улицу. Редкие прохожие не обращали на неё внимания. Гроза прошла, город окутало туманом и запахом сырой земли, под ногами хлюпали лужи, которые почти невозможно было обойти. Джейн хотелось оказаться подальше от центра Омахи: разноцветные шатры не поднимали настроение, а, напротив, портили его, напоминая о вчерашнем. Чем ближе к окраине она подходила, тем меньше местных жителей ей встречалось, чему она только радовалась. Прогулки в одиночестве всегда помогали хоть немного упорядочить сумбур в мыслях.

Но, как выяснилось, нашёлся человек, опередивший её.

– Доброе утро, мистер Оллгуд.

– Доброе, мисс Хантер, – инженер поклонился в ответ, элегантно взмахнув тростью.

Несмотря на безупречно вежливые жест и интонацию, было очевидно, что Оллгуд размышляет о чём-то своём и не настроен на беседу. Джейн зевнула, пытаясь замаскировать зевок ладонью. Она ощущала себя разбитой, в отличие от Уильяма, одетого с иголочки, бодрого и собранного. «Этот господин выглядит так, будто вставать в несусветную рань – для него самый естественный ход событий», – усмехнулась Джейн.

– Тоже решили подышать утренним воздухом, как я вижу? – Она попыталась скопировать небрежный светский тон.

– Осматриваю территорию.

После этих слов Джейн поняла, кого он ей сейчас напоминал: учёного, который готовится к очередному исследованию. И сразу же пробудилось любопытство.

– Зачем?

Скорее всего, Оллгуд предпочёл бы не отвлекаться на разговор, однако единственное, что выдало его недовольство, – чуть более плотно сжатая линия губ.

– Вы ведь в курсе, зачем я направлялся в Небраску. Хотя сейчас понимаю, что перевозить всю сумму – опрометчивое решение… Полагаю, вы, как и мисс Эймс, считаете, что разумнее было бы прибегнуть к услугам банка?

Она попробовала вызвать в памяти беседу в трактире Чатсворта, когда Маргарет расспрашивала инженера о его планах. «Бесполезно, совершенно не понимаю, о чём он говорит…» – призналась себе Джейн. Ей не хотелось выглядеть невеждой в глазах Оллгуда, и тем не менее она предпочла не кривить душой.

– Мне не доводилось иметь дела с банками, да и о цели вашей поездки мне ничего неизвестно. Вы обсуждали это с мисс Эймс, а я многое упустила.

Джейн ожидала, что он снисходительно фыркнет и ответит что-нибудь вежливое, но очевидно намекающее на её бестолковость. Вместо этого Уильям улыбнулся, слегка пожав плечами.

– Приношу мои извинения: я всё время забываю, что строительство железных дорог – тема, смертельно скучная для юных леди. Кажется, мисс Эймс – единственная девушка, которую заинтересовали мои разработки.

Поддавшись внезапному желанию оспорить его утверждение, Джейн заявила:

– Вовсе нет! То, что я не разбираюсь ни в банках, ни в железных дорогах, не значит, что мне не хочется узнать новое.

– Вот увидите: стоит мне завести разговор – и через минуту, если не раньше, вы уже начнёте искать предлог, чтобы от меня отделаться.

– Давайте проверим! – предложила она.

Оллгуд помедлил, а потом поднял руку, обводя ею раскинувшиеся за пределами города просторы.

– Мы наблюдаем прекрасный вид, однако кое-чего здесь не хватает.

– Кажется, я поняла, – улыбнулась Джейн. – Не хватает рельсов и гудящего паровоза?

– Именно. Стоит отметить, что участок здесь непростой. Я не раз получал заказы и финансирование от правительства, сейчас же действую по личной инициативе. У меня есть заготовки чертежей, но, разумеется, все измерения необходимо проводить на месте. Увы, теперь перспектива у моего замысла плачевная, поскольку я планировал вложить в проект собственные накопления, а они… Кхм.

Тактично умолкнув, он опустил прекрасно известные Джейн детали.

– Впрочем, раз я здесь, то времени терять не собираюсь.

Оллгуд принялся детально объяснять свой план. Уследить за нитью повествования и правда оказалось непросто: слишком быстрая речь, слишком много незнакомых терминов. Пока он говорил, полностью захваченный идеей о новой железной дороге, со стороны города показалась Маргарет. Позже к ним присоединился и Куана. Никто ничем не дал понять, что тяготится из-за событий минувшей ночи, когда затея со спасением артистов обернулась горьким крахом, и всё же некоторая недосказанность витала в воздухе.

Джейн, поначалу слушавшая инженера со всем возможным вниманием, отвлеклась на свои мысли. «Мистер Оллгуд явно намерен остаться здесь… Возможно, мисс Эймс составит ему компанию или придумает себе новую миссию. А куда же направимся мы? Полнолуние вот-вот наступит, но получим ли мы ответы?..»

Пока она рассуждала про себя, объявились и Ривз с Джереми.

– Мисс Хантер, мы тут наконец-то наткнулись на господина Джо, владельца этого проклятого шоу… – сообщил Бейкер. – И он заявил, что должен поговорить лично с вами.

Она взглянула на мужчину, вышедшего из-за их спин, и окаменела.

Перед ней стоял отец.

– Здравствуй, Джейн.

* * *

Время застыло.

Джейн словно очутилась под невидимым куполом, который отсёк её и Джозефа от всего остального мира. Исчезли другие люди, исчезли краски и звуки. Всё размывалось и растворялось, и только лицо отца стояло перед глазами так отчётливо, что казалось даже слишком реальным.

«Как… Как?!» – в голове звенел один-единственный вопрос.

Непроизвольно приподняв руку, Джейн протянула её к отцу. Что делать дальше, она не знала. Коснуться? Отстраниться? Убедиться, что Джозеф – настоящий?

В последнем, впрочем, Джейн не сомневалась. Отец не мог быть плодом её воображения: она никогда бы не представила его в таком виде. В её воспоминаниях облик отца сохранился неизменным, а мужчина, которого она видела перед собой сейчас, выглядел совсем иначе. Джозеф осунулся и похудел; костюм, типичный для этой эпохи, смотрелся на нём инородно: Джейн привыкла к дублету и штанам другого кроя, а не к жилетке и пиджаку.

– Ну же, дорогая, даже не обнимешь меня после долгой разлуки?

Отличалась не только одежда. Черты лица заострились, стали жёстче, превращая лицо в хищную маску. Даже голос звучал грубее. Джейн одновременно узнавала и не узнавала Джозефа. Взгляд скользнул ниже: вместо правой ноги от колена теперь был деревянный протез. В памяти всплыла жуткая картина гибели отца: тело придавлено огромным валуном так, что видно лишь ступню и лодыжку… «Именно так ты и остался без ноги?» – Странный, абсурдный вопрос едва не слетел с губ вместо другого, гораздо более важного, потому что спросить о том, как отец выжил и попал сюда, Джейн страшилась. Даже не зная правды, она предчувствовала, что ответ не сулит ничего хорошего, поэтому молчала, так и не решившись озвучить ни один из вопросов.

– Да что с тобой, дочурка? Где твоя прыть?

Пока она пыталась вернуть дар речи, раздался чей-то удивлённый возглас. Джейн отметила это, не вслушиваясь и не задумываясь о том, насколько сильно удивились её спутники, услышав, что мужчина называет её дочерью. Чужая реакция – последнее, что заботило сейчас.

– Папа…

Даже такое простое слово далось ей с огромным