женюсь. Фигурка ничего такая и хозяйственная — вон как из пистолета стреляет. А значит, и посуду помыть сможет, и в доме прибраться. Ну, и от врагов отбиться, если такие появятся.

Так, что-то меня не туда занесло, но мысль интересная.

— Че вылупился, покойник? — выдала она, сразу разрушив всю интимность момента.

— Хотел замуж тебя позвать, но теперь передумал. Ты грубая и необразованная. — честно признался я.

— Это я-то грубая⁈ Да ты охренел, что ли⁈ Развяжи меня сейчас же, пока я на холодном стуле себе все не застудила!!!

— Вот расскажешь мне все, потом удовлетворишь в десятке поз и можешь быть свободна. Я сегодня очень жалостливый и любвеобильный. А твои розовые трусики наводят меня на романтический лад.

— Ты… ты… Да ты извращенец!!!

— Ага. Как стрелять в меня, так это нормально. А как трусики увидел — так сразу извращенец. Пасую перед твоей логикой. Так что это — жизнь или кошелек? А нет, не то. Рука и сердце? Не, я ж вроде жениться на тебе передумал. Слово и дело? Точно, ты давай, говори, а я делом займусь.

— Это каким же? — она сделала вид, что удивилась, между делом пытаясь потихоньку освободить руки. Актриса, я вам скажу, так себе. На троечку.

— Насиловать тебя буду. У меня стресс и стояк, а у тебя голая задница и смазливое личико. Звезды сошлись в нужном месте. Или не буду? — вдруг замер я. — Ты ж, наверное, сопротивляться не будешь, да еще и удовольствие получишь. Передумал. Не буду насиловать. И ты это, начинай уже говорить, а? У меня, кажется, жуткий отходняк начинается, несу сам не знаю что. Могу и прибить, решив, что ты галлюцинация или просто снишься мне.

— И что ты хочешь знать? — игриво повела она плечом.

Хочет соблазнить? Вопрос, конечно, интересный. У меня ведь стресс — могу и соблазниться.

— Кто ты и откуда? И где мы? Не в смысле комнаты, а в целом местности. И давай быстрей, а то, чую, ща начну!

— Чего начнешь? — как-то не эротично икнула она. Наверное, от восхищения таим крутым мной.

— Творить. Или вытворять. Пока не решил. Не видишь, у меня морда в крови, бок еще вон какая-то сволочь прострелила. Найду — убью гадину. Но это потом.

— Ты ведь Владимир, да? Ну, Романов?

— Ага. С утра был им, сейчас не уверен. Все как в тумане. А ты?

— А я княжна Вероника Андреевна Скуратова. Приятно познакомиться.

Она попыталась сделать книксен, но это проблематично, когда сидишь привязанной к стулу.

— Врешь, — качнул я головой. — Я Скуратовых всех знаю, а тебя первый раз вижу. Вторая и последняя попытка, после чего перейдем к насилию.

— К насилию? — опять икнула она.

— Беспощадному и бессмысленному. Так что там с княгиней?

— Я правда она и есть. Дочь князя. У меня мама простолюдинка. Ну, и сам понимаешь — нельзя ее замуж брать. А князь меня признал своей дочерью и фамилию дал. Недавно, — выдала она.

— И ты сразу покатилась по наклонной? Снюхалась с негодяями, в приличных людей начала стрелять. Это князь поторопился тебя признавать. Ну ничего, при встрече я ему скажу, где тебя похоронил. Хотя, когда он будет сидеть в подвалах Тайной Канцелярии, ему, наверное, все равно уже будет.

— Это за что же такая немилость⁈ — вскинулась она.

— Так вы ж заговорщики. Этот вон, — кивнул я на труп, — предлагал мне признаться во всяком нехорошем, ты убить пыталась без суда и следствия. Значит, идете против нас, а значит, ваша смерть будет долгой и вообще не эстетичной.

— Вообще-то, я думала, ты с ними!!! И кажется, у нас произошло недопонимание. В общем, я такая же пленница, как и ты… Эй, ты чего? — обалдела она, увидев, что я потянулся за ножом. И забилась в истерике: — Не подходи-и-и-и-и!..

Глава 9

Глава 9

— Вообще-то, я думала, ты с ними!!! И кажется, у нас произошло недопонимание. В общем, я такая же пленница, как и ты… Эй, ты чего? — обалдела она, увидев, что я потянулся за ножом. И забилась в истерике: — Не подходи-и-и-и-и!..

— И незачем так орать, — поморщился я, разрезая ремень. — Я тебе почему-то верю. Наверное, попка твоя понравилась. Но у меня сейчас все как в тумане, и я вообще не уверен, что ты настоящая. А вот вставать не надо, — предостерегающе качнул пистолетом. — Я, конечно, верю, но пока не до конца. Так что расскажи мне свою безумно увлекательную историю, а потом я решу — сразу предложение руки и сердца делать или для начала тест-драйв провести.

— Что значит «тест-драйв»?

— Ну, знаешь, прежде чем купить машину, на ней сначала делают пару кругов…

— Что-о⁈ Насильничать будешь?

— Не. Думается мне, что ты сопротивляться не будешь. Ну, или так, для вида. Ладно, говори быстрей, а то накрывает. Рука дернется, палец на курке дернется, твое тело тоже потом дернется… В общем, сплошные расстройства и два трупа вместо одного.

— Ладно, но стой лучше подальше. Ты меня пугаешь.

— То есть, замуж за меня не пойдешь?

— Я этого не сказала. У меня тоже стресс и мысли немного путаются. Это от той дряни, которой нас усыпили. Ты вот когда в себя пришел?

— Ну, час назад, может, два, — задумался я.

— Во-о-от! И ты еще хорошо держишься. А я тут, по ощущениям, вторые сутки сижу. И в первое время вообще соображать не могла — все как в тумане было. Минуты прояснения сменялись каким-то помутнением.

— Ближе к делу.

Сев напротив нее, я демонстративно положил пистолет так, чтобы быстро его схватить. Девчонка не была магом, а значит, я с ней легко справлюсь, если что. Простреленный бок нещадно болел, но эта боль помогала мне оставаться в реальности.

— Ты и мертвого уговоришь. В общем, слушай и рыдай. Сижу я себе, значит, в кафе, на Коломенской — там, чтобы ты знал, самые вкусные эклеры в Москве делают, — пью кофе, наслаждаюсь погодой. И тут к столику подходит парень. Не такой красавчик, как ты, конечно, но тоже ничего. Представляется графом Строгановым, садится и начинает петь о том, как я ему запала в сердце, что без меня ему и свет не мил, и он хочет мне сделать приличное предложение сейчас и неприличное уже в нумерах, куда мы обязательно отправимся после завтрака.

Я, конечно, девушка легковерная и местами невинная, но даже для меня это было перебором. И как назло, я поехала в город без охраны, справедливо решив, что кому нафиг сдалась бастард