таких стал показатель фаталити на модификациях. Для любителей цифр: один фаталити примерно равен ноль целых одной сотой ампера. Почему ноль целых одна сотая ампера? Потому что я вычитал из умных советских книжек, что 0,1 ампера при воздействии на организм дольше пяти секунд вызывает дефибрилляцию сердечной мышцы и фатальный исход. Про вольтаж, ритмы и прочие условности упоминать не буду, а то вдруг это видео потом будут показывать слишком умным детишкам, которые соберут что-то злое. Вернемся к нашему щиту. У него установлена модификация первого уровня, и у неё пять фаталити. Опять же, это условные обозначения. Но какие величины в нашем мире не являются условными? Таблица Менделеева разве что, и то там вопросики имеются. Дальше. Ещё у нашего Торина имеется копье. У копья тоже первоуровневая модификация шокера с пятью фаталити. Ещё у него есть пистолет, КСюха и, естественно, само копье. Ладно, думаю, принцип УИЦ вы уловили. Развивать дальше будем. Теперь выходим в основное меню отряда, и что мы видим.

Итого со мной в рейд пойдут:

— 1 уникальный персонаж. Снайпер второго рубежа — Танюшка.

— 4 щитоносца — третий рубеж.

— 1 саппорт из четвертого рубежа, который будет выполнять роль заряжающего и меняющего аккумуляторы. Он же «принеси-подай» и дальше по списку.

— 3 стрелка, второй рубеж.

Думаю, на этом короткий обзор нового меню можно заканчивать, — произнес я и хотел было уже вернуть дрон обратно, как увидел, что в мою сторону бежит тот самый Торин Фанерощит, про снаряжение которого я только что делал обзор.

Невысокий, коренастый парнишка лет двадцати, с красным обветренным лицом, узкими глазами и шикарной густой бородой, остановился рядом со мной и, сделав глубокий вдох, ударил кулаком в грудь.

— Товарищ председатель, отряд готов. Ожидаем вас, — он сделал тяжелый вдох и уже вместе со мной посмотрел в сторону торгового центра.

Хоть я и не бежал, как он, но я точно так же сделал тяжелый вздох:

— Ну, погнали. Чего ждать.

Мы направились к ребятам, застывшим в нерешительности возле прозрачных дверей торгового центра, которые продолжали вращать своими грязными от смазанных следов крови стеклами. Я остановился рядом с ними и только сейчас понял, что дрон, снимавший мой обзор на новую систему управления, продолжал вести запись.

Я решил не упускать момента и продолжил вещать на камеру:

— Друзья, открытый вопрос к вам. Если вам говорят, что в том подвале засела неведомая херь, которая убивает людей, вы пойдете проверять? Будете светить фонариком и спрашивать: «Здесь кто-нибудь есть?»? Чет я сильно сомневаюсь в этом. Я сам бы на такой блудняк не подписался. Но так было раньше. Сейчас все по-другому. Жизнь круто поменялась, и я бы ни за что не подумал, что окажусь на месте того парня из фильма ужасов, которому предстоит спуститься в темный подвал. Но! — я поднял руку. — Знайте на будущее: как председатель Цитадели, я завещаю золотое правило! Лучше выстрелить, перезарядить и ещё раз выстрелить, чем светить фонариком и спрашивать «кто там»! — я опустил руку и два раза быстро согнул пальцы, как если бы просил кого-то подойти.

Дрон, снимавший мою тираду и душевные излияния, послушно вернулся ко мне на плечо. В воздухе повисла тишина. Я буквально почувствовал на себе смущенные взгляды отряда, который я взял с собой для того, чтобы выяснить, что случилось с пропавшим разведчиком и щитоносцами.

— Чет я мотивацию вам не поднял, да? — произнес я и тут же порадовался тому, что шлем скрывает мою настоящую реакцию на немое молчание тиммейтов. Все как один отрицательно покачали головой. — Да ладно вам, если вас это успокоит, то я сам не в восторге, что нам придется идти туда и искать то, не знаю чего, — я снова наткнулся на растерянные лица. — Ладно, забейте. В любом случае мы размотаем любую тварь или тварей, что там прячутся. Вперед!

Двери впустили нас внутрь, и мы словно попали в вязкий кисель. Мы, не сговариваясь, остановились. Каждый из нас застыл с открытыми ртами. Никто не хотел нарушить неестественную, похожую на битое стекло под ногами, тишину. Не в силах оторвать взгляда от представшего зрелища, мы смотрели на то, как Галерея продолжала жить.

Над центральным атриумом, в двадцати метрах над землей, все еще горела голограмма. Огромная, в полстены, девица в нижнем белье с идеальной улыбкой медленно поворачивалась вокруг своей оси, демонстрируя эффектный бюст. Ее изображение мерцало, по нему шли помехи, но она продолжала свой вечный танец, кокетливо скользя взглядом по пустому залу.

Динамики продолжали играть спокойную, даже расслабляющую музыку. Затем она плавно затихала, и поставленный голос диктора рассказывал о том, что в «Золотой Груше» сегодня, в Хэллоуин, у них распродажа сценического грима. После чего музыка продолжала в таком же плавном ритме раздаваться эхом по атриуму.

Общая картина потерянной мирной жизни произвела на нас такое оглушающее впечатление. Стоя здесь, посреди сверкающих бликов кафеля, стеклянных витрин, плакатов с обворожительно улыбающимися девушками, вдыхая аромат духов, могло показаться, что всё, что было до этого, было лишь кошмарным сном. Что мы нашли дверь в свою Нарнию и теперь можем остаться здесь — в осколке потерянного мира.

Однако это очарование теряло силу с каждой секундой, проведенной в этом месте. Первое, что бросилось в глаза, — это то, что островок, продававший те самые восточные ароматы из эфирных масел, сверкал неестественно сильно. А все из-за разбитых склянок, из которых и исходил этот дурманящий аромат.

Вдохнув этот мертвый, бездвижный воздух, я посмотрел на этот самый островок и увидел, что он со своими склянками послужил теркой, о которую люди резались, когда толпа поперла на выход. Тысячи осколков превратились в рубины из-за литров крови, упавших на них когда-то людей.

Я отвел взгляд от битого стекла и посмотрел вверх. Меж торговых павильонов, как флажки, висели вырезанные из бумаги черепушки, тыквы да ведьмы на метлах. Они беззвучно покачивались из стороны в сторону, продолжая смотреть на нас своими пустыми глазницами. Вдоль самих магазинов мигали гирлянды, дабы создать ощущение праздника. Я проследил за ними взглядом и увидел темный провал магазина, продававшего обувь. Основной свет в нем почему-то не работал, и гирлянды то и дело выхватывали из темноты опрокинутые прилавки и разбросанные вещи, застывшие в бурых пятнах.

Я сделал первый шаг и тут же вздрогнул от неожиданности, когда увидел человеческий силуэт в темном провале магазина обуви. И в этот же момент под потолком раздалось:

— Внимание, посетители и персонал торгового центра «Галерея»!

Рядом со мной так же зашипели от испуга ребята,