не буду

придавать Богу сотоварищей».

Ты так слаб. Сдайся на милость.

Океан заботится о каждой волне,

пока та не доберется до берега.

Тебе нужно больше помощи,

чем ты думаешь.

Ты пытаешься прожить свою жизнь

на открытых строительных лесах.

Скажи: «Бисмилла – Во имя Бога»,

как священнослужитель,

ножом принося в жертву животное.

Бисмилла свое старое «я»,

чтобы найти свое настоящее имя.

Отлучи себя от груди

Мало-помалу отлучи себя от груди.

В этом суть того, что я должен сказать.

От зародыша, чье питание приходит с кровью,

перейди к младенцу, сосущему молоко,

к ребенку, способному есть твердую пищу,

к искателю в поисках мудрости,

к охотнику на менее очевидную добычу.

Подумай, каково говорить с зародышем.

Ты можешь сказать:

«Мир снаружи огромен и сложен.

В нем есть пшеничные поля

и горные перевалы,

сады в цвету.

Ночью – миллионы созвездий,

а при дневном свете – красота друзей,

танцующих на свадьбе».

Ты спрашиваешь у зародыша,

почему он сидит взаперти,

в темноте, с закрытыми глазами.

Выслушай ответ.

Нет никакого «другого мира».

Я знаю только то, что я испытал.

Тебе, должно быть, все это мерещится.

Присматривая за двумя лавками

Не бегай по свету в поисках дыры,

куда бы спрятаться.

Дикие звери есть в каждой пещере!

Если ты живешь с мышами,

тебя найдут кошачьи когти.

Единственный настоящий отдых наступает,

когда ты наедине с Богом.

Живи в нигде, из которого

ты пришел, несмотря на то,

что ты привязан к этой земле.

Вот почему предметы предстают

в двух разных обличьях.

Иногда ты смотришь на человека

и видишь циничную змею.

А кто-то еще

видит восторженного влюбленного,

и вы оба правы!

Каждый – половина и половина,

как черный с белым буйвол.

Иосиф казался уродом своим братьям

и красавцем – своему отцу.

У тебя есть глаза, которые смотрят из того нигде,

а есть глаза, которые судят о расстоянии,

насколько высоко и насколько низко.

Ты владеешь двумя лавками

и мечешься между ними.

Постарайся закрыть ту,

которая – страшная ловушка,

и становится все теснее.

Сюда пойдешь – мат.

Туда – мат.

Держи открытой лавку,

где ты больше не продаешь

рыболовные крючки.

Ведь ты и есть

свободно плавающая рыба.

Шатер

Снаружи – студеная ночь пустыни.

Эта, другая ночь – внутри —

разгорается все жарче.

Пусть ландшафт покрыла колючая корка,

Здесь у нас мягкий сад.

Материки взорваны,

Города и селения – все превращается

в сожженный почерневший шар.

Услышанные нами новости

полны скорби об этом будущем,

но настоящая новость здесь, внутри,

состоит в том, что вообще нет никаких новостей.

* * *

Когда я с тобой, мы не спим всю ночь напролет.

Когда тебя нет, я не могу уснуть.

Воздай хвалу Господу за две эти бессонницы!

И за различие между ними.

* * *

Мы и зеркало, и лицо, отраженное в нем.

Мы сию минуту ощущаем вкус вечности.

Мы – и боль, и болеутоление.

Мы – и прохладная вода, и кувшин,

из которого она льется.

Кто-то копает землю

Глаз предназначен для созерцания предметов.

Душа находится здесь

для своей собственной радости.

У головы одно назначение —

любить подлинной любовью.

У ног – бежать за ней.

Любовь – для исчезновения в небесах.

Разум – для познания того,

что люди совершили и пытались сделать.

Тайны – не для раскрытия.

Глаз слепнет,

когда он лишь только хочет увидеть «почему».

Влюбленного всегда в чем-нибудь обвиняют.

Но когда он находит свою любовь,

все потерянное во время поиска

возвращается полностью преображенным.

На пути в Мекку множество опасностей:

разбойники, песчаные бури,

для утоления жажды – лишь верблюжье молоко.

И все же каждый паломник

целует там черный камень

с чистой устремленностью,

ощущая на поверхности

вкус тех губ, которых он жаждет.

Этот разговор напоминает чеканку новых монет.

Они накапливаются,

в то время как настоящая работа

совершается снаружи

кем-то, копающим землю.

Дом для гостей

Человеческое бытие – странноприимный дом.

Каждое утро – новые посетители.

Радость, тоска, злость,

мимолетные осознания приходят,

как незваные гости.

Приветствуй и привечай их всех!

Даже если это толпа скорбей,

насильно вынесшая всю

обстановку из дома —

и все же окажи почести каждому гостю.

Может быть, он освобождает тебе место

для каких-то новых услад.

Мрачная мысль, стыд, злоба —

встречай их у двери со смехом

и приглашай зайти.

Будь признателен каждому приходящему,

ведь все они посланы свыше

быть твоими наставниками.

Почему вино запрещено

Когда луч ума Пророка

ударил в туповатого человека, бывшего рядом,

тот возликовал и стал болтать без умолку.

Вскоре это перешло в неподобающее неистовство.

Такова проблема бессамости,

когда она приходит быстро,

как обстоит дело и с вином.

Если пьющий вино

несет глубоко в себе мягкость,

он проявит ее, когда опьянен.