друг на друга горящими глазами. Между ними витала напряженная атмосфера.

Ха… эта моя популярность. Я прикрыла рукой рот, чтобы утаить широкую улыбку, и захихикала.

– О боже, Хамель… Вы обиделись, что вас дружески поддразнили? Ваше Величество ревнует! Я просто не знаю, куда деваться. Хо-хо!

– Что?..

– А?..

Как только я закончила говорить, между ними повисла странная тишина.

Изана прокашлялся и снова сел на диван, а Хамель положил поднятые розы на сиденье.

– О?.. Нет, что вы делаете. Давайте, ругайтесь дальше! «Джинджер – все, что у меня есть!» А может, так: «Джинджер – моя единственная женщина!» Хи-хи-хи!

Когда я рассмеялась, запрокинув голову, взгляды мужчины скрестились.

Хамель заговорил первым:

– Ваше Величество… касательно повестки завтрашнего совещания… Соседнее королевство покушается на права добычи в шахте у границы.

– Что? Это ведь наша территория. Нельзя спускать им такое самоуправство.

– Согласен, Ваше Величество…

– Но почему ты говоришь об этом сейчас? – Глаза Изаны сузились. Внезапно он, словно что-то вспомнив, протянул руку Хамелю. – Давай заключим мир, ты ведь не возражаешь?

– С удовольствием. – И Хамель сразу же ответил на рукопожатие.

– Мир.

– Мир.

Сказав это одновременно, оба кивнули.

«Нет, а с чего вдруг мир? Вы же только что собирались подраться по-настоящему!»

Я подумала, что они определенно издеваются надо мной. Может, я слишком явно показывала, что мне нравится, когда они злятся и ревнуют? Но что поделать? Мне и правда понравилось. Почему-то у меня возникло ощущение, что на сей раз придется вытирать лоб мне. Черт возьми.

Не знаю, сколько еще меня потом дразнили. Они, будто сговорившись, вели себя по-приятельски, подтрунивали надо мной, и только спустя несколько часов Его Величество отпустил меня домой.

В карете напротив меня привычно сидел Хамель. Он сохранял бесстрастное выражение лица, и не скажешь, что недавно он ехидно подшучивал надо мной вместе с Изаной.

«Каков наглец!»

И тут я поняла, что мне нужно полакомиться чем-нибудь сладким.

– Хамель Брей… Я хочу съесть торт «Захер».

– «Захер», значит?

– Да. Из-за кое-кого мне сейчас ужасно захотелось сладкого.

– Кое-кого… Ха-ха! Ясно.

Хамель поправил очки и поднял руку.

– А?.. Что вам ясно?

– Сейчас увидите. – Хамель стал совершать магические пассы в воздухе.

Неужели он опять начал колдовать? Он собирается создать торт «Захер» с помощью магии? Я не могла поверить и пристально смотрела на него.

Когда его рука наконец замерла, на его ладони, к величайшему моему изумлению, лежало блюдце с куском глянцевитого шоколадного торта, прослоенного абрикосовым джемом.

Да, Хамель сотворил самый настоящий «Захер».

– Ух ты! И как вам такое удалось?

– Как я уже говорил, маги всегда бросают вызов невозможному. – Хамель широко улыбнулся, видя мою искреннюю радость.

Я взяла блюдце и принялась осматривать кусок торта со всех сторон. Что ж, «Захер» получился на славу. Да еще и с идеальным ароматом!

– Воистину удивительно.

Как только я тихо пробормотала это, Хамель гулко щелкнул пальцами. В его руке появилась десертная вилка.

– Госпожа Джинджер, возьмите.

Ох уж этот Хамель… А он бывает деликатен. Я взяла вилку и, воспользовавшись ею, начала есть торт. Он буквально таял во рту. Боже, как же вкусно!

Если бы я могла, я бы хотела научиться магии. И тогда у моих блюд наверняка бы не было вкуса имбиря.

