Оказавшись под тяжёлым тёплым одеялом в постели, заправленной белым, хрустящим от чистоты бельём, ещё пахнущим глажкой, я впервые за долгое время блаженно выдохнула и сладко вытянулась во весь рост.

— С ума сойти, какой долгий день…

День… неделя или сколько там? Но, кажется, что прошла целая жизнь! Ведь для моего сознания, столько раз побывавшего в отключке, я только сегодня утром завтракала в столовой на «Палладе» с Заком. Собиралась немного отдохнуть от суточного дежурства и встретиться с подругами… А уже вечером не было в моей жизни больше ни «Паллады», ни Зака Хоффмана… А подруги мои зависли на орбите этой затерянной планеты. И было неизвестно, удастся ли мне их спасти…

Ну и сама я, подумать только! Лежала в капитанской каюте на корабле инопланетян, которые любезно уступили мне её, потому что…

А действительно, почему? Ведь если есть они меня не собирались, то зачем же я им тогда сдалась?

Кажется, что дела у них на этой планете и без меня шли прекрасно. В сравнении с нищенским существованием, которое я видела на базе собирателей, эти хищники обустроились здесь просто в номере класса люкс! И совершенно неважно, что упали они на неё вместе с ним…

Пожалуй, на этот вопрос действительно стоило незамедлительно найти ответ. Незамедлительно, но завтра… Глаза мои закрывались просто от одной мысли о том, чтобы шевельнуть ещё хоть пальцем.

Глава 22

Если на огромном иллюминаторе в капитанской каюте и предполагались жалюзи, то меня забыли посвятить в то, как они работают. Из-за этого я проснулась с первыми лучами солнца и больше не смогла заснуть. Но не потому, что не хотела! Просто прятаться под одеялом было жарко, а снаружи солнце нещадно светило прямо в глаза.

Смирившись, что в этом бою за сон мне не выстоять, я приняла волевое решение начать новый день своей жизни с рассветом. А так хотелось ещё поваляться в постели…

На «Палладе» хочешь не хочешь, динамики включались и трубили подъём ровно в семь утра по Гринвичу. Это было необходимо, чтобы поддерживать дисциплину на станции, где день и ночь могли смешаться у людей быстрее, чем виски с колой в стакане. Просто для кого-то в 7 утра был отбой, а для кого-то, как у нас с девчонками, подъём.

Так и жили в две смены всей станцией, кроме срочных дежурств, когда требовалось подменить кого-то из другой группы по той или иной причине. А причин в космосе, в условиях ожесточённого противостояния с пустыми, было достаточно…

Ещё лёжа в постели и страдая от безжалостности солнца, я заметила на большой тумбе в углу каюты стопку жёлто-зелёных вещей. Значит, кто-то из близнецов заходил сюда, пока я спала?

В голову отчего-то сразу полезли самые нехорошие мысли, а по рукам побежали неприятные мурашки... Вдруг, я спала раскрывшись? А вдруг, кто-то полночи просто стоял и пялился на меня спящую? Я была в таком отрубе, что не заметила бы даже парад по случаю дня независимости под иллюминатором этой каюты...

Нужно было обсудить с киранцами этот вопрос, и хотя бы попросить больше так не делать. Не заходить в мою каюту без спроса. Что может быть более жутким, чем светящиеся во тьме хищные глаза, безмолвно наблюдающие за тем, как ты спишь? Брр...

Не уверена, что меня послушают, но попытаться-то стоило…

Чувствуя себя, куда бодрее и здоровее, чем вчера, я сходила в душ и с удовольствием натянула высохшее за ночь чистое бельё. Этот вопрос тоже требовал особого внимания. Не могла же я постоянно ходить в одном и том же! В стопке моих новых вещей белья не обнаружилось.

Зато меня приятно удивило то, что размер одежды оказался правильным. И футболка, и штаны сели на меня, как мои собственные. Видимо, глазомер у Рину был точнее расписания Токийского метро! Смущало только то, что он так хорошо успел его рассмотреть...

Нашла я у тумбы и берцы. Но, подумав, решила оставить свои, белые. В отличии от остальной моей лётной формы, они совсем не пострадали, только испачкались. Но это я легко исправила в душевой с помощью мыла и одной из зубных щёток, которых там было в избытке.

После того как со всеми утренними процедурами было покончено, оставаться в каюте было скучно, и я по памяти пошла искать кают-компанию.

Ну как пошла... поковыляла. От действия обезболивающего, которое мне вчера вколол Рину, ожидаемо не осталось и следа, и рана на ноге теперь ныла, заставляя заметно прихрамывать. Но выглядела хорошо. У доктора биологических наук рука оказалась легкой, да и дело он свое, видимо, знал. Так что, пожалуй, где-то через недельку я об этой ране уже даже и не вспомню. Еще бы шрама не осталось... Но это я уже придераюсь!

За дверью в коридоре раздавался мужской храп. Я усмехнулась и прислушалась. Храпел кто-то один из близнецов и не сказать чтобы громко. Хотя, может быть, дело было в толстых стенах между каютами? Храп доносился из-за двери, находившейся примерно в трёх метрах от моей с другой стороны коридора.

Отлично! Значит, у них солнце в иллюминатор утром точно не заглядывает. Кровать они не поделили, ага, как же… Просто поспать подольше любят, вот и весь секрет их щедрости. Если задержусь здесь надолго, нужно будет повесить себе в каюту какие-нибудь шторы...

Себе в каюту... подумать только, как быстро привыкаешь к хорошему, если тебя не собираются есть!

Я громко фыркнула и уверенно зашагала по коридору туда, куда собиралась.

В кают-компании, кроме чистой посуды, стопкой составленной возле раковины без крана, всё осталось на своих местах. И банки с бумажками на полу, которые Рину вчера свалил со стола, когда зашивал мне ногу. И аптечка, и использованный шприц с перчатками, и окровавленные спиртовые тампоны, которыми он очищал рану после заморозки… Зато в исключительном порядке и ухоженности пребывало море цветочных горшков с буйной растительностью на стенах!

А… еще металлический ящик с лапами змеемордого хищника исчез со стола. Наверно вчера его всё-таки разделали и отправили в морозилку. Хорошо хоть не при мне, иначе божественно вкусное шезуме́ точно попросилось бы наружу из моего желудка.

От мысли о вчерашнем сытном ужине, мой живот издал жалобный стон. Конечно... Я ведь привыкла, что на "Палладе" к подъему всегда уже был готов завтрак. А у этих хищников подъем во сколько? Хотя... а есть ли у них вообще подъем?

Я еще раз окинула взглядом находяющуюся в