Второй удар, в левое плечо. Роланд попытался уклониться, но его собственное тело подвело. Он дёрнулся не в ту сторону, потому что жжение на левой руке усилилось именно в этот момент. Мой клинок скользнул по щиту и оставил на нём заметную борозду.

— Ты!.. — глаза Роланда налились яростью. — Что ты мне подсунул⁈

— Называй это как хочешь, — ответил я, не прекращая давить. — Нанохимеры. Некробактерии. Маленькие друзья, которые заползли к тебе в гости, пока ты размахивал мечом.

Он понял. Я видел это по его лицу. Промежуток, когда щит снимался для атаки, окно, которое он считал слишком коротким, чтобы им воспользоваться.

И был прав. Для обычной атаки это окно было бесполезно. Но для существ размером с пылинку его хватило с избытком.

Роланд взревел и ударил мечом наотмашь, вложив в замах всю накопленную злость. Удар был мощным, но неточным. Я нырнул под лезвие, шагнул ему за спину и рубанул по затылку.

Щит треснул. Раздался короткий сухой звук, как стекло под ударом камня. Трещина пробежала от затылка к плечу и замерла.

Щит тут же начал восстанавливаться, но гораздо медленнее, чем раньше.

Я не дал ему времени.

Два удара подряд в ту же точку. Первый расширил трещину. Второй пробил её насквозь.

Мой теневой клинок впервые за весь бой коснулся настоящей брони Роланда. Лезвие проскрежетало по металлу доспехов, оставив глубокую борозду на наплечнике.

Роланд отшатнулся. В его глазах мелькнуло чувство, которого я не видел за все годы знакомства с ним.

Страх.

* * *

В это же время щиты рыцарей на третьей палубе тоже начали сбоить.

Прохор первым заметил перемену. Ближайший рыцарь, тот, что работал двуручным клинком с воздушным потоком по лезвию, вдруг замер на полушаге. Его щит мигнул, потускнел на секунду и снова вспыхнул.

Потом мигнул ещё раз. И ещё.

Прохор не знал, что именно произошло.

Да и не мог знать, что Роланд использовал свой невероятный магический резерв, чтобы питать не только свои доспехи, но и доспехи своих людей. И теперь, когда у него начались проблемы, они начались и у его элитного отряда.

Но Прохор был достаточно опытным бойцом, чтобы не задавать лишних вопросов, когда судьба бросает тебе подарок.

— Все вперёд! — скомандовал он мгновенно. — Кардиналы, в атаку! Бьём сейчас!

Гвардейцы рванулись вперёд. Алан первым достиг рыцаря с жезлами и ударил теневым клинком в грудь. Щит мерцал, рябил, и удар прошёл глубже, чем все предыдущие за весь бой.

Не пробил, но рыцарь покачнулся.

Три кардинала набросились на него одновременно. Пилы взвизгнули, впиваясь в щит. На этот раз по его поверхности побежали трещины, настоящие, видимые, и они не затягивались.

Рыцарь отмахнулся жезлом, отбросив одного кардинала. Но двое других продолжали давить.

Щит лопнул.

Пилы кардиналов с визгом врезались в доспехи. Металл завизжал, искры полетели фонтаном. Рыцарь закричал, впервые за весь бой его голос прорезался сквозь грохот.

— Вот теперь другой разговор! — рявкнул Алан и метнул взрывной кинжал в открывшуюся брешь.

Кинжал вошёл в щель между пластинами и взорвался. Рыцаря отшвырнуло к стене, и он больше не встал.

Прохор уже сражался с другим рыцарем.

Тот пытался удержать свой мерцающий щит, но что-то явно пошло не так с самим источником энергии. Защита включалась и отключалась рывками, как неисправный фонарь.

Двое гвардейцев зашли с флангов. Один отвлёк рыцаря ложным выпадом, другой нырнул ему под руку и всадил теневой клинок в стык между наколенником и набедренником.

На этот раз клинок вошёл.

Рыцарь рухнул на одно колено. Прохор добил его быстрым ударом в шею.

Оставшиеся четверо начали отступать. Их щиты ещё работали, но с перебоями, и рыцари это чувствовали. Уверенность, с которой они наступали на гвардейцев все эти минуты, испарилась.

— Не отпускаем! — приказал Прохор. — Додавить!

Гвардейцы устремились за ними. Кардиналы шли следом, их пилы выли на самой высокой ноте.

* * *

Роланд отступил к обзорному окну. Кровь сочилась из его левого плеча, откуда я вырвал кусок наплечника вместе с частью доспеха. Рана была неглубокой, но ощутимой.

Щит всё ещё держался, но лоскутами, с провалами и разрывами. Через нанохимер я чувствовал каждую судорогу его тела, каждый всплеск боли от жжения.

— Очередная твоя подлость, Рихтер! — выдавил Роланд. — Как всегда. Ты никогда не умел побеждать честно.

Я опустил клинок.

— Честно? — переспросил я. — Ты пришёл ко мне с целым флотом. Непробиваемые щиты, истребители, которых этот мир никогда не видел, рыцари в артефактных доспехах. И после всего этого ты говоришь мне о честности?

— Это стратегия! — огрызнулся он. — Подготовка! Труд тысячи лет!

— А то, что я сделал, это не стратегия? Не подготовка? Не работа ума? — я покачал головой. — Ты просто не умеешь принимать поражение. Никогда не умел. Ни один твой козырь не сработал, и теперь ты злишься не на меня, а на себя.

— Заткнись!

Он бросился вперёд. Его меч сиял так ярко, что на мгновение ослепил меня. Роланд вложил в этот удар всё, что у него оставалось, ярость, боль, гордость.

Я ушёл теневым шагом. Появился справа и ударил.

Клинок прошёл через разрыв в щите и вонзился в бок, между рёбрами.

Роланд захрипел. Его колени подогнулись. Меч выпал из руки и со звоном покатился по полу мостика.

Он упал на одно колено, прижимая руку к ране. Между пальцами текла кровь, тёмная и густая.

Но он нашёл в себе силы восстановить щит и отшатнуться. Я не успел его добить. Даже с такой раной, Роланд оставался сильнейшим магом из всех, кого я знал.

Да, я вновь нашёл способ победить его, но мне это давалось совсем не просто. Резерв истощался, дыхание становилось тяжёлым. И я сам двигался уже далеко не столь быстро, как в начале боя.

Он отошёл ещё дальше и поднял на меня глаза. В них была боль, злость и что-то ещё. Что-то похожее на обиду ребёнка, которого обыграли в его собственную игру.

— Думаешь, это конец? — он оскалился, и кровь блеснула на его зубах. — Нет, Рихтер. Это ещё не конец.

За его спиной что-то щёлкнуло.

Я не сразу понял, что произошло. Часть стены капитанского мостика сдвинулась в сторону, и за ней открылось то, чего я не ожидал увидеть.

Тёмная металлическая рамка высотой в человеческий рост, встроенная прямо в переборку. Внутри неё