​Лика испуганно подпрыгнула на месте, резко распахнув глаза. Вся её тщательно выстроенная медитация в одно мгновение разлетелась мириадами осколков. Сердце сделало кульбит и заколотилось где-то в районе горла.

​Из глубокой, густой тени плюща, вальяжно облокотившись на деревянные перила и скрестив руки на груди, навстречу ей выступил старый знакомый. На его плечи была небрежно накинута тёмная мантия, а в полумраке угадывался силуэт широких плеч. Она подняла на него глаза, судорожно хватая ртом воздух, и в первый момент у неё даже слова застряли в груди от оглушительного возмущения.

​— Да ты издеваешься, Сартори! Ты меня явно преследуешь, — она шумно перевела дыхание, судорожно прижимая ладонь к бешено забившемуся сердцу.

​На самом деле она не была против его компании, но частота их «случайных» встреч уже выглядела откровенно подозрительно.

​— Что ты тут делаешь? И главное — как ты умудрился полностью избежать моего поисковика? — Лика опасно прищурилась. Она была первоклассным магом защиты, её следящие плетения были безупречны, но Альдо снова обошёл их, даже не всколыхнув пространство. А затем, зацепившись за старую мысль, она решительно добавила: — И как ты обошёл мою защиту в архиве?

​Этот вопрос она хотела задать ему уже очень давно.

​— И я рад тебя видеть, Сальви, — Альдо мягко улыбнулся, ничуть не смутившись её тона. — Вообще-то я не искал конкретно тебя. Я просто шёл немного выдохнуть после тяжёлого дня, а про эту беседку мне как-то обмолвился знакомый смотритель парка. А что касается твоего поисковика...

​Альдо сделал шаг ближе, заходя под крышу беседки. В полумраке его высокая, широкоплечая фигура на мгновение показалась сидящей на скамье Лике пугающе огромной, почти хищной. В его глазах, обычно таких открытых, промелькнуло что-то непонятное ей. Опасность? Но это же Альдо...

​— Буду честен и краток, так как ты заслуживаешь знать правду, Сальви, — продолжил он, и его голос стал чуть тише. — Твой поисковик настроен безупречно для уровня университетской программы, ты прекрасный профессор защиты. Но моя основная работа... она не профессорская. Она всегда подразумевала подготовку и знания куда более глубокие, чем те, что дают в стенах любого университета. Меня учили обходить щиты намного сильнее твоих. Хотя твои щиты всё ещё прекрасны, я не хотел бы даже немного принижать уровень твоих навыков.

​По спине Лики пробежал вполне осязаемый холодок — перед ней сейчас стоял не просто харизматичный коллега, а сильный, явно хорошо обученный боевой маг, способный раздавить её защиту в щепки. Она не знала его точную специализацию, но давние предположения о том, что Сартори проходил подготовку в суровом военном ведомстве, только что полностью подтвердились.

​— Я... предполагала, что твоя подготовка... несколько иная, отличающаяся от обычного профессора, но... — она замолчала, не зная, как закончить фразу.

​Заметив её минутную вспышку страха, Альдо тут же изменился в лице. Мрачная тень исчезла, уступая место мягкому, привычному теплу, а в глубине тёмных глаз заплясали знакомые весёлые искорки. Он шумно выдохнул и, сокращая расстояние между ними, осторожно опустился на скамью рядом с ней. Поймав её растерянный взгляд, Альдо тихо, с какой-то пронзительной искренностью попросил:

​— Только не бойся меня, Сальви.

​Он посмотрел на неё практически с мольбой в глазах.

​— Слышишь? Последнее, чего я хочу в этой жизни — это пугать тебя.

​Он медленно пересел ближе и, давая ей возможность отстраниться, поднял руку. Его тёплые пальцы едва ощутимо коснулись её щеки, а затем он аккуратным, невероятно нежным движением заправил выбившуюся прядь её волос за ухо. Так же бережно он развернул её голову к себе, заставляя встретиться взглядами.

​— Ты не будешь меня бояться, Сальви? — спросил он, тихонько погладив её скулу, едва касаясь подушечкой пальца нежной кожи.

​От этого мимолётного, почти интимного жеста у Лики перехватило дыхание, а былой страх мгновенно испарился, сменившись густым, жарким смущением. Щёки опалило густым румянцем.

​— Я… постараюсь, Сартори, — выдохнула она.

​Альдо мягко убрал руку, но отстраняться не стал, уважительно переведя взгляд на залитый лунным светом дворик. Лика отчётливо чувствовала, как её плечо почти касается его рукава.

​— Обещаю не нарушать твоё уединение, — негромко добавил он, улавливая её волнение. — Просто... здесь спокойнее. Медитируй, Сальви.

​Лика прикрыла глаза, пытаясь выровнять судорожный вздох. Рядом с ним ей, если быть до конца честной, было пугающе уютно. Полог тишины, который Альдо неощутимо набросил на беседку, надёжно отрезал их от остального мира, создавая иллюзию полной безопасности. Но сердце упрямо отказывалось успокаиваться.

​— Медитировать рядом с тобой я не могу, к сожалению, — она открыла глаза и покачала головой, признавая поражение. Затем Лика повернула голову к Альдо и тихо добавила: — Но мы можем просто поговорить. Если ты, конечно, этого хочешь.

— Я забыл сказать, я ведь принёс плед, — Альдо улыбнулся и взял плотное покрывало, которое предусмотрительно положил на скамью, как только зашёл в беседку. Тогда оно бы только помешало их напряжённому разговору, а сейчас было как нельзя кстати. Он аккуратно набросил его на её плечи. — И я всегда буду рад поговорить с тобой.

​— Ладно уже, Сартори, садись рядом под плед, — она приподняла край тяжёлой шерстяной ткани, освобождая для него место, и приглушённо вздохнула: — А то замёрзнешь, заболеешь, и кормить с ложечки в лазарете будут уже тебя. А я посмеюсь, когда увижу это зрелище.

​— Ну уж нет, Сальви. Я этого точно не допущу, — тихо рассмеялся Альдо, но приглашением воспользовался без лишних уговоров.

​Он придвинулся ближе, забираясь под просторное покрывало. Лика мгновенно почувствовала, как её окутало сухим, сильным теплом его тела. Общий плед бесцеремонно стёр остатки той официальной дистанции, которую они так упорно пытались держать на кафедре. Теперь они сидели плечом к плечу, скрытые от всего мира плотной тканью и разросшимся плющом. Лика уставилась на свои носки, изо всех сил стараясь дышать ровно, пока Сартори поудобнее устраивался на скамье, мягко утягивая за собой край шерстяного кокона. На мгновение в беседке повисла та самая оглушительная, но уже совершенно не пугающая тишина, в которой каждый из них, кажется, пытался подобрать правильные слова для начала этого долгого разговора.

​Чего они оба не знали, так это того, что в неком отдалении от беседки, в густой тени старого раскидистого дуба, замер тёмный силуэт.

​Наблюдатель стоял неподвижно, скрытый чарами отвода глаз. Из-за мощного полога тишины, который Альдо накинул на заросшую плющом