Она не могла похвастаться хорошо развитым чутьём – у той же Инги или у Ольги чутьё сформировалось на порядок лучше. Зато она обычно могла разложить всё по полочкам, докопаться до сути и всем всё объяснить. Ау, логика, ты где? Помогай, да?

Но память, знай, подсовывала хорошие моменты.

Прошлая весна, у обеих групп общая лекция – спецкурс по основам магического права в большой лекционной аудитории второго этажа. Он опоздал, и сел рядом с ней на первом ряду. А она вела себя, как обычно, то есть спрашивала обо всём и едва ли не беседовала с преподом, а это был приезжий препод, своего такого у них нет. И спецкурс тот был единым блоком на неделю, и в конце той недели прямо сразу и зачёт ему сдавали. А Вита как услышала про зачёт, так сразу преподу на хвост и села, чтобы говорил чётко, ясно, по делу и то самое, что потом будет спрашивать. Это своих они уже знают хорошо, а чужих сразу строить надо, так она на переменке сказала Инге с Ольгой.

А Егор слушал-слушал, а когда все три пары закончились, сказал:

- А ты крутая, оказывается.

- Мне нужно, чтобы моя группа сдала этому перцу с первого раза и вся. А то уедет и ищи потом ветра в поле, - пожала плечами Вита.

И что же, в итоге оказалось, что группа Виты в самом деле сдала вся и сразу, конечно, и с тройками, и с дополнительными вопросами, но сдали же. А в группе Егора не сдали трое, и потом была какая-то отдельная морока с тем, чтобы им изловить препода и получить этот зачёт. Получили только в нынешнем году, когда уже другой препод приезжал прочесть тот же спецкурс нынешним третьекурсникам. А тогда…

Вита устала, пока всем всё объяснила, всех затолкала в аудиторию, где принимали тот зачёт, и всех дождалась, и потом ещё нос сунула в ведомость и в зачётки – всем ли поставили, а то уже бывало всякое. Вообще такое деканат должен проверять, но Лилия Семёновна, тамошняя сотрудница, обычно докапывалась до студентов, чтобы сами контролировали. Вита с первого курса привыкла контролировать.

А Егор, очевидно, не привык. Они столкнулись как раз возле деканата – Вита убедилась, что все зачётки принесли и ведомость в порядке, и вышла, и увидела его.

- Ну что, твои все сдали? – спросила.

- Нет, трое остались.

- А мои все.

- Даже Рыков с Гориным?

- Даже Рыков с Гориным. И Мирская, и Шустова.

- Как тебе удалось?

- Да вот удалось, - если честно, Вита устала не передать как, и уже очень хотела пойти уже домой, поесть и выдохнуть.

- Правда крутая. А я думал, тебе за красивые глаза пятёрки ставят.

Ну вот ещё, нашёлся тут.

- А тебе за что? За модную стрижку? Или за то, что папа спонсор? – она тоже может не щадить, особенно если устала.

- Да ладно, прости. Наверное, я и вправду где-то не допинал до конца. Слушай, пошли поедим? Большая перемена была как-то давно. А я знаю тут поблизости одно место, там сытно и вкусно.

Вита хотела послать его со всеми его выкрутасами и предложениями подальше, но… почему-то не стала.

- И что же, ты готов пойти в то место с заучкой, которая ходит только в библиотеку, на конференции и на пары?

Она и впрямь такое о себе слышала.

- Я хочу пойти с девушкой, которая не только красивая, но ещё и умная. Просто красивых, поверь, хватает.

Ну да, ну да, он вроде с Амалией встречался где-то на первом курсе, а потом ещё с Ксюшей из своей группы.

- Да у нас хватает умных так-то.

- А рыжих больше нет. Ни одной, - и улыбается. – Скажи, ты тему курсового проекта уже выбрала?

- Конечно, давно.

- Менталка или стихии?

- Менталка.

- О, я тоже. Ты у Анатольича?

- Конечно.

Анатольич как раз пришёл к ним работать зимой, когда внезапно уволилась и уехала Ольга Фёдоровна, предыдущий препод по менталке и тоже их куратор.

- И кстати, как он вам? Лучше Фёдоровны?

- Мне кажется, да.

В общем, у них внезапно нашлось, о чём говорить. И в тот день, и ещё на следующий, и снова, и снова. А потом они как-то вышли после пар из училища, чтобы пойти поесть, а на улице такая метель, что другой стороны и не видно, ну да в марте такое случается. Дверь открыли, а им в лицо как прилетит порыв ветра со снегом! И Егор тут же повернул её спиной к ветру, и они посмотрели друг на друга – все в снегу, и он тает, и у него на реснице снежинка…

- У тебя на губе снежинка, - прошептал он и коснулся своими губами того места.

- А у тебя на реснице, - не осталась в долгу Вита.

- А у тебя…

Как-то так вышло, что они взялись за руки и побежали прямо в этот снег, и Вита поскользнулась и упала, Егор поднял, но тут уже оба не удержались и завалились в успевший нападать сугроб, и пока поднялись, все промокли. А потом ещё побросались друг в друга снежками, побегали по небольшому скверику напротив Сибирско-Азиатского банка и упали на скамейку, смахнув с неё перед тем остатки снега. И так это оказалось здорово, что…

Если бы в тот день ему не идти на тренировку, наверное, гуляли бы дотемна. А так пришлось расстаться, но на следующий день встретиться и пойти – снова и снова. Потом ещё и домашки вместе делали, и к экзаменам готовились, и к защите проектов. И на практику попросились вместе, а практика у менталистов-отличников была вот прямо в магической управе – смотрели, чем там люди заняты, какие вопросы решают, какие документы там ходят, какие сотрудники нужны. Практика до обеда, а после обеда – весь город всё равно что для них одних. И они гуляли до ночи, прошли пешком, наверное, во всех возможных направлениях. Тем более, что Инга с семьёй уехала на море, Ольга – в Петербург, а Кира – домой.

Татьяна уехала на гастроли, и Вита на две недели осталась,