какой ерунде я думаю? Если мы не сможем выбраться отсюда, то дрова уже не понадобятся».

– Коля, ты же местный. А через горы, пешком ты не сможешь выбраться?

Маргарита словно подслушала его мысли. Он, как раз думал об этом. Хотя тут и думать было нечего. «Невыполнимо. Может быть он и смог, если бы у него было собран скарб в дорогу. А так, с голыми руками – бесполезный разговор. Да и медведи уже проснулись, а тут как раз самое медвежье место. Что тут сгинуть, что в дороге. Разница не большая».

– Нет. Не получится. Если бы сюда было легко добраться, тут уже в любом случае, кто-нибудь побывал. Все знают, что сюда можно добраться только по реке. Наверное, тут специально такое место выбрали. Может, какие-нибудь беглые каторжане первыми поселились. Тут же каторга была недалеко.

– Да, я знаю, – отсутствующе кивнула вожатая. Колька видел, что думает она совсем о другом. Наконец, она что-то придумала. Колька уже давно заметил, что когда Рита что-то обдумывает, у нее собираются морщинки на лбу. Сейчас они разгладились.

– Коля, ну тогда делаем так: ты сейчас пойдешь и спрячешься. Найди где-нибудь хорошее место. Только недалеко, чтобы потом я могла тебя найти.

– А вы?

Она вздохнула.

– Я пойду к костру. Надо посмотреть, что сейчас с ребятами. Может, уже все прошло. Сам видишь, никто не ходит больше, не кричит.

– Вы с ума сошли! Вы хоть помните, что они кричали? Они искали вас. Специально. Вы им нужны. Не знаю зачем, но точно не чай пить. Не ходите! Лучше вернемся к лодкам. Не будет же этот там вечно сидеть. Спрячемся, а когда он отойдет, уплывем.

– Коля, ты молодец! Хороший план. Так и сделаем. Ты пойдешь туда и возле лодок спрячешься. Ну и дальше все сам знаешь. А я пойду к детям. И если я им нужна, то этот человек, точно оттуда уйдет.

– Не человек он, – вполголоса буркнул Колька, и задумался. «Так, оно, действительно, могло получиться. Все эти, – он уже не знал, как называть бывших одноклассников. Ребятами язык не поворачивался, – наверняка сбегутся, когда Рита появится. И то чудовище от лодки уйдет. А я смогу, я быстро сплавлюсь и сразу людей подниму. И все будет хорошо».

Он взглянул на девушку. Она напряженно ждала, что он ответит. «Что за дела?» – подумал он. Ощущение было такое, что это он взрослый, а не Маргарита. Он почувствовал, что девушка явно нервничает, ожидая его ответа. И вдруг он понял, что она боится, и была бы очень рада, если бы кто-нибудь начал решать за нее. «А ведь она всего лет на пять старше меня, а может и меньше. И девчонка». Он нахмурился: – «Что-то он не то думает. С такими мыслями точно можно сгинуть. Надо уходить!» Но вместо согласия на план вожатой, вдруг выдал:

– Не ходите туда. Ничем вы там не поможете.

– Я знаю, – еле слышно ответила девушка. Потом посмотрела ему в глаза и твердо сказала: – Но я все равно пойду. Нельзя бросать ребят одних. Если спасусь, а они нет – никогда себе не прощу. Зачем мне такая жизнь?

Она в одно мгновение снова превратилась во взрослую. Ту, которой можно доверять. И которая может защитить.

– Все, Коля, уходи. А то так мы никогда не разойдемся. Жди там у лодок. Он обязательно уйдет. Я обещаю.

Колька понял, что надо срочно уходить. Если он останется еще на секунду, то может натворить глупостей. Он поднялся и, пряча глаза, сказал:

– Ладно. Я тогда пошел.

Он повернулся, но Рита остановила его.

– Прощай, Коля! – она протянула руку для рукопожатия. Колька автоматически схватил протянутую ладонь и сжал.

– До свидания.

Потом вырвал руку и почти бегом рванул в чащу. Он пробирался через кусты и шепотом повторял одно и то же. Словно уговаривая себя.

– Ты не виноват. Она сама захотела. Ты ей говорил. Она отказалась. Она сама…

И время от времени тер ладошку о штаны. Словно след от женской ладони жег руку.

Глава 8

Прощание и неприятные, колючие мысли разозлили и взбудоражили его. На нервах, он потерял бдительность. Вместо того, чтобы снова идти через чащу и выйти в безопасности, в стороне от пристани, он рванул к реке, не разбирая дороги. Колька выскочил на звериную тропу, по которой вчера они шли к заброшенной деревне, и помчался вниз, к берегу. Когда он вспомнил, что надо таиться, оказалось уже слишком поздно. Колька проскочил разросшийся куст черемухи, и закричал. Но вместо крика, из горла вырвался только хрип. Он потерял голос. Через кусты ему навстречу шел человек. Солнце пробивалось сквозь листву со стороны реки, и сейчас слепило Кольке глаза. Из-за этого он видел только темный силуэт со страшной огромной головой. Он не мог хорошо рассмотреть кто там, но это и не понадобилось. Голова казалась огромной, из-за всклокоченных нестриженых волос. По шевелюре он сразу понял кто перед ним. Он выскочил прямо на того, от которого хотел спрятаться.

Колька таращил глаза на приближавшееся существо, а сам вжимался спиной в куст. Когда до мужика осталось лишь несколько шагов, он, наконец, смог нормально разглядеть его. И в этот раз, сразу понял, что это не человек. Несмотря на то, что при свете дня, при движении, он выглядел человеком больше, чем ночью в тревожном свете костра. Все впечатление убило его лицо. Когда его освещало играющее пламя, оно все-таки хоть немного казалось живым. Сейчас же, это была просто маска. Неестественно бледная кожа – даже не бледная, а какая-то белесая с чуть желтоватым оттенком – обтягивала череп. Можно было разглядеть выпирающие кости скул и глубокие провалы глазных впадин. Губы отсутствовали. Только ровная темная черта рта в обрамлении всклокоченной длинной бороды. Кольке показалось, что если он заговорит или даже просто откроет рот, кожа немедленно лопнет и повиснет кусками. Настолько она натянута. Глаза – в первый раз, в темноте, они показались очень большими. В половину лица. Но сейчас он разглядел, что так, кажется из-за того, что они глубоко провалились. Если сам мужик казался мертвецом, то глаза, наоборот, выглядели живыми. Черные и блестящие. Словно взяты у другого человека. «Колдун! – вспыхнуло в голове Кольки. – Конечно, колдун! Как я сразу не понял?» Все выглядело так, как в рисованных сказках, что показывали в клубе перед фильмом. Словно он пришел в этот лес, прямо с экрана.

«Колдун» тоже остановился. Он смотрел прямо на Кольку. Тот понял, что все, пришло