– Как и я, – усмехнулся Рэй. – Но этот выбор дал мне ты. Ты не позволил мне остаться человеком. Не вытащил из моей спины это проклятое железо…

– Я спас тебя от самого себя, слепой идиот, – Шон повернул голову к брату. – Ты бы не смог жить до старости, вспоминая миг, когда потерял все: семью, друзей, любимую. И это бы съедало тебя… Медленно, болезненно, заставляя вновь и вновь возвращаться в прошлое. Я хорошо знаю тебя, Рэй. Ты бы закончил свою жизнь с револьвером у виска. Я просто подарил тебе шанс все изменить или же избавиться от душевных страданий.

– Так ты действовал из добрых побуждений? – в голосе Блэкмора прозвучали нотки сарказма. – Как мило с твоей стороны.

– Нет, я действовал исходя из своего эгоизма, – Шон издал смешок. – Я не хотел оставаться один. Мне хотелось знать, что у меня есть брат. Даже если он меня ненавидит.

– Что ж, не могу не признать, что ты наконец-то повзрослел, – рассмеялся Рэй. – И я не злюсь на тебя. Скорее наоборот, благодарен за этот выбор.

– Ты бы не сделал его в пользу вечной жизни, предложи я его тебе при обычных обстоятельствах, Рэй. Только когда мы находимся на грани, мы способны действовать быстро и решительно. Тогда ты прислушался к сердцу, а не к своей проклятой гордости.

Рэй усмехнулся и хлопнул брата по плечу. Какое-то невесомое чувство умиротворения заполняло его душу. Словно какая-то часть пустоты наконец-то заполнилась чем-то очень важным.

– Ну, тогда спасибо тебе за вовремя угаданный момент.

– Знаешь, в тот момент я мечтал о том, что услышу эти слова через сто пятьдесят лет.

– Только вот остаться с Софи я все равно не могу.

– Я знаю.

– Боже, – поморщился насмешливо Блэкмор, – поверить не могу, что из мальчишки, которого я помнил, за сто пятьдесят лет получился умудренный жизнью старик. Несмотря, конечно, на твою обманчивую молодую внешность.

Шон рассмеялся и прищурился.

– Не оскорбляй меня, братец, если не хочешь посмотреть на то, как я до сих пор силен и проворен.

– Хочешь сражений?

– А почему бы и нет?

– Тогда предлагаю помочь брату, а не сражаться с ним, – предложил Рэй, смотря в серые глаза напротив.

Скажи «да». Черт возьми, Шон. Покажи, что ты действительно мой брат. Дай мне поверить, что тобой двигал эгоизм, а не жажда предательства.

– Только если брат нуждается в моей помощи, – улыбнулся Шон и протянул брату руку. – На равных условиях. Мне не нужна нянька.

На губах Блэкмора медленно расползалась улыбка. Он ударил брата по руке, отодвигая ее в сторону, и крепко обнял, похлопав по плечу.

– За столько лет жизни я уже не помню, что значит быть нянькой, Шон. Но ещё раз бросишь в меня камень, я надеру тебе зад.

Он потрепал младшего брата по темной шевелюре, но Шон, фыркнув, отмахнулся.

– Ну, что, злой волчонок, пошли спасать твою красотку. У нас не так много времени. Скоро наша вечная жизнь закончится, – произнес он, направляясь к выходу из переулка.

Блэкмор нахмурился.

– Шон… О чем ты, черт возьми?!

Спустя десять минут черный «Мустанг» гнал по трассе с бешеной скоростью.

– Почему ты не пришел ко мне сразу?! – кричал Рэй, ударив с силой по рулю.

– Потому что не был уверен. Но когда Анна вновь оказалась на свободе, избежав казни от руки Армана, я в этом убедился, – спокойно ответил Шон.

Пока они шли до машины, младший брат поведал Рэю о том, что если не открыть Чистилище, и Лаэта исчезнет, следом за ней испарится все созданное ее рукой, в том числе Арман и все вампиры, созданные им. А если брать в расчет, что Арман был первым вампиром, и все ночные твари – это дело его рук, то погибнет вся нечисть. Эта была цепочка, которую нельзя разорвать.

Умереть и никогда больше не увидеть этих зелёных глаз… К этому я был, черт возьми, не готов…

– Мне кажется, что Арман хочет выпустить Лаэту, чтобы разорвать их связь, – предположил Шон. – Наш первородный вампир не готов умирать.

– А как же легенда о любви? – спросил Рэй, уже в тысячный раз набирая номер Джаспера, но друг не отвечал. И это безумно его тревожило.

– Любовь? Ты шутишь? У вампира, у которого нет сердца? У вампира, который получает удовольствие от убийств и людских страданий? Лаэта создала монстра. Он «любил» ее, когда она была на земле, и его жизнь могла оборваться в любой момент с ее лёгкой руки. Ты взгляни на него! Он упивается своей властью!

– Но ты же работал на него!

– Ни дня, – фыркнул Джаспер. – Это была только сделка. Я выторговал для тебя сто пятьдесят лет жизни.

– О чем ты?!

– Я сказал Арману, что если он оставит тебя в покое и убьет только перед Парадом планет, то Софи точно откроет Чистилище, чтобы спасти любимого. Именно поэтому он позволил ей оказаться в прошлом. И именно поэтому ты ещё жив. Ведь он был утром в том парке, в день, когда она переместилась в одна тысяча восемьсот семьдесят первый год. И я уверен, что она слышала его. Потому что в тот момент Арман очень хотел передумать…

– Но ты не позволил… – догадался Рэй.

– Да. Я его немного отвлек, и он не достал твою Софи. Ему опять пришлось ждать. Я же вызвал его гнев. Но вот Арман отчего-то не пытается тебя убить… А значит, что в его многовековой голове созрел новый план. И мне это совсем не нравится.

– Твою мать, Шон! – Блэкмору хотелось поколотить младшего брата за самодеятельность. – Что ещё? Куда ты ещё влез и с кем договорился?!

Так вот почему Арман не трогал меня столько лет?! Черт возьми, а я голову ломал…

– Я попытался убить Анну. Но Арман увел ее у меня прямо из-под носа.

– Что?! Ты же сам ее обратил!

– Черт возьми, Рэй! Ты начнёшь немного думать?! Отбрось свои эмоции! – закричал раздражённо Шон. – Что мог сделать младший брат, душа которого жаждала подвигов, но у него не было никаких суперсил?! Я боролся, как умел. Хитростью. Я получил, что хотел. Обратил Анну,