за дверь без копейки денег и прав на ребенка. Но я не мой отец, и не хотел им становиться. Никогда. Вспоминая свое несчастливое детство, я решил поступить справедливо, дав возможность женщине находиться рядом с сыном. Вот только что-то не было заметно, чтобы она это ценила.

Пока я искал нужный номер, телефон зазвонил снова. Отец. Разговаривать с ним в такой момент хотелось меньше всего. И я сбросил вызов. Родитель не появлялся в моей жизни больше месяца. Еще несколько часов спокойно подождет.

Звонок повторился. Это было на него не похоже. Решив, что случилось что-то срочное, я поднял трубку, коротко кинув:

— Да.

— Приезжай немедленно! — скрежеща зубами, процедил он. — У меня мать твоего ребенка.

И действительно на заднем фоне отчетливо слышались крики Вадика. Я с трудом сдержал усмешку, представляя, как “радуется” новоиспеченный дедуля незапланированному знакомству с внуком.

— Буду через полчаса, — заверил я, вскакивая и накидывая на плечи пиджак.

У дома отца я оказался даже быстрее, нарушив все возможные правила дорожного движения и наверняка отхватив несколько штрафов.

Дверь мне открыл наш юрист. Я сдержанно поздоровался с мужчиной и прошел в гостиную, где, свернувшись в кресле жалким калачиком, всхлипывала Надя. Едва скользнув по ней взглядом, я направился к сыну, сладко посапывавшему на руках у дородной горничной.

— Богатырь растет! Только заснул малец, — улыбаясь ребенку, сообщила она. — Пришлось водителя посылать за смесью. Мать кормить отказалась.

Я кивнул женщине с благодарностью и направился к отцу, подозревая, что разговор предстоит не из легких.

Тот сидел за своим любимым столом, небрежно закинув ногу на ногу и беседуя с юристом. Не дожидаясь приглашения, я тяжело опустился в кресло напротив и посмотрел отцу в глаза. Он показательно игнорировал мое присутствие, продолжая беседу.

Так мы и сидели втроем, делая вид, что все хорошо. Только юрист заметно нервничал, не понимая, как себя вести в сложной ситуации.

Поняв, что я тоже умею играть в эту игру, отец, наконец, перевел на меня взгляд и, сохраняя спокойно пренебрежительный тон, осведомился.

— Ты в курсе, что твоя женщина пыталась меня шантажировать внуком?

— Сомневаюсь, что она понимала, какую совершает ошибку, — с усмешкой парировал я.

— Мне больно видеть, что из тебя получился тюфяк, Виктор! — набирая обороты, прорычал отец. — Чего ждать от деловых партнеров, если какая-то глупая девка из тебя веревки вьет?!

— Ближе к делу, — прервал я его. — Что ей было нужно?

— Деньги. Что же еще?! — со злостью выдал он.

Я удивленно приподнял бровь. Может, Надя и не барствовала в моем доме, но определенно ни в чем не нуждалась. Между нами повисла пауза. Прервал ее юрист.

— Мы с вашим отцом, Виктор, составили документы, позволяющие защитить в будущем права ребенка. Девушка подписала. Нужна еще ваша подпись.

Он протянул мне увесистую стопку бумаг, и я погрузился в их изучение, мрачнее с каждой минутой все сильней.

Глава 29

Настя

— Какую работу? — стараясь не радоваться раньше времени, встрепенулась я.

Сидеть на шее Михаила Семеновича мне категорически не нравилось. Да и что скрывать, его отношение к нам с дочерью все больше напоминало собственническое. Я была ему благодарна всей душой, но потакать такому положению вещей не собиралась.

— Ты Катьку Селиванову помнишь? Рыженькая такая, бойкая. Моя одноклассница.

Сколько ни силилась, одноклассницу Светы вспомнить не могла и лишь отрицательно покачала головой, ожидая дальнейших объяснений.

— Она в доме живет, где окна с резными наличниками, — не унималась девушка.

Красивые наличники я помнила. Сколько раз гуляла с коляской по единственной в деревне улице и засматривалась.

— Вот! — обрадовалась Света, словно воспоминание о доме означало почти родство. — Она в клининге работает. Дома богатеев убирает. К ним тут крупный заказ поступил. Еще рабочие руки нужны. Срочно. Пара дней в неделю. Без оформления. Деньги сразу дают. Ну она мне и позвонила, а я о тебе вспомнила. Там все по-честному, ты не думай. Если понравишься, они тебя в штат возьмут.

— Куда же я с Танюшей?! — растерялась я.

Идея мне понравилась. Даже очень. Уж больно деньги были нужны. Но оставить дочь не с кем. Не просить же Михаила Семеновича. У него свой бизнес.

—А, — хитро подмигнула мне Света. — Я и об этом подумала. Тетя Зина посидит, мать Катькина. Она детей страсть как любит. Все уши подруге прожужжала, что внуков хочет.

Оставлять дочку с незнакомым человеком было боязно, и я пообещала дать ответ после личного знакомства с Катей и тетей Зиной.

Не успела я толком поблагодарить приятельницу, как в дверь заглянул Михаил Семенович.

— Вы долго еще? Ехать бы пора! — недовольно пробурчал он.

— Отпущу сейчас, — весело заверила Света.

Чмокнула в лобик Танюшу и забила в мой телефон номер Кати.

— Не стесняйся, прямо сегодня и позвони. Она мировая девчонка. Вы обязательно подружитесь.

Почти весь обратный путь мы проделали в тишине. Таня задремала у меня на руках и спокойно посапывала. Тата сосредоточенно смотрел на дорогу. А я прикидывала, как бы начать неприятный разговор.

— Михаил Семенович, — наконец, решилась я.

Мужчина дернулся, уловив что-то в интонации, и сильнее сжал руль. А я резко замолчала.

— Говори, коль уж начала. Семью вспомнила?

— Нет, — тихо призналась я. — На работу хочу выйти. Хотя бы попробовать.

Тата молчал. Я ждала, что он будет ругаться или даже кричать, но он вдруг признался устало:

— Думаешь, я не вижу, что все деспотом меня считают. Самодуром. Переживаю я за тебя с Танюшей. А за Алинку мою как переживал. Гулять сбежит, а я ночами не спал, у дверей караулил. Ухажеров ее поленом обхаживал. Все равно не уберег.

Он тяжело вздохнул. Я не знала, что сказать. Разве можно от жизни уберечь?! Она по-любому настигнет и еще сильнее затянет.

— Иди, коли хочешь. Но если что случится, сразу мне звони. Все поняла?! — сурово сдвинув брови, заявил он.

Я радостно кивнула и аккуратно его обняла, стараясь не отвлекать от дороги.

— Дела у