— На вопросы ответить не смогу. Единственное уточню, что Князь уже в курсе или скоро будет, что вы живы. Мы решили не держать его в неведении. Такая неизвестность портит аппетит и плохо сказывается на нервной системе.

Подорожников сделал ещё несколько пасов руками, проверяя тело пациента. Затем проверил капельницу, покачал головой своим мыслям. Добавил ещё один шприц.

— Здесь все свои и им можно доверять, в отличие от некоторых больниц, — сказал наконец юный лекарь. — Надеюсь, в ответ вы не станете вредить нам. Тем более это единственное наследство от моих родителей. — Он вздохнул. — Простите, лишнее болтаю. Попробуйте поспать, позже проверю вас.

Видимо Подорожников добавил в систему снотворное, потому что буквально через пять минут Кирилл против своей воли уснул.

Проснувшись, он застал у своей кровати человека, на которого уже давно было тяжело смотреть. Но не смотреть он не мог: слишком многое он для Привалова сделал за последние дни.

К тому же, он слышал, что Шторм — тоже бог.

Сергей усмехнулся своей типичной с недавних пор ухмылкой.

— Да, мы с тобой не только коллеги по статусу, но и коллеги по энергии. И именно поэтому ты ещё жив.

Кирилл непонимающе поднял брови.

— Почему я не дал тебе просто умереть? — спросил Шторм, и Кирилл закивал. — Потому что перерождение требует времени и сил. Это во-первых. Во-вторых, если умрёт сын Князя, причём одного из самых сильных, причём главный наследник — сильно это поможет нам в борьбе с демонами?

Кирилл покачал головой.

— Вот именно. К тому же есть в-третьих: мне всё ещё нужен ты, чтобы закрыть разрыв. И надавать Атерону по заднице.

Привалов критично скосил глаза на своё тело, показывая, что он не в лучшей форме.

— Не прибедняйся. Ещё денёк другой и будешь бегать. В основном от демонов, а не к ним, но это только начало. — Шторм похлопал Кирилла по ноге под одеялом. — К тому же, когда ты сможешь подняться с постели, мы тебе поможем стать сильнее. А пока отдыхай. Мы проиграли бой, но война ещё толком не началась. Не время расслабляться.

А затем, махнув рукой, Шторм вышел из комнаты, оставив Кирилла наедине со своими мыслями. Ему было о чём подумать. И чего опасаться: ведь когда предлагают силу, всегда что-то просят взамен.

Однажды Огненный паук попал в чужую сеть, но не намерен повторять свою ошибку.

* * *

Анна с трудом держала себя в руках. Их план — её план! — развалился под ударами демонов, как фарфоровая чашка в руках обезьяны, которая пытается ею расколотить кокос.

В итоге разрыв между реальностями только растёт, демоны закрепились и легко отгоняют силы людей, лучшие наёмные отряды Гончих уничтожены, а два молодых бога, которые могли взять на себя удар — исчезли и перестали выходить на связь.

Анна ощущала, как Богиня Жизни, что эти двое ещё живы, но не могла их отыскать — это всегда было работой Смерти. Но сейчас он, впившись в дубовую столешницу, казалось, выживал из неё сок голыми руками.

Все силы старого Бога уходили на то, чтобы удержаться в этой реальности. Стоит ему умереть и он навсегда затеряется в многомерно вселенной. Но ни он, ни Анна не готовы были терять друг друга.

Почему же тогда он боролся за жизнь, если всю грязную работу делали за них Шторм и Привалов? Потому что в их мире появилась сила, соизмеримая с силой смерти. Тот, кто мог занять место на вершине благодаря Дару и собственным талантам.

И он уже начал убивать, высасывать чужие силы. Он почти сожрал Привалова, который несмотря на все таланты оказался не чета древнему демону и старому врагу Богов.

Атерон почти победил в прошлый раз и тогда на помощь пришли восставшие люди. Теперь люди сами защищаются, а боги трясутся в страхе в ожидании предсказуемого конца.

И только странные всполохи судьбы в лице Шторма заставляют жмуриться, но уже не от страха, а от удивления.

* * *

Интересно, что будет, если сделать рыболовный крючок с рунами «еда» и «сон»? Сможет ли он приманить, а затем усыпить рыбу? Или лучше нанести вязь? Хотя вязь лучше работает в сухой среде, а под водой может придётся оперировать только кристаллическими носителями?

Представил крючок, похожий на ювелирное украшение и усмехнулся.

А вообще, почему никто раньше не задумался над тем, чтобы оптимизировать рыбалку? Это же какие перспективы открывает! Особенно для тех, кто ездит на рыбалку культурно отдыхать, а не рыбачить.

Только вот ловить в этом пруду нечего. Пока что. Только осколки обсидиана, который лень вычистить до сих пор.

— Сергей, минутка есть? — прервал мои размышления Подорожников.

Он тихо прошёл по коридору и прислонился к стене недалеко от входа.

— Нужно обсудить пациентов.

Сейчас он выглядел юным, но врачом, на плечах которого здоровье не просто пациентов, а очень важных пациентов. В принципе, так оно и было.

Сейчас же мы стояли друг напротив друга и делали вид, что ничего сверх необычного не происходило. А вот атака демонов, ранения и попытки залечить раны на бегу — это действительно наша обычная рутина.

— Как там Ангелина? — спросил я.

— Самый спокойный пациент. — Подорожников звучал недовольным. — Всё время спит, а когда просыпается — с трудом узнаёт нас, мучается болью в голове, а затем беспокойно засыпает. Уже сутки так.

— Ей перелопатили голову в поисках чего-то, что она видимо не знает, — защитил девушка.

Максим опустил плечи.

— Понимаю. Но моих знаний не хватает от слова совсем. Ты уверен, что нам не стоит обратиться за помощью.

Покачал в ответ головой:

— Я говорил и повторю: уверен, что в крупнейших больницах сейчас есть засланные шпионы. И они нанесут удар по нам моментально, как только узнают номер палаты.

— Похоже на паранойю.

— Но у неё есть обоснование.

Спорить со мной было сложно: мы все помнили, как обманывала нас и других Надежда Кайманова со своим Даром и кольцом-артефактом. А она затем рассказала, что таких людей, которые работают на демонов — вольно или невольно — предостаточно.

Так что нам нужна была своя база. А ехать ко мне домой — слишком очевидно. Там нас или уже ждут или скоро нагрянут. Главное, чтобы не нашли секретную дверь в подвал, а остальное отстроим.

В первый раз что ли?

К тому же там не вылечить такое количество раненных. А здесь — возможно.

На едва крутящихся колёсах мы смогли добраться до склада, который отец Подорожникова когда-то