– Хамель Брей! Торт просто потрясающий.

– Ха-ха. Спасибо за ваши слова. Но у вас, госпожа Джинджер, в уголках губ немного шоколада…

– Испачкалась?

На мой вопрос Хамель кивнул. Я вытерла рот рукой, но, к сожалению, не сделала этого как следует.

Хамель осторожно потянулся ко мне и мягко провел большим пальцем по уголку моих губ.

– С-спасибо.

– Если бы Его Величество был здесь, он бы снова разозлился на меня.

– И то правда. Ха-ха! – Я неловко улыбнулась.

– Я создал лишь один кусок торта «Захер», но мне так приятно видеть, что вы довольны и счастливы.

– Ха! Все, о чем я могла думать минуту назад, это как бы мне съесть «Захер». Хамель, вы исполнили мое желание за секунды! Вы себя недооцениваете.

– Каждый раз, глядя на вас, госпожа Джинджер, я думаю, что магия может дарить радость другим, и мне делается теплее на душе. Магия – неплохой талант, не так ли? – Хамель поднес большой палец, испачканный шоколадом, к своим губам и облизнул.

– Вкусно.

– Это же было на моих губах!

Я хотела остановить его, но на лице Хамеля совсем не было тревоги. Я давно не видела его таким спокойным, поэтому не смогла ничего добавить.

Внезапно над головой Хамеля возникло слабое сияние. Свет медленно окутывал голову мага.

Сияние? Я вспомнила, что видела такое сияние над головой Изаны раньше.

Я пораженно воскликнула:

– Хамель Брей, у вас над головой свет!

– Свет? – переспросил Хамель, поднял руку и несколько раз потрогал свою голову.

Сияние мгновенно исчезло.

– Эй! Ничего нет! Мне показалось?

– Ах! Это… – Хамель заговорил серьезным тоном и замолчал.

Я затаила дыхание.

– На самом деле… это мой нимб. И вы его заметили. Ха, я пытался скрыть.

– Вы…

Опять хочет меня разыграть? Я уже попалась на их совместную с Изаной уловку однажды, но Джинджер Торте так просто не сдастся.

Я угрожающе поднесла блюдце с остатками «Захера» к носу Хамелю и заявила:

– Хамель Брей, вы когда-нибудь умывались тортом «Захер»?

И маг выпалил быстрее всех на свете:

– Прошу прощения.

Ответ Хамеля, который тут же сдался и извинился, меня удовлетворил.

Я улыбнулась и одним махом доела «Захер». Мне уже казалось, что в голове вырабатывается чрезмерное количество эндорфинов. Сладости всегда правы.

Хамель с улыбкой наблюдал за мной. Его теплый взгляд… он был похож на любящий взгляд моей мамы.

– Хамель, спасибо, было вкусно.

– Мне приятно видеть, как вы с аппетитом поели.

Я протянула ему пустое блюдце и десертную вилку. Хамель легонько ударил по ним указательным пальцем.

Блюдечко и столовый прибор молниеносно испарились в воздухе.

– Ого! Вы можете заставить предметы сразу же исчезнуть!

– Пустяки. – Хамель пожал плечами.

Настроение у Хамеля сильно улучшилось, поэтому я решила, что сейчас можно завести разговор, содержание которого ему явно не понравится.

– Что ж… Тогда давайте побеседуем о по-настоящему важных вещах?

– Значит, н-нужно поговорить… неужели о вашем плане?

– Верно.

Как только прозвучало слово «план», улыбка Хамеля исчезла, а на его лице появилась тень беспокойства. Мне стало его жаль, но выбора не было.

Тем временем Хамель забормотал:

– Я показал магию Его Величеству, но проклятие не снято. Очевидно, субъект веры – человек. Прежде человеком, которому Его Величество доверял больше всех, был я, но теперь все изменилось.

Хамель немного помолчал, я не перебивала его.

– Да, я потерял доверие Его Величества, скрывая свою личность.