На лице мужчины после моих слов отразилось неподдельное изумление. Кажется на моменте, когда я представилась. Не должна была своё имя ему называть? Да плевать на их заморочки, это элементарная вежливость в конце концов, представиться в ответ, поздороваться. Я не собираюсь мимикрировать под их реалии полностью, так и оскотиниться недолго с их то отношением к мужикам.

Надо отдать должное Фаруку, он быстро взял себя в руки и скрыл удивление, хотя выводы для себя, думаю, сделал. Но этого мужчину я почему-то не опасалась, не ощущала от него угрозы. Скорее наоборот.

-Вы в моем доме. Мы принесли вас сюда. Точнее, мой сын принес.

Я смутно вспомнила склоненное надо мной мужское лицо, прикрытоекартией, тем самым покрывалом, крепящимся к головному убору. Жгучие черные глаза, красивый голос. Он успокаивал меня.

-Тот самый сын-воин, которого та женщина хотела заполучить в наложники?

На лицо мужчины набежала тень:

-Да… Мой единственный сын…

Ну что ж, мрачное состояние мужчины я могла понять. Сама все утро дергалась, боясь упустить из вида Дарко. Ну и жизнь у них тут…

Повернувшись, посмотрела на своего товарища по несчастью, за неполные сутки ставшего мне ближе некуда. Осторожно протянула руку и провела пальцами по золотисто-рыжим кудрям, отвела от безмятежного сейчас лица непослушную прядку. И поймала себя на том, что улыбаюсь, ласково, тепло… как давно уже не улыбалась в прошлой жизни.

И тут же поймала на себе мудрый, понимающий взгляд мужчины.

-Если бы вы оба не были так юны, я бы решил, что передо мной мать и сын…

Я опешила. Но через пару секунд лёгкого шока поняла, что ведь он прав. Что-то подобное я и испытывала к Дарко. С самой первой встречи там в саду. Видимо обрушила на него все свои нерастраченные за последние двадцать лет жизни материнские чувства. Кажется, мамы Дарко уже давно нет в живых, да и моего мальчика тоже. Мы просто нашли друг друга, два одиноких существа.

В одном Фарук ошибся. В том, что Айвели не могла бы быть матерью Дарко. Ей сто десять лет, последние десять из которых она провела в браке с Далионом Ринавером. Для эльфов это ранняя молодость. Совершеннолетие у них наступает в пятьдесят. Дарко как раз пятьдесят один год. Свое совершеннолетие он справил в прошлом году. Так что Айвели вполне могла бы быть по возрасту его матерью, если бы, к примеру, родила от старика Малавархон вскоре после свадьбы. Но это не так. И мой мальчик умер двадцать лет назад. Чуду тут нет места, лишь простым человеческим чувствам.

-Мать?- я улыбнулась грустно, отводя руку.- Если только по духу…

Мужчина долго почему-то смотрел мне в глаза, а потом кивнул чему-то и тоже с улыбкой посмотрел на спящего Дарко.

-Мальчик порывался нести вас сам, но зверь бы его не подпустил. Не дал бы войти в клетку. А Рай для него свой. Зверь вырос рядом с ним, они не чужие друг другу.

-Рай?

-Рай, Райвархан - мой сын.

Ясно…

Взгляд снова возвращается к Дарко. Он спит. Спит. Значит времени прошло прилично. Его волосы растрепаны, одежда помята, под глазами темные круги. Черт! Сколько я в отключке провалялась?! Нас же ищут скорее всего!

Я перевожу взволнованный взгляд на мужчину:

-Сколько часов я была без сознания… или… дней?!

Он качает отрицательно качает головой и успокаивающе выставляет руки ладонями вперёд:

-Не дней, нет, госпожа. Только часов. И то немного. Вы очень быстро пришли в себя. Намного раньше, чем бывает в подобных случаях, что удивительно. Обычно процесс привязки проходит гораздо труднее и длится намного дольше. И это я про обычную привязку говорю…

-Привязки?-выхватила я из контекста "оцарапавшее" меня слово.

-Да. Вы привязали к себе песчаную химеру. Вы не помните?

Охренеть! Так та пытка невыносимой болью это их процесс привязки зорта?!? Они тут все поголовно мазохисты что-ли?!? Чтобы на такое добровольно согласиться нужно быть с глубоким приветом! Да я бы лучше всю пустыню пешком прошла из начала в конец! Постойте! Кого я там к себе привязала? Песчаную химеру? Почему это кажется мне таким знакомым?

Я нахмурилась, но так и не смогла понять. Словно что-то ускользало… Ладно. И другой головной боли полно.

Сам факт привязки к той золотистой машине смерти не очень то и удивил на самом деле. Я ведь нечто подобное и предполагала. Что среагирует на меня какая-то вредная живность. Правда думала, что это будет что-то ползучее или чешуйчатое. Но тут ошиблась. И, если честно, сейчас даже рада этому факту. Кошка уж точно лучше, чем змея или ящерица. Хотя там таааакая кися! Но и мы не лыком шиты. Не просто же так мне достался именно такой зорт. Как там говорится? Нам не даётся свыше больше, чем мы в состоянии принять? Речь шла, конечно, о жизненных испытаниях, а не о приобретении фэнтезийных ездовых существ, но и к моей ситуации это мудрое изречение тоже подходило. Но сам процесс привязки…

-Боюсь даже спросить сколько из участвующих в подобном процессе выживает…

Это был не вопрос, так, мысли вслух. Но мужчина счёл нужным разъяснить ситуацию. Я против не была. Чем больше информации, тем лучше.

Информация, которой со мной поделился Фарук, помогла понять - я очень удачно и с большой пользой… ПОПАЛА!

ПРОДА от 5 апреля.

Я сидела на постели, задумчиво потирая пальцами зудящий и почти заживший уже шрам на запястье и слушала Фарука. Внимательно слушала. Даже в выборе зорта я отличилась как могла, по всем статьям. Не знаю в чем причина, но мне думается в моем катастрофическом "везении".

Начнем с того, что песчаная химера это вообще ни разу не зорт! Со слов Фарука, это все равно, что сравнить домашнего ослика с диким неприрученным мустангом. Чуете чем пахнет? Ага, я уже оценила предстоящие перспективы. А ещё химера даже животным в прямом понимании этого слова не является. Зорты это магически выведенная особая порода ездовых животных. Есть просто ездовые, а есть особые боевые, которые жуткая редкость и стоят по цене хорошего замка. Так вот, химера обходила по всем статьям даже последних! Она не магически выведенное животное, она вообще не животное, она сама магия в чистейшем ее виде! Природное порождение магии пустынь! То, что я видела в клетке, это просто физическое воплощение, оболочка, которую это создание при соблюдении определенных условий может менять по своему усмотрению. Обитают песчаные химеры в основном в пустынях и считаются ее