– Абсолютно, – твердо кивнула я.

Янни воодушевился и зашагал вниз.

– Это очень хорошо! Мама счастлива, и я счастлив! Пошли к Аркину, Митра! Аркина попросим, и он все вернет! Он хороший, как и моя мама! А вот воровать нехорошо, Митра! Это очень нехорошо!

– Я с тобой полностью согласна, Янни, – тихо ответила я, кинув последний взгляд на дверь в комнату его матери.

– Янни-пом-пом!

– Янни-пом-пом, да, – исправилась я и направилась вслед за сорокалетним дурачком.

Глава 6

Не у такого места я планировала оказаться, направляясь в логово воров.

Я ожидала увидеть заброшенную лачугу в лесу или неприметный сарай. На крайний случай обычный дом, затерявшийся среди множества таких же. Но Янни-пом-пом привел меня к воротам настоящего дворянского особняка.

Небольшой красный замок (не иначе как бывшая баронская усадьба) стоял посреди Таццена, словно горящий факел. В его окнах игрались тени, а веселая музыка рекой лилась вдоль всей базарной площади. Девичий смех, крики и задорные песни доносились из каждой щели и эхом разносились по улицам.

Несмотря на то, что уже смеркалось, бесконечный праздник внутри замка никак не коробил бредущих мимо горожан. Они были заняты лишь собственными мыслями и не обращали на замок никакого внимания. Рыцари и мудрецы из Харстока делали то же самое. Стало быть, привычное дело, да?

И это пристанище разбойников и воров в центре Города Мудрости. Роскошное и неприлично притягивающее взоры. Разве что таблички с надписью «Тут живут все воры и хранятся все ваши украденные вещи» не хватает.

Я уже понимала, что недооценила короля воров и размах, с которым он подмял под себя всю местную власть. Иначе как объяснить, что они закрывают на это глаза? Осталось выяснить, насколько именно недооценила.

На каменных балконах патрулировала серьезная охрана – обученные стрелки с дальнобойными луками. Они не лентяйничали и не болтали между собой. Стрелки следили за прохожими и особенно за теми, кто шел близко к ограде. Вдоль ворот и у входов тоже выстроилась охрана.

Стражи были как на подбор: крепкие, высокие, в легких доспехах – значит, понимали толк в маневренности – и до зубов вооружены различным оружием. Внимательно рассматривая их из-под капюшона, я оценивала шансы выбраться из замка живой. Я до сих пор не знала, можно ли меня убить, но интуиция подсказывала, что еще как можно. Ведь кровь у меня течет, а значит, нужно лишь не давать ранам затянуться. И, думаю, если отрубить мне голову, я все же умру. Что ж, возможно, сегодня я узнаю, права ли.

Низко натянутый капюшон привлекал больше внимания стражи, чем мой лук, который мы по пути захватили из таверны, и даже больше, чем мой слабоумный друг, который громко здоровался с каждым часовым, будто они были лучшими друзьями. Как ни странно, те кивали ему в ответ, а меня провожали подозрительными взглядами.

Когда он, не забывая подтягивать штаны, зашагал к воротам, я хотела было окликнуть его и задать пару стратегически важных вопросов, но надобность в них отпала, потому что перед Янни распахнулись ворота. Идиот прошествовал мимо них, словно принц, и стал орать, чтобы я поторапливалась. Даже самый любопытный ребенок сейчас позавидовал бы моему удивлению.

Я ступила за ворота. Взгляды всех часовых были прикованы ко мне. Тронь я лук или потянись за стрелой – и меня нашпигуют железом, как утку яблоками.

Думаю, многие совершали такую ошибку. Я – нет. У меня даже мышца не напряглась и дыхание не сбилось. Ледяное безразличие – это все, что обитало в моем сердце. Выйдя из дома Янни, я жаждала лишь крови и возмездия, но едва мы дошли до таверны, и темперамент кнарка взял верх. Попробую по-хорошему, а если не получится, тогда в разговор вступит кнарк.

Первый вариант пока работал. Никто не сказал ни слова, когда я неторопливо догоняла подпрыгивающего Янни. Никто не остановил меня и не отнял мое единственное оружие. И никто не пошел следом, когда я поднялась по ступеням маленького замка вслед за дурачком и вошла в длинный зал.

Аромат пьянства, похоти и железа ударил в ноздри. Первым и вторым благоухали сотни мужчин и шлюх, снующие по залу, словно насекомые. А железом пахло от внутренней стражи, которой здесь было раза в два больше, чем снаружи. Сразу их и не заметишь. Они никак не выделялись и одеты были как остальные гуляки и пьяницы. Но от глаз кнарка не укрылись их пояса, увешанные кинжалами, и кружки в руках, к которым они часто прикладывались, но оставались абсолютно трезвы. Значит, там не вино и не эль. Скорее, какая-нибудь вишневая настойка, пахнущая как крепкое пойло, но не дурманящая разум.

Может, стоило сказать им, что они выдали себя с потрохами? Особенно когда изучали меня с ног до головы, в то время как другие гости даже не заметили новоприбывшего члена блудного клуба.

Янни медленно пробирался между буйными завсегдатаями и приплясывал под музыку. Скрипки, гусли, шарманки, флейты, барабаны и дудки… все слилось в едином ритме.

Девушки в дешевых шелках были едва одеты и явно этого не смущались. Количество голых грудей, промелькнувших мимо меня, перевалило за сотню. Белые, рыжие и черные волосы пару раз хлестнули по капюшону, пока девицы игриво «убегали» от своих ухажеров. А некоторые, которых «догнали», уже вовсю скакали на постанывающих кавалерах прямо за столами.

Кажется, я буду долго вычищать свой нос от этой вони, а глаза – от публичного совокупления.

– Идем же, идем! – покрикивал Янни-пом-пом и под музыку махал мне рукой. Он был так счастлив, будто вернулся в семью, которую давно не видел. А еще Янни явно считал себя потрясающим танцором и выделывал смехотворные движения, как бы невзначай поглядывая, оценила ли я по достоинству его мастерство. Но увы, насколько Янни был нескладным внешне, настолько же неуклюжими оказывались его движения. Будто не он управлял конечностями, а они им.

– Иду, Янни, – кивнула я, внимательно следя, куда наступаю, а то некоторые парочки уже перебрались на пол.

– Янни-пом-пом! – гордо исправил дурачок.

– Янни-пом-пом, да.

– Тост! – раздался громкий бас сбоку, и музыканты стали играть заметно тише. – За Аркина и Анцеля! Истинных королей нашего Города Мудрости!

Железные и деревянные кружки бурно застучали по столам. Люди повскакивали со своих мест, и даже те, чьи причиндалы были засунуты в шлюх, вытащили их и схватились за эль.

– За Аркина! За Анцеля! За наших королей! – вопили все невпопад и осушали кружки до дна. Эль тек по их щекам и шеям прямо на раздетых девиц,