Вроде мы и спускались вертикально вниз по заверениям капитана Орвина, но никаких следов битвы или чего угодно другого я не видела. Ни прямой травы, ни сломанных веток, ни следов крови. Последнее, разумеется, слава богу, однако отсутствие хоть каких-то следов, если честно пугал очень сильно.

Я впилась глазами в землю, «сканируя» каждый квадратный метр, каждое дерево, каждую неровность. Ничего. Ни-че-го! Но они же упали в виде двух огромных зверей, как это возможно?! Где следы борьбы? Ошмётки чешуи? Сломанные когти?! Тут и вправду раскрылся этот прокля́тый чёрный портал, поэтому следов нет?

Нет. НЕТ! Горло сдавило от переживаний, слёзы предательски подкатывали к глазам, а я с остервенением утирала их тыльной стороной ладони в те моменты, когда не сжимала до боли в пальцах борта корзины, чтобы не начать рыдать.

Нельзя расписать, нельзя. Соберись, Рита, соберись. Найдёшь этого гада, отлупишь его за безрассудство, а вот после рыдай сколько влезет.

– Капитан Орвин! – будто чужим голосом заговорила я. – Пожалуйста, давайте ещё один круг дадим по этому полю, ладно? Они же упали точно здесь, да? Давайте ещё раз посмотрим, ну должно же было хоть что-то остаться, да?

– Вроде бы здесь это было, госпожа, – растерянно потрепав волосы на затылке, ответил мужчина. – Да, конечно, давайте ещё кружочек дадим.

 «Пу-у-у-у-у-у-ух!». Мы снова набирали высоту. Капитан ловко управлял шаром, и буквально через пару минут мы снова поплыли вдоль края поля, заходя за рощицу низкорослых деревьев.

Сердце, кажется, рухнуло на землю.

– Там. Он там, – помертвевшими голосом прошептала я. – Спускайтесь, пожалуйста, немедленно!

Этой части спуска я не помню. Не помню, как вылезла – возможно, выпрыгнула из корзины после того, как мы приземлились – и рванула к фигуре, с которой не сводила взгляда последние пару минут.

Теон лежал на спине, глядя в небо своими голубыми глазами. Одна рука была неестественно вывернута, а светлая рубаха на груди и животе пропиталась кровью.

В первые секунды заметив этот взгляд, я ужаснулась, что он умер, но потом я увидела, как веко правого глаза едва заметно дёрнулось, и поняла, что он жив. Жив! Он жив!

Я рухнула на колени рядом с ним, тут же руками накрыв рану на груди и останавливая кровь. Теон был бледен как полотно, а на лбу выступили капли пота. Дышал он медленно, хрипло, рывками, с противными пузырящимся бульканьем.

– Глупый, самонадеянный дракон! – прошипела я. – Вечно ты пытаешься спасти меня, а тебя потом лечу! Если не помрёшь, я сама тебя прикончу, чтобы больше не переживать, идиот!

Но в голосе моём, разумеется, не было ни капли настоящей злости: только страх за его жизнь и ужас оттого, что я могу не справиться. Потому что самым пугающим было то, что Теон молчал: ни говорил, ни спорил, ни ехидничал. Просто молчал. Ему будто и дыхание давалось с трудом.

Прежде чем начать лечение, я посмотрела всё же по сторонам. Второго дракона нигде не было видно. Либо бежал, либо… Неважно. Сначала Теон.

Я принялась за работу с отчаянно дрожащими руками и каким-то нереально ясным разумом. Я чётко понимала, что мне нужно сделать: убрать скопившуюся кровь и грязь, понять, что именно порвано и чем нужно заняться в первую очередь, срастить все ткани слой за слоем, проверить, нет ли других повреждений. Это я, пожалуй, сделаю сначала, а то мало ли…

– Ты будешь жить, Теон, – бормотала я, больше для себя, чем для него. – Я знаю, что делать. Я уже делала это. Я смогу. Ты будешь жить. Всё будет хорошо.

Глава 32

 Последний слой кожи сомкнулся под моими пальцами, и я подняла руки от тела Теона, едва удерживаясь от того, чтобы не рухнуть рядом от истощения. Кажется, вся моя магия, каждая капля сил ушла в него, в этого упрямого, самонадеянного дракона.

Но мои труды вроде как дали результат: его грудь поднималась и опускалась ровно и плавно, лицо потеряло мертвенную бледность, лишь синяки под глазами и парочка морщин вокруг глаз напоминали о только что отгремевшей битве.

– Всё будет хорошо, – проводя рукой по его щеке, я выдохнула эту фразу, словно заклинание или молитву. – Всё уже хорошо. Живи, Теон. Просто живи.

По-турецки сложив ноги и опираясь одной рукой о землю, я сидела рядом и ждала в гордом одиночестве. Я попросила капитана Орвина отправиться за помощью, ну а мне осталось только дождаться, когда этот несносный упрямец откроет глаза и что-нибудь хрипло съехидничает, просто посмотрит на меня своим ясным, насмешливым взглядом.

Не дождалась.

Вместо столь долгожданного пробуждения воздух рядом с нами затрещал и порвался, будто гнилая ткань. Сердце ёкнуло и ухнуло куда-то вниз живота. Только не это!

Из ничего, из пустоты в мгновение ока выросла чёрная, гладкая поверхность, и, прежде чем я успела вскрикнуть или встать, из портала шагнул мужчина.

Высокий, черноволосый, с порочным и уже знакомым мне лицом. Тот, кто назвался моим мужем и проиграл уже однажды Теону.

Я начала вскакивать и одновременно пытаться создать атакующее заклинание, но его пальцы впились в моё плечо с такой силой, что у меня искры брызнули из глаз.

– Домой, дорогая, – прорычал незнакомец и буквально швырнул меня в этот прокля́тый чёрный портал.

Мир перед глазами закувыркался и поплыл яркими красками. Что-то будто раскалённым обручем сжало виски и опалило мой и без того охваченный паникой разум. Сквозь всё это я чувствовала на плече стальную хватку незнакомца. Я попыталась было и вырваться, и крикнуть, и ударить, но всё тело парализовало.

Когда пол снова упёрся в колени, я едва не потеряла сознание. В нос резко ударило спёртым воздухом, затхлостью, пылью и сыростью. И металлическим запахом крови. А нет, это не запах. Это привкус во рту.

Когда зрение более или менее вернулось, и я приспособилась к тусклому освещению места, куда мы попали, я поняла, что мы находимся в каком-то подземелье. Напротив стояли две фигуры, окутаны призрачным сине-фиолетовым мерцанием.

Похитивший меня незнакомец и… Белла. Рядом с ним стояла Белла! Но как?! Она же должна была быть в застенках тайной канцелярии сейчас?! Девица сверлила меня презрительно-ядовитым взглядом. Вот уж воистину троглодит в обличие ангела.

– Ну что, Регис, – пропела она, – поймали мы наконец твою неблаговерную жёнушку. Я её других целей изначально хотела