. Но кто тебе сказал, что через час, через день, неделю он не решит, что это мы его враги? Вспомнит, например, что Филя у него бабу хотел увести. Ты готов гарантировать, что он просто не придет сюда и не прирежет Филимонова, по пути переступая через трупы всех, вставших у него на пути? Или… решит Джей, что главная угроза его Анечке и ребенку — это мы с тобой. Как думаешь, будет он сильно колебаться, прежде чем начнет кровавую разборку с весьма предсказуемым, кстати, финалом — вот в чем в чем, но в исходе столкновения я не сомневаюсь.

— Ты настолько не веришь в наших бойцов?

— Я настолько верю в наших бойцов, что понимаю — войди сюда Джей с мегафоном и скажи, что пришел только за моей головой — меня вынесут ему на блюдечке. Видел я, как на него наши бойцы смотрят. «Чувак, который в одно рыло уделал всю банду 'воронов»«, 'тот Бешеный, которого Смит зассал». Мальчик-который-всех-убил, блин…

— По-моему, командир, ты просто боишься, что Джей стал популярнее тебя.

— Да плевал я на популярность. Если что — я Джею с самого начала предлагал возглавить поселение. Он вместо этого скинул все на меня и драпанул за лабораторией. Ему как раз плевать на лидерство.

— Ладно… мы с тобой переливаем из пустого в порожнее. Мне в итоге с ним ехать?

— Да, Пряник. Ехать. И более того… любыми средствами забери к себе в БТР Аньку.

— Не понял… ты что задумал, Боб?

— Я? Упаси бог… задумал не я, а злой и мстительный ворон-террорист, заложивший противотанковую мину на дороге. Я тут точно не при делах.

— Ты вот сейчас серьезно? То есть я правильно понял — ты хочешь грохнуть Женю?

— Да, черт возьми. Да! Да! Да! Я хочу, чтобы Женя умер. Мертвый Женя — героический герой. Спаситель. Я в его честь поселок назову. Джеевка. Живой Джей — вечно висящий дамоклов меч.

— А лаборатория?

— Лабораторию запустит Анька. Мы разговорили пацанов Джеевых. Короче, Анька управляет лабораторией куда лучше нашего дорогого психопата. И у нее есть доступ. Умрет Джей — она автоматически получит высший приоритет доступа. И сможет разблокировать нам лабораторию.

— А потом что — и ее в расход?

— Упаси бог, ты чего? Анька классный врач. И вообще… мы с самого начала вместе.

— С Джеем ты тоже с самого начала вместе, и что-то тебя это не останавливает. Знаешь, Вов… — Пряник со злым лицом резким жестом остановил новую порцию нетрезвого Вовиного «спича». — Я, конечно, не побегу сейчас к Джею тебя сдавать. Но и помогать тебе не стану. Найди себе другого старшего в этот поход, я пас. У меня диарея острая на фоне обострения совести. И да… после этого мы с тобой больше никогда не сможем говорить о доверии.

— Да что, почему???

— Потому что ты ничем не лучше Джея, Шеина и всех, кого ты так не любишь. Просто в отличие от них — ты трусоват и не хочешь действовать «в лоб», предпочитая хитрые многоходовочки исподтишка. Вот только итог один и тот же — умирают люди. Но Женя хотя бы готов смотреть им в глаза, убивая. Это… благородно. И он рискует собой во всех своих авантюрах. А ты… трус ты, Вова, просто трус. Тебе спокойная мирная жизнь затмила сейчас все!

В сердцах Пряник злобно пнул ножку стола, отчего почти пустая бутылка виски опрокинулась, по пути зацепив стакан, из которого недавно пил Джей, и с грохотом упала на пол, разбиваясь на блестящие осколки.

— Бывай, Боб. Не захворай случайно. И подумай, пока ты не наделал неисправимых глупостей,