поджала губы. – Понимаете, Дмитрий Иннокентьевич, ничего личного, я так-то вас очень уважаю, но мне вот вообще всё равно на теорию магии. Сдать экзамен и забыть, как страшный сон, понимаете?

- И зачем тогда курс училища, отчего не просто платный курс для справки? – не слезал с Амалии Дмитрий Иннокентьевич. – Вы могли не занимать это место. Знаете, какой у нас конкурс был прошлым летом при поступлении? – и поскольку Амалия помотала головой, то он продолжил: - Пять человек на место, и вместо вас взяли бы кого-то, кому это было бы нужно.

- Ну так не я же решала, а родители, - пожала плечами Волчек. – А им не докажешь ничего, ни что мир уже не такой, как в их молодости, ни что нужно не лавки в училище просиживать, а деньги зарабатывать и успевать жить, пока молодой.

- И как же, позвольте узнать, вы зарабатываете деньги? – не сдавался препод.

- Я модель, - важно сказала Амалия.

- Онлифанс что ли? – хрюкнул сзади Гришка. – Показываешь в закрытом чатике свои лучшие части? А нам покажешь?

Что-то добавил Горин, и даже вечно сонный Тим Козулин проснулся и заржал.

- Рыков, засунь свой поганый язык в жопу, и друзей своих туда же забери, - надо отдать Амалии должное, она не дрогнула. – Я работаю на показах местных дизайнеров. Закончу всю эту вашу бодягу и поеду в столицу, а то и в Европу. И думаю, мне платят побольше, чем преподавателям в нашем прекрасном училище, - поджала она губы.

- Хочешь сказать, всю красоту за свои деньги наводишь? – хмыкнула Кира.

Ну да, она в теме, сколько стоит салонный уход за кожей и волосами, косметические процедуры и улучшайзинг вроде наколотых губ. Амалия вся ухоженная, от кончиков волос до кончиков ногтей, и явно немало в это вкладывает.

- Конечно. Моя внешность – мой капитал, и я должна о ней заботиться. Мои родители понятия не имеют, сколько всё это стоит. Они работают там себе как-то, и ладно, и живут тоже как-то. А я хочу жить нормально, не так, как они.

Вита задумалась – что она вообще знает о родителях Волчек. Вроде отец профессор в университете, а мама работает в Академии наук. И что, Амалии не хватает их доходов?

- И что же, Амалия, вы всю жизнь будете зарабатывать деньги внешностью? – поинтересовался Дмитрий Иннокентьевич.

- Почему? Замуж выйду, пускай муж зарабатывает потом. А я просто буду красивой. Но не здесь же у нас мужа искать? Нужно ехать туда, где у людей больше возможностей, и доходы соответственно тоже больше. И я сейчас готовлю себе старт там. А вы со своими антимагическими заклинаниями, да кому они нужны в наше время! Это же всё – какая-то древность, и то, что вы рассказывали, и то, что Петровская потом говорила, за что вы её хвалили. Петровская, по ходу, сама ничего не зарабатывает, поэтому пусть хотя бы на парах отвечает, чтобы нас всех не трогали!

У Виты чуть челюсть не упала от такой оценки её деятельности. Вот, значит, для чего она нужна тут, оказывается. И конечно же, раз в прошлый заход у неё не было книги и она по ней не подготовилась, то и дискуссии этой на паре тоже не было. И Волчек не высказывалась о работе и о смысле учёбы и жизни в целом.

Пока же Амалии поддакивала Шустова, которая с первого курса официанткой работает, что-то трепал Горин – ну да, он, вроде, иногда где-то работает с настройкой света и звука. Молчал Гришка Рыков, а ему, как понимала Вита, было, что сказать. Молчала Дарина, о таком, чем она занимается, в аудитории не говорят. Кира только похмыкала, она о важном не болтает никогда. Инга тоже, а она время от времени ставит каким-то клиентам уколы, снимает магически приступы мигрени и ещё что-то такое делает. И её папа Анатолий Савельевич ей едва ли не сам каких-то клиентов сватает. Она ещё на первом курсе на базовой медицинской подготовке сразу сказала, что уколы ставит с двенадцати лет, и пусть ей дадут шприц и иглу, она покажет. Её даже какое-то время потом звали Иглой, ей нравилось. Инга-Игла. Но сейчас Инга молчит.

Впрочем, Амалия тоже молчала до поры до времени, её только сегодня прорвало. Всё достало? Почуяла близкий финал?

- Но тем не менее, Амалия, раз вы тут у нас сейчас есть и планируете получать диплом, вам придётся подготовиться к итоговому экзамену. А наш сегодняшний вопрос в программе экзамена есть. И что бы вы нам ни говорили, я подозреваю, что от диплома вы не откажетесь, так ведь? – Дмитрий Иннокентьевич смотрел на Амалию с усмешкой.

- Что я, зря тут время тратила, что ли? Конечно, не откажусь, - кажется, Амалию возмутило подобное предположение.

- Значит, идите и учите, - сказал преподаватель разом со звоном часов, оповещающем о конце пары.

* * *

После финальной физкультуры снова не хотелось ничего, только лечь и ноги вытянуть. Но на следующий день – общая история, по ней зачёт, не экзамен, но этот зачёт с оценкой, так что надо готовиться. Поэтому Вита написала Егору, что пошла в библиотеку.

Вообще она, конечно, подготовила тему в прошлый раз. Но если она не пойдёт учить, это всех удивит. И вдруг получится поговорить с бабой Дусей?

Баба Дуся кивнула Вите и продолжила распекать второкурсников-некромантов, Пашку и Савелия.

- Мне, знаете ли, дела нет до того, где вы были и что вы делали, и отчего не приготовились. Немедленно возвращайте книгу, или я вам до самого до выпуска и листочка малого больше вынести отсюда не позволю, поняли?

- Да, Евдокия Трофимовна, конечно, Евдокия Трофимовна. Но у нас общая теория вот прям завтра с утра, нас Дмитрий Иннокентьевич за уши возьмёт и к потолку подвесит, - горестно вздыхал белобрысый мелкий Пашка.

А Савелий, высокий и худой, то и дело красил волосы в разные цвета. Но видимо красил как-то не так, и из-под краски то и дело проглядывал родной