раскинулся полукруг панелей, экраны мерцали мягким светом, на одном – проекция траектории Корабля, на другом – распределение ресурсов по секторам, на третьем – карта внутренних уровней с обозначениями доступа. Пространство казалось одновременно огромным и сосредоточенным, как будто здесь сходились все линии управления.

Анна подошла к ней.

– Добро пожаловать, – сказала она. – На несколько недель, а потом, я надеюсь, и на несколько лет это станет твоим.

– Благодарю, – ответила Ева.

Она оглядела зал ещё раз, задержав взгляд на центральной консоли, на кресле капитана, на панели доступа к общему управлению.

– Я могу начать с обхода Корабля? – спросила она, и в голосе её мелькнуло нетерпение.

Анна приподняла бровь.

– Уже?

Ева позволила себе лёгкую улыбку.

– Не терпится осмотреть свои владения.

В зале кто-то тихо усмехнулся, но без насмешки.

Анна кивнула.

– Это похвально. Иди.

Ева шагнула к центральной панели, приложила браслет к сенсору, и на экране вспыхнула зелёная линия допуска. Перед ней открывались маршруты, которые раньше были только на схемах; уровни, отмеченные серым, теперь светились доступными, и внутри неё снова вспыхнуло то самое чувство, которое не давало ей уснуть ночью.

Двери раздвигались перед ней без задержки.

И впереди был весь Корабль.

Ева не спеша шла по коридорам Корабля. Иногда мимо проходили женщины в форме разных секторов – навигационного, инженерного, биологического. Они останавливались на секунду, приветствовали её коротким кивком и возвращались к своим делам, потому что ритм Корабля не позволял долгих пауз.

Ева спустилась на уровень биолабораторий, где в прозрачных цилиндрах под лампами холодного спектра росли растения, выведенные для экономии воды и пространства, и между рядами стояли женщины в одинаковых халатах, отмечая показатели влажности и кислотности субстратов. Здесь не было запаха земли – только стерильная смесь питательных растворов, и Ева задержала взгляд на узкой зелёной полосе листьев, представив на секунду водопад с фотографии, спрятанной в её комнате, и ощутила, как внутри неё возникает тихое, упрямое несоответствие между тем, что есть, и тем, что могло бы быть.

Ева остановилась у стеклянной стены, за которой медленно вращался цилиндр с водорослями. Вода была почти чёрной, густой, и сквозь неё проходил мягкий свет ламп.

– Доброе утро, капитан, – сказала женщина в халате.

– Пока только стажёр, – ответила Ева, улыбнувшись.

– Стажёр, который однажды будет управлять всем этим.

Ева ничего не сказала. Она смотрела на растения и вдруг подумала, что они никогда не знали ветра. Они росли ровно, спокойно, под светом ламп, и ни один лист не шевелился без причины.

Она двинулась дальше.

Следующий уровень был инженерным.

Здесь сквозь стены слышался ритмичный гул, далёкие удары, как будто кто-то постоянно работал молотом. Это был строительный сектор – место, где третья каста мужчин расширяла Корабль, добавляя новые модули, новые коридоры, новые уровни.

Ева остановилась у обзорного окна. Внизу, за защитной решёткой, было видно пространство огромного отсека. Мужчины в тёмной форме двигались между каркасами, сварка вспыхивала короткими белыми искрами, и на секунду металл становился почти белым от жара. Она смотрела на это молча, чувствуя странное ощущение – смесь уважения и тревоги. Корабль держался на их руках.

Ева пошла дальше. Чем ниже становились уровни, тем у́же делались коридоры и тем чаще встречались мужчины первой касты – в серой форме без знаков. Они уступали дорогу, не поднимая глаз. Один из них толкал тележку с контейнерами, другой нёс ящик с инструментами, третий мыл панели пола длинной шваброй. Ева поймала себя на том, что всматривается в их лица, номера на рукавах, короткие волосы, одинаковую походку.

И всё же каждый был немного другим.

Она прошла ещё один уровень и свернула в сторону медицинского корпуса. Белые панели стен, мягкий свет, запах антисептика. Двери располагались на одинаковом расстоянии, и на каждой была тонкая линия индикатора. Ева шла медленно, проводя пальцами по гладкой поверхности стены. Одна из дверей была приоткрыта. Она уже собиралась пройти мимо, но остановилась. Изнутри доносились голоса.

– Пожалуйста… – сказал мужчина хриплым голосом. – Пожалуйста, возобнови мне вакцинацию. Я правда больше не могу. Ты не понимаешь, как это…

Тишина.

– Как это всё чувствовать, – продолжил он, неловко подбирая слова. – Я всё время думаю. Про тебя думаю. Знаю, что стоит мне пару коридоров пройти – и ты там. И я… я не могу даже руку протянуть.

В ответ прозвучал женский голос, тихий, и в нём дрогнула нота, которую нельзя было спутать ни с чем.

– Ты хочешь перестать чувствовать?

– Я не знаю. – Он выдохнул, и что-то металлическое звякнуло о стол. – Наши встречи короткие. Пять минут, десять. И я ради этих минут живу. А потом… потом ухожу, и как будто снова в холод.

Ева стояла неподвижно.

– Если я сделаю укол… – прошептала девушка.

– Эйва, – в его голосе появилась резкость, – если ты сделаешь, я перестану это чувствовать. Я стану спокойным, удобным, правильным. Но тогда между нами ничего не останется.

Снова звук металла.

– Эйва…

– Да?

– Я не хочу жить так, будто тебя никогда не было.

В комнате что-то резко упало. Звон стекла. Короткий вскрик.

– Нет! – Голос мужчины прозвучал резко. – Не надо! Не делай!

Тяжёлое дыхание.

– Пусть болит, – сказал он тихо. – Лучше пусть болит.

Ева почувствовала, как кровь отливает от лица. Она понимала, что ещё мгновение – и дверь откроется шире и её присутствие станет очевидным. Она бесшумно отступила, вернулась к началу коридора, открыла ближайшую дверь, закрыла её громче, чем требовалось, и, прочистив горло, закашляла, чтобы обозначить своё появление.

Затем шаги её стали отчётливыми, намеренно слышными.

Когда она вошла в кабинет, там уже было тихо. На кушетке сидел мужчина. Он был из первой касты – видно сразу. Широкие плечи, руки с тёмными следами работы, простая серая форма с номером на рукаве. Лицо загорелое от ламп и сварки, волосы коротко подстрижены.

Номер – сто один. Он смотрел в пол.

У стены стояла медсестра. Невысокая, светловолосая, с очень яркими голубыми глазами и острыми, почти резкими чертами лица. На её руке была свежая повязка.

Она подняла голову, быстро посмотрела на форму Евы и кивнула.

– Приветствую вас, капитан.

Ева улыбнулась.

– Меня зовут Ева. Я пока стажёр.

Эйва чуть склонила голову.

– Как скажете.

Она повернулась к мужчине.

– Сто первый, можешь идти.

Он поднялся медленно, не глядя ни на одну из них, и вышел, не хлопнув дверью.

В кабинете повисла тишина.

– Вакцинация по блокировке гормонов, – произнесла Эйва ровно.

Ева посмотрела на лоток с инструментами, на разбитую ампулу, на бинт на её руке.

– Как часто она проводится?

– По графику, – ответила