— Не надо сверлить меня взглядом, — сказал я, присаживаясь.

— Я на тебя даже не смотрел, — удивился парень.

— Ты слишком активно думаешь, что я был неправ.

— Здесь ты ошибаешься, — улыбнулся он. — Я думаю о том, как далеко простирается твоя удача. Возможно, наставник просто поиздевался над тобой. Поправь меня, но, кажется, именно так он и сказал, честно предупредив об этом.

— Да, его ответ был издевательским. Что с того? Нам всё равно по пути.

— А я верю, что у тебя получится, — подбодрила меня Маяда. — Эти места же создали древние. Они ничего просто так не делали.

— Древние? — глянул на неё Кристиан. — Ты про предков и основателей, что заложили эти места? Они всего лишь люди, пусть и с высоким рангом. Их вещи могут ломаться.

— Это ты можешь ломаться, а древние — это древние! — заявила девушка.

И между ними снова начался спор. Кристиан начал давить логикой, а Маяда выдавать случайные реплики, раскрывающие её слепую веру.

Я же промолчал о том, что видел того, кто приложил руку к этим местам.

Проснулся я от звона. Открыл глаза, увидел Кристина и Маяду, которые смотрели куда-то в сторону, услышал ещё один звон. Виновником оказался Кенчи, который с лезвия меча посылал порывы ветра. Они бились в каменные столбы, а те издавали звон. Разные столбы — разный звон.

— Это нормально? — спросил Кристиан.

— Наверное, — ответил я.

И пошёл разбираться.

Столбов здесь этих сотня точно наберётся. Все стоят на удалении друг от друга. Есть и центральная площадка, где, видимо, раньше поглощение стихии и закалка проходили.

— Я мешаю? — спросил Кенчи, когда я подошёл.

Вместо ответа я послал воздушную волну. Эффекта — никакого.

— У меня удары грубее и с духовной силой, — ответил ворон на невысказанный вопрос.

Я кивнул и сменил тип атак. Раздалось новое звучание… В следующие несколько минут, весело улыбаясь, мы с Кенчи носились по этой площадке и гудели на всю округу. Каждая каменная башня звенела по-своему. Тональность менялась в зависимости от силы и типа удара. Количество возможных мелодий было безграничным…

Мелодий…

Мелодий⁈

Я остановился и огляделся по-новому. Мне кажется, или поднялся ветер? Кенчи тоже остановился, устало улыбнулся. Стихии у него совсем мало, он всё из себя выжал. Поклонился мне и ушёл. Ветер же продолжил гулять, и даже какой-то лёгкий звон сохранялся.

Кажется, у меня появилась идея.

Кристиану чужая мелодия надоела довольно быстро. Надоело — это мягко сказано. Он даже предложил Маяде перенести лагерь подальше, но она отказалась. Ей-то как раз было интересно наблюдать за её любимчиком.

Как долго придётся слушать этот хаотичный перезвон, парень не представлял. Так и мозг через уши вытечь может.

Когда всё затихло, парень облегчённо выдохнул. В который раз задумавшись о том, что здесь делает. Изначальная идея привлечь Старшего Мастера на свою сторону неожиданно принесла больше проблем, чем пользы. Хотя в части проблем Кристиан был сам виноват. Но не признаваться же себе в этом? Лучше было прогнуться под «Чёрную Орхидею» и спокойно учиться в академии. Учиться! А не шастать по лесам и не сгорать заживо в пещерах!

Рациональная часть Кристиана говорила, что выгоду он свою получил: сила уже возросла, достаточно заметно. Но походы он терпеть не мог. Предпочёл бы развиваться как-то иначе. Особенно бесили многодневные походы по лесам. Эта Маяда находила сокровища так же часто, как и трепала нервы. Казалось бы, надо радоваться такой удаче, но Лай пускал всё в дело, поэтому их карманы вовсе не отягощали драгоценные кристаллы.

Может, Лай хотя бы сейчас обломается?

Пока Кристиан думал об этом, парень остановился, зачем-то достал посох.

— Только не это, — заволновался Кристиан, догадавшись, что звенеть сейчас будет в десять раз сильнее.

— Сейчас что-то будет, — подалась вперёд Маяда.

И это что-то — было.

Лай начал… танцевать. Без всяких шуток, это выглядело как самый настоящий танец. Начал он с обычных ката для посоха. Закрутил свою деревяшку, сам пируэты вытворять стал. Призвал ветер, пустил во все стороны духовную волну, отчего камни дружно загудели, ударили по мозгам.

А дальше начался танец. Неуклюжий, сбивчивый, заставляющий морщиться. Стихии становилось всё больше. Поднялся сильный ветер, который во все стороны начал гулять. Из-за разлитой духовной силы вся площадка превратилась в колышущееся облако. Дух не стоял на месте, гулял вслед за своим хозяином. Насытив пространство собственно силой, Лай перестал наносить удары и принялся закручивать это всё.

Звучание изменилось. Постепенно стали уходить выбивающиеся звуки. Появилось какое-никакое мелодичное звучание. Вскоре оно оформилось в простенькую мелодию. Кристиан и сам встал, подался вперёд, остановился рядом с Маядой, которая прижала руки к груди и смотрела, будто заворожённая. Смотрел и Кенчи, который стоял в стороне.

Кристиан перестал верить своим глазам. То, что началось как полная глупость, превратилось в нечто большее.

Ветер кружил, заставлял звенеть и вибрировать столбы. Помехи окончательно ушли. Мелодия стала усложняться, появился сложный ритм.

Внезапно это угасло, началось что-то спокойнее. Кристиан вдруг ощутил, как выровнялось дыхание, расслабились плечи. Лай танцевал и танцевал. Закручивал посох, вместе с ним потоки ветра, сплетал мелодию. Когда ему надоело спокойствие, ворвалось что-то тревожное. Будто готовишься к бою. Кристиан заметил, что сердце начало биться чаще.

Тревожность сменилась грустью. Грусть — радостью. Радость — удивлением. Удивление — вызовом. Казалось, Лай изливает свою душу.

Его фигуру было отчётливо видно. Глаза — закрыты. Тёмная кожа контрастировала с голубым сиянием стихии и силы духа.

Внезапно всё это вышло за рамки площадки. Ветер сделал круг, толкнул троицу вперёд. Кристиан понял, что это значит.

Лай собирался продолжить закалку.

Самую странную закалку в мире. Через танец стихии, через мелодию.

Первой вперёд убежала Маяда, она прыгала и смеялась. Следом ушёл Кенчи, молчаливый и сосредоточенный, разом признавший чужое мастерство. Кристиан… Он отринул все сомнения и побежал вперёд.

Стоило оказаться в центре набирающей мощь бури, как он ощутил что-то, до этого неведомое.

Гармонию во внешнем мире.

Которую следовало привести внутрь.

Танец продолжался, и это была одна из самых красивых вещей, что Кристиан видел и слышал в своей жизни.

Бинхуа прекрасно видел и слышал, что происходит снаружи.

Нахмурился, когда зазвучала мелодия. Невольно оскалился, когда она обрела ритм.

— Безумная Лин…