кого-то по стене и спровоцирует бойню. Или просто припечатает словом так, что ему захотят выстрелить в спину.

Гамлету? Кобольд-философ-самурай. Попробуйте объяснить такому, почему орчанка плачет из-за того, что её дети не могут найти друзей среди цвергов. Серьёзно. Попытайтесь. Даже я не могу предположить, что он такое ответит.

Всё это подводило к очень простой мысли. Городу нужна единая гражданская власть. И точно не по расовому признаку, потому что ставить каждой расе своего представителя — значит закрепить то самое разделение, от которого я пытаюсь избавиться.

Нужна иная схема распределения полномочий и власти. Например, функциональная. Жильё — один ответственный. Снабжение — другой. Порядок — третий. А над всеми — координатор, который видит картину целиком.

Где взять последнего? Ответа у меня пока не было. И это напрягало куда сильнее, чем всё остальное.

Я посмотрел на Тррока, который с громоподобным кряхтением забирался обратно в свой гусеничный монстр. Что ж. Придётся импровизировать. И действовать по ситуации.

Тролль наконец забрался на своё место и что-то пророкотав, принялся разворачивать свою машину, беспощадно сминая остатки асфальта. Весьма быстро, надо сказать — спустя пару минут мы все вместе мчали в сторону Ярославля.

Глава XI

Ярославль остался позади часа полтора назад. Наш борт набрал высоту и лёг на курс.

Изначально я собирался в Мурманск. К Хоргу, Обсерватуму, к делам, которые не терпят отлагательства. Но когда мы уже были около взлётного поля, на связь вышел Йорик. Настоявший на изменении маршрута полёта — мол, у кобольдов уже готовы полноценные образцы, которые нужно испытать.

Потому сейчас я пялился в тёмный иллюминатор, а наш борт мчал к Царьграду.

Честно говоря, мне и туда не слишком-то хотелось. Вот чего я на самом деле желал рвануть куда глаза глядят. Без плана с повесткой и пачки входящих на планшете. Даргская натура требовала движения, новых мест, чего-то неизведанного. Ей казалось, что я сам запираю себя в клетке. Отсекаю забором от всего интересного снаружи.

Только вот забор — это в данном случае вовсе не деревянные доски. Это разумные. Кобольды, гоблины, цверги, дарги, орчанки и эльфы, которые зависят от того, встану ли я утром с правильной ноги. Распусти я всех завтра и объяви отпуск на неопределённый срок — через неделю Тррок отправится в обратную эмиграцию, Гоша развяжет войну, а Сорк подведёт юридическое обоснование под захват Армении. Либо поедет искать сардельки на складах Константинополя. Что будет с участниками реалити-шоу я даже загадывать не хочу.

Жаль. Я надеялся, что затея с передовой группой сработает. По сути, так оно и случилось — я был максимально эффективен на переднем краю. Только вот с одним «но» — мне всё равно придётся постоянно оставаться на связи. И регулярно посещать каждый из своих «городов». Особенно, если говорить про общину под Мурманском.

Салон погрузился в темноту. Светились только полоски на потолке и у пола. Которые давали ровно столько света, чтобы не наступить на кого-нибудь по дороге в туалет.

Гоша дрых в ряду справа, скрючившись едва различимым клубком. Что-то бормотал во сне, вроде как о премиях. Сорк развалился в кресле позади него. С пачкой бумаг, которую не выпустил из рук, даже отключившись.

Дальше по салону — Пикс с планшетом в обнимку. Айша и Тогра развалились в крайнем ряду, заняв по два кресла каждая.

Вырубились все до единого. Кроме одного человека. Арины, которая сидела рядом. Она вроде бы тоже спала, но вот сейчас чуть повернула голову и посмотрела прямо на меня.

— Не спится? — спросил я тихо.

Она повернула голову. Блеснула глазами. И соскользнула вниз.

Вот чего я не ожидал — так это того, что два центнера даргской массы можно парализовать одним движением. Без всякой магии и артефактов. Просто — пальцы расстёгивают ремень, а через секунду ты уже охреневаешь от наслаждения.

В какой-то момент она вдруг прекратила. Выскользнула из-под моих пальцев, которые оказывается машинально обхватили её голову. И ловко поднялась на мои колени, стягивая штаны уже с себя.

Было ли это опасно? О, да. Заводило ли это дополнительно? Ещё как. Она аж в плечо мне зубами вцепилась. Прям в полную силу. Даже печать регенерации чуть засветилась.

Зато после того, как мы закончили, никакого хаоса мыслей в моей голове больше не было. Только приятная тишина.

Арина, которая устроилась на соседнем сиденье подняла голову. Убрала прядь с лица. Посмотрела на погнутый подлокотник, который послужил мне опорой.

— Зачёт, — прошептала она. — Минус одно кресло. Плюс бесконечность к вайбу.

Спустя пару минут она уже засопела, устроившись в своём кресле и положив на меня руку. А чуть позже отключился и я. Правда вместо сна провалился в пространство медальона, где меня ждал изрядно раздосадованный Варнес. Как я недавно выяснил, наставник мог наблюдать за происходящим вокруг. Так что с тех пор я его частенько «блокировал». Чаще всего во время какой-то личной беседы. Но потом нередко забывал вернуть в исходное состояние, из-за чего тот мог долго оставаться заглушенным.

Минут двадцать он объяснял мне всю полноту жестокости подобного метода. После чего мы всё же приступили к обсуждению печатей и тренировкам.

— Снижаемся, — голос пилота вытащил меня из погружения. — Константинополь. Посадка через двадцать минут.

Салон зашевелился. Гоша подскочил первым — с таким лицом, будто его разбудили посреди сна, где он завоёвывал небольшое королевство.

— Чё? — он потянул за козырёк фуражки и заозирался. — Шеф, мы ж в Мурманск летели. Или уже не?

— Планы поменялись, — я потянулся, стараясь не обращать внимания на подлокотник. — Сначала Царьград.

— А-а, — Гоша широко зевнул. — Ну и правильно. У нас так-то сардельки тоже хоть куда.

Арина тоже проснулась. Секунду назад ещё спала, а сейчас уже сидит с ровной спиной и проверяет телефон.

Вот и знакомый пейзаж. Тот же терминал и коридор для «биологических объектов с повышенным магическим фоном» — отдельный рукав, бетонные стены, царапины на полу от когтей и копыт.

Кью нервничала, как и в прошлый раз. Фыркала, водила ушами, косилась красным глазом на рамки сканеров. Я держал её под уздцы, похлопывая по шее.

Сорк не удержался — снова развернул баталию с ветеринаром таможни. В этот раз на тему компенсации морального ущерба животным. Вон прямо сейчас грозил какими-то защитниками прав животных. Мол, он получит от них грант и всех засудит. И аэропорт себе заберёт. Помните я совсем недавно думал о