видела его тело? — выдохнула Дакота, провожая его взглядом. — Это же просто бог…

Я молчала, глядя на пустой берег. В голове крутилась одна мысль: Делагарди. Был ли он одним из них? Темные волосы, бледная кожа, эта странная, давящая аура власти…

— «Еще увидимся», говорит, — протянула Дакота с наигранной обидой. — Явно не мне это было сказано.

Кожу покалывало. Это не звучало как флирт. Это звучало как предупреждение.

— Перестань, — фыркнула я, пытаясь стряхнуть наваждение.

— Я серьезно! — Дакота повернулась ко мне. — Меня просто не было рядом. Я для него была как… как водоросль. А вот ты…

— Думаешь, он из Делагарди? — перебила я, озвучивая главную догадку.

Дакота задумалась, перестав улыбаться.

— Вполне похож. Мрачный, красивый, хозяйничает тут…

— Да уж, — я нервно усмехнулась, вспоминая наш странный диалог. — И это нелепое замечание про мое имя. «Редкое». Серьезно? Его имя куда более редкое и странное. Арден.

Дакота раскатисто рассмеялась, эхо разнеслось над притихшим озером.

Мы постояли, глядя на пустой берег, ожидая, что Арден вернется или из кустов выпрыгнет кто-то еще. Но все молчало, только рябь на воде напоминала, что мы здесь не одни.

— Ладно, — Дакота первой нарушила оцепенение. Она тряхнула волосами, обдавая меня веером брызг. — Шоу окончено. Пошли, пока нас действительно не выгнали.

Иди солгала или специально отправила нас сюда? Зачем?

Выбираться на сушу было неприятно. После обволакивающей воды воздух казался горячим и сухим. Мокрый купальник прилип к телу, стягивая кожу.

— Ты видела, как он двигался? — не унималась она, пока мы брели по тропинке обратно к дороге.

— Много о себе возомнил, — бросила я, поправляя лямку рюкзака.

Солнце уже клонилось к закату, заливая улицы Гримфорда густым, медовым светом, от которого длинные тени деревьев казались черными провалами в асфальте.

Дакота шла рядом, легко подпинывая камешки, и её энергии, казалось, хватило бы на то, чтобы осветить весь этот сонный город.

— Ну признайся, — она толкнула меня локтем. — У тебя коленки дрожали не от страха.

— Ничего у меня не дрожало, — соврала я, стараясь не встречаться с ней взглядом. — Да и вода не такая теплая была.

— В плюс тридцать? — Дакота закатила глаза. — Мирна, не будь занудой. Он смотрел на тебя так, будто хотел съесть. И, по-моему, ты была не против стать ужином.

Мы уже подходили к нашему дому, и Дакота спрятала телефон с гугл картой в сумку.

— Он смотрел на меня как маньяк, — отрезала я, открывая тяжелую дверь подъезда. В нос ударил запах испорченной краски.

— Ага, — мечтательно протянула Дакота, пропуская меня вперед к лестнице. — Красивый, богатый, живет в замке. Идеальный вариант. Герой твоего романа.

Я лишь фыркнула, не желая продолжать этот разговор. Потому что где-то в глубине души, там, куда я старалась не заглядывать, я понимала: мой интерес был затронут.

Первым делом я направилась в ванную. Мне необходимо было смыть озерную воду, липкий пот и пыль. Под струями горячей воды я терла плечи мочалкой до красноты, пытаясь стереть память о догадках и вопросах без ответов.

Когда я вышла, переодевшись в футболку, Дакота уже оккупировала диван. Она сидела с ноутбуком на коленях и быстро печатала. Экран отбрасывал на лицо голубоватый отсвет.

— Гуглишь Делагарди? — спросила я, вытирая волосы.

— Пытаюсь. — Она нахмурилась. — Но тут такой интернет, что быстрее будет голубиной почтой.

— Я ничего толкового не нашла. Хотя странно, у них же такие владения.

Июнь медленно стекал в унитаз. Невыносимая жара обжаривала нас. Аванс от Сиеры позволял не умирать с голоду, но не мог купить прохладу или ответы. Вентилятор из комиссионки гонял горячий воздух, создавая иллюзию ветра. Дакота изнывала.

Она валялась на полу, вскакивала, перебирала вещи, снова ложилась.

— Я больше не могу, — простонала она, свисая с дивана вниз головой. Волосы мели пол. — Пойдем проветримся. Я видела афишу в кино. Показывают старые ужастики. Ну, Мир!

Я сидела на полу, прислонившись спиной к раскаленной стене, и в сотый раз перекладывала письма. Искала закономерность в датах, в почерке. Я нашла четырех криптологов, но два не ответили, а два отказались.

— Не хочу, Ди. Там жарко, людно, и я… я почти нащупала нить.

— Ты щупаешь, но ничего не нащупаешь. — Дакота отбросила журнал. — Мы торчим здесь сутками. Ты пялишься в эту бумагу, а я скоро начну разговаривать сама с собой. Пошли!

— Иди одна. — Я не поднимала глаз. — Мне нужно разобраться. Я не могу смотреть кино, когда ответы по соседству!

— Ну и пойду! — Дакота вскочила. — Иди хотя бы умеет веселиться. Позвоню ей, и мы пойдем без тебя.

Она схватила телефон и яростно затыкала пальцем в экран. Из другой комнаты ее не было слышно. Вернулась через минуту, швырнув телефон на кресло.

— Вот черт.

— Что такое? — я подняла голову.

— Не отвечает. Прислала смс, что срочно уехала к какой-то тете. Круто. Подставила нас на озере, а теперь свалила.

Лоб напрягся. Как отвлечься, если все мысли об этих письмах?

Пришло сообщение от Лоя. Я надеялась, что он напишет время прибытия, но на экране высветилось сухое: «Прости, завал. На этой неделе никак. Не скучайте.»

Ну и ладно.

Я осталась наедине со своей одержимостью.

Следующие дни моей мишенью стала дверь напротив. Я превратилась в призрака подъезда. Приходила к соседу каждый день. Стучала, стояла вечерами, пялилась в глазок, выжидая мелькание фигур. Проходил кто угодно, но не этот чертов дед.

Я начала писать записки. Сначала вежливые, потом отчаянные. Оставляла их под дверью и ждала.

Изоляция доводила до желания согласиться на прогулку с Дакотой. Но я набрала Стивену. Нужно было, чтобы кто-то сказал, что делаю все верно. Дакота смирилась с моим поведением, и толку от ее советов было немного.

— Стив, ты не поверишь, — зашептала я в трубку, сидя в темноте кухни. — У меня тут сосед есть… Он старый, но он что-то знает. Я уже который день пытаюсь с ним поговорить, а он игнорит…

— Мирна, — его голос оборвал меня.

Я осеклась.

— Стив?

— Слушай, я только со смены. Голова раскалывается, Ванессы сегодня не было, кофемашина сломалась. Такой ор стоял. Я так устал. Просто дико. Не получится приехать пока.

— Прости, —