— Я — Иви, — улыбается моя пара. — Приятно с тобой познакомится.

— Привет, Иви. Я — Рива, — она отвечает на приветствие улыбкой. — Хочешь, я покажу тебе окрестности?

— С удовольствием!

Иви сияет. Моя пара останавливается, оглядывается на меня и протягивает руку, приглашая нас следовать за ней.

— Ей здесь будет хорошо, брат, — поддразнивает Селия.

— О, оставь своего брата в покое, Селия, — ругает ее мама.

Я не могу удержаться от смеха. Наши отношения ничуть не изменились с тех пор, как я ушел.

— Я надеюсь на это, — выдыхаю я.

— Она никуда не денется сынок, — заверила меня мама. — Ты только посмотри на нее, она уже заводит друзей.

Я ухмыляюсь, наблюдая, как она увлеченно разговаривает с Ривой.

Иви замечает, что я смотрю на нее, и бросает раздраженный взгляд.

— Ну давай же! — нетерпеливо стонет она. — Я хочу увидеть свой новый дом.

— Как пожелаешь, моя маленькая стрекоза.

Эпилог

Иви

— Ты просто спасительница, Иви, — вздыхает Рива, возясь с Элвен, одной из своих девочек-близняшек, чтобы намазать ей десны моей мазью из болотных ягод. — Они намного сильнее человеческих младенцев! — выпаливает она, и я не могу удержаться от смеха.

Риве приходится труднее, чем остальным, с тех пор как восемь месяцев назад у нее родились близнецы. С человеческими близнецами трудно справиться, но с этими малышами? Это почти невозможно. Они развиваются гораздо быстрее: к семи месяцам они начинают ходить, лепетать и обретают неестественную силу. Поскольку Гвенна и Элвен наполовину люди, между ними и другими орочьими малышами их возраста есть некоторые незначительные отличия. Во-первых, у них каштановые волосы, а не типично черные, как у орков. Они также кажутся более худощавыми, хотя, безусловно, унаследуют рост своего отца.

К счастью, Изель заверил нас с Эврином, что я ношу только одного ребенка. У меня будет девочка. Я инстинктивно кладу руку на живот. До ее появления еще несколько месяцев. Прошло совсем немного времени, и я забеременела, что не было большим сюрпризом. Первые недели нашего пребывания дома мы с Эврином только и делали, что трахались.

— Элвен, не двигайся. Это поможет твоим клыкам, — умоляет Рива свою малышку, но вскоре в комнату врывается Гвенна, чтобы спасти сестру.

Зарычав, Гвенна хватает мать и бормочет что-то бессвязное. Забавно наблюдать за поведением девочек. Гвенна сильная и искренняя, в то время как Эвлен более застенчивая и полагается на свою сестру.

— Скажи ей, Гвенна, — настаиваю я.

— Это не помогает, — ругает меня Рива, и я смеюсь.

У близнецов режутся зубки, но что-то затрудняет их прорезывание. Оказывается, их клыки, пробиваются сквозь десны — очень утомительно. К счастью, я приготовила мазь из болотных ягод, которая помогает облегчить их дискомфорт.

— Да! — кричит Рива. — Получилось!

Элвен недовольно хмыкает, но решает, что ей нравиться сладость.

— Видишь, это было не так уж сложно, не так ли?

Рива наслаждается своей мини-победой. Близнецы что-то бормочут друг другу на языке, который, кажется, понимают только они сами, прежде чем сесть и играть своими игрушками.

Рива вздыхает с облегчением.

— Возможно, на этот раз мне удастся посидеть дольше, чем несколько минут.

— Не волнуйся, я возьму это на себя, — заверяю я ее.

— Иви, нет, ты не обязана. Они мои… — начинает она, но я перебиваю ее.

— Эй! Вот для чего нужны друзья. Кроме того, мне нужна практика.

— Боги, я люблю тебя. Каждый день я благодарю Эврина, за то, что он нашел тебя, — размышляет она.

— Украл меня, — усмехаюсь я. — Разница небольшая, но тем не менее, я благодарна.

Я встаю и подхожу к окну хижины Ривы, чтобы полюбоваться видом на деревню. В этой части болота не так сыро, как в остальных. Здесь есть участки земли, где кипит оживленная деревенская жизнь, хотя хижины построены на деревьях для экономии места.

— Как ты думаешь, когда Эврин и Кэл вернуться? — спрашивает она и садиться в кресло-качалку рядом со мной.

— Забавно, что ты спрашиваешь… — размышляю я и показываю в окно на Эврина и Кэла, которые, смеясь прогуливаются по деревне. Я улыбаюсь, радуюсь, что вижу своего большого орка. Обычно я помогаю ему изготавливать мечи, но мы волнуемся, что пары вредны для ребенка, так как я беременна. Так что теперь я провожу большую часть времени с Ривой. Не то чтобы я жаловалась. Она стала моей лучшей подругой с тех пор, как мы познакомились. Она — моя опора в этом постоянно меняющемся мире.

Я про себя улыбаюсь, я и не думала, что могу жить такой жизнью. Все эти годы я провела в одиночестве, вдали от своего народа. Боялась этих самых существ, которые меня приняли, как свою. Меня больше не преследует мужчина, который, как я когда-то думала, украл все. Но он не может украсть это. Я ритмично поглаживаю живот и восхищаюсь своей второй половинкой.

Рива встает, чтобы посмотреть в окно, и мы улыбаемся друг другу. Я знаю, что она скучала по Кэлу так же сильно, как и я по Эврину.

Внезапно с неба спускается птица, привлекая внимание Эврина и Кэла. Они становятся серьезными, прекращая улыбаться.

— Кто это? — нервно смотрю я на Риву, ожидая объяснений.

— Это от Сайласа, — шепчет она и качает головой, понимая, что я понятия не имею, кто это. — Он один из охотников клана. Живет далеко на севере и вносит свой вклад в клан только раз в сезон.

— Так вот почему нам приходится так долго ждать, пока хорошие шкуры появятся на рынке? — спрашиваю я.

— Да, — кивает она. — Может, он и не часто охотится, но он определенно лучший. Кэл говорит, что он платит такие взносы, как и все остальные, но поставляет добычу большими партиями, чтобы не так часто путешествовать.

— Так что там с птицей?

— Так он общается с лидерами кланов. Его никто не видел много лет. Даже разведчики. Все, что мы знаем, это то, что он живет в самой дальней части болот, у подножия горы. Он посылает сообщения с помощью почтовых голубей, только когда что-то случается.

— Гора? — у меня распахиваются глаза. — Как в горах?

С тех пор, как мы пришли, напряженность в отношениях с «Залком» только возросла. Их новый лидер, Грул — фанатик, одержимый идеей создания клана воинов.

— Ммм, — кивает она. — Наверное, что-то случилось! Последнее сообщение, которое мы получали от него, было как раз перед вашим с Эврином приходом.

— Но почему он так далеко на севере? Несомненно, у него было бы больше