пробирающий до костей. Катя дрожала в промокшей куртке, той самой, что отдала ей Алиса. Лена отдала ей свой свитер, оставшись в одной рубашке.

На обочине попадались странные метки. Свежие, не больше дня. Стрелки углём, указывающие к реке. И буква «Р» с цифрами рядом. «Р-3Ж», «Р-5М+2Д», «Р-ТОВАР».

Катя остановилась, быстро зарисовала метки в блокнот. Под рисунком написала: «Люди — товар. Цифры — количество. Ж — женщины, М — мужчины, Д — дети».

— Что это значит? — спросила Надя.

— Не знаю, — мрачно ответил Антон. — Надеюсь что-то хорошее.

Алиса остановилась у дерева, где кровью было написано: «Он взял Иру. Не отдавайте дочерей».

— Засохшая кровь, — сказала она, потрогав надпись. — Дня два, не больше.

***

06:30

Лес расступился, и перед ними открылась Раздольная. Широкая, мутная, вздувшаяся после весенних дождей. Течение несло коряги и пену.

Мост разрушен. Центральный пролёт обвалился, из воды торчали бетонные опоры. Но у берега виднелась импровизированная переправа из досок и канатов. А на другом берегу целый лагерь.

Спрятались в прибрежных кустах, наблюдали. Лагерь оказался большим: палатки, навесы, грузовые контейнеры. Дым от костров поднимался в серое небо. Много людей, в основном мужчины с оружием.

И клетки. В дальнем углу лагеря Катя разглядела клетки из арматуры. Внутри фигуры. Женщины.

Она быстро нарисовала в блокноте и показала Лене. На рисунке клетка с девушкой и мужчина с ключами. На рукаве буква «Р».

***

07:00

Антон изучал переправу, пытаясь найти другой путь. Надя считала охрану в лагере. Лена прижимала к себе беспокойного Бади. Все были сосредоточены на том, что происходило на другом берегу.

— Ну что, насмотрелись?

Голос раздался прямо за спиной. Холодный, насмешливый.

Все замерли. Антон медленно повернул голову. Позади стояли трое мужчин с арбалетами. Подкрались беззвучно, пока семья наблюдала за лагерем. Профессионально.

Старший со шрамами на лице, на щеке свежее клеймо в виде буквы «Р». Двое других помоложе, один совсем юнец, может, восемнадцать лет.

— Руки чтобы я видел, — приказал старший. — Без глупостей. Мы видели, как вы из леса вышли, как прятались. У нас тут каждый куст под наблюдением.

Алиса медленