недоразумению называешь едой. Устрой им там такую химическую и биологическую катастрофу, чтобы весь технический персонал и охрана нижних уровней бежали к эвакуационным шлюзам с криками о помощи, даже не успевая натянуть штаны.

— Jawohl, герр коммандер! — Гюнтер гордо выпрямился, громко лязгнув гусеницами и шарнирами. — Мой фирменный особый суп из ржавых гаек, машинного масла и просроченного пайка из синтезатора ещё никого в этой галактике не оставлял равнодушным! Это будет великолепный… кулинарный блицкриг! Во имя порядка и чистых тарелок!

Я едва заметно кивнул и повернулся к здоровяку.

— Группа «Гром» — это мы с тобой, Морж. Мы идём в самую наглую лобовую атаку. Высаживаемся прямо перед главными воротами тюремного блока. Наша цель — привлечь к себе абсолютно всё внимание имперского спецназа. Ты должен быть громким, разрушительным и непробиваемым парнем в этом секторе. Будешь ломать всё, что видишь. Криптик пойдёт со мной, он будет работать живым радаром и предупреждать о засадах. Мы станем их главной и единственной проблемой, пока остальные делают свою работу.

Морж, прибывший к нам на «Странник» по первому моему запросу (должен признать, что я был удивлён, но бандит всё же сдержал слово, видимо, месть имперцам была для него подобна подарку на День рождения, от которого он не мог отказаться), широко осклабился, показав свои мощные, чуть желтоватые зубы. Он с силой ударил металлическим кулаком о раскрытую ладонь.

— Сделаем всё в лучшем виде, командир. Я давно мечтал проверить, насколько хорошо их хвалёная имперская броня гнётся и ломается под моими ударами. Разнесём там всё в щепки!

— И наконец, группа «Тень», — я перевёл серьёзный взгляд на Каэлена и Киру. — Пока мы с Моржём будем радостно изображать из себя ходячие мишени и собирать на себя весь огонь, вы вдвоём аккуратно проскользнёте в ту самую скрытую вентиляцию, которую только что нашёл Криптик. Собственно, для вас мы и нашли код, который поможет проникнуть в «Пантеон». Ваша главная цель — обойти охрану, найти тюремный блок и вытащить оттуда Ани. Поняли? Только Ани. Забираете её и сразу уходите обратно. Мы прикроем ваш отход любой ценой.

Кира решительно кивнула. Каэлен лишь молча дёрнул щекой, подтверждая приказ.

«Анализ показывает, что вероятность успеха этой сумбурной операции крайне мала. Я бы даже сказала, ничтожна», — внезапно подал голос искусственный интеллект нашего корабля.

Женский голос «Странника» прозвучал обиженно и даже немного ревниво, словно я забыл позвать её на важное свидание, а пошёл гулять с другими. Корабль всё ещё ревновал меня к Ани, даже несмотря на то, что я пробудил в нём то древнее и могущественное существо, коим он и являлся.

— Сухие цифры — это для трусливых бухгалтеров в кабинетах, — жёстко отрезал я, глядя прямо в потолок мостика. — А мы здесь находимся именно для того, чтобы делать невозможное. Ты со мной, партнёр?

Корабль ответил тихим, согласным гудением.

Я отвернулся от команды и подошёл к большому панорамному окну. Там, впереди, среди пугающего холодного сияния далёких звёзд, была наша цель. Снаружи она казалась мёртвой и тихой, но я прекрасно знал, что внутри неё прямо сейчас сидят тысячи натренированных солдат, послушных псов Империи, готовых убивать по первому же приказу.

Моя биомеханическая рука начала мелко, противно дрожать. Я сжал её в кулак. Это было мрачное предвкушение битвы.

Сейчас я был не беглым клоном, а командиром этого корабля. И от моих решений зависело абсолютно всё: выживем ли мы, и спасём ли ту, ради которой я готов был пойти против Империи.

Я глубоко вдохнул прохладный воздух, наполняя лёгкие, и резко обернулся к своей семье.

— По местам! — скомандовал я, и мой твёрдый голос гулко разнёсся по всем отсекам и коридорам живого корабля. — Мы идём за Ани. И если ради того, чтобы вытащить её оттуда, нам придётся разобрать эту имперскую консервную банку на мелкие запчасти и лично скормить их начальнику тюрьмы — мы это сделаем, не раздумывая ни секунды.

Каэлен молча натянул на голову чёрный кибершлем. Его голос прозвучал из-под бронированной маски глухо, но с явной усмешкой:

— Отличный день для того, чтобы рискнуть всем, что у нас есть.

«Рассветный Странник» содрогнулся всем своим огромным, хитиновым телом. Пространство прямо перед нашими обзорными экранами начало стремительно искажаться, растягиваться и скручиваться, превращаясь в сияющий фиолетовый тоннель гиперпрыжка.

Мы рванули вперёд.

Корабль с яростным, почти животным рёвом вышел из гиперпространства прямо под носом у главных орбитальных защитных платформ тюрьмы. Вокруг нас в ту же секунду начали ярко расцветать ослепительные вспышки плазменных взрывов, а от тёмных бортов Левиафана с оглушительным грохотом отделились первые обманные десантные капсулы.

Сегодня мы либо вернёмся отсюда героями, либо превратимся в очень дорогой, но никому не нужный космический мусор.

* * *

Я изо всех сил вцепился в поручни. Мой личный гроб из композитной брони кувыркался в верхних слоях атмосферы, и, честно говоря, я уже начал всерьёз сомневаться, что это была хорошая идея. Трясло так, что зубы стучали друг о друга, а в ушах стоял сплошной гул от трения обшивки о воздух. Снаружи ревел перегретый газ, а датчики на моём визоре просто сходили с ума от обилия красных отметок.

— Держись, Влад, — прошептал я сам себе, стараясь унять дрожь в коленях. — Ты обещал ей.

Имперцы не жалели зарядов. Небо над «Пантеоном» превратилось в сплошную сетку из зенитных трассеров и вспышек плазмы. «Рассветный Странник» остался где-то там, наверху, в относительной безопасности космоса. Я знал, что сейчас он отплёвывается огнём от роя истребителей и отчаянно маневрирует, чтобы не попасть под главный калибр орбитальных станций. Мы же падали прямо в самое пекло, в гущу вражеской обороны.

— Эй, командир, ты там ещё не превратился в паштет? — раздался в наушнике хриплый и подозрительно радостный голос Моржа. — Моя малышка почуяла землю! Сейчас будет настоящий бум, вот увидишь!

— Постарайся не разбить планету раньше времени, Морж, — прохрипел я в ответ, с трудом ворочая языком. — Она нам ещё пригодится для посадки.

— Ха! Я постараюсь, но ничего не обещаю! — хохотнул наёмник. — Приготовься, через пять секунд входим в плотные слои!

Перегрузка навалилась на грудь тяжёлой плитой, мешая дышать и заставляя темнеть в глазах. Я закрыл веки и на мгновение представил лицо Ани. Её улыбку, её глаза. Только это и помогало мне не отключиться и не впасть в панику. Я должен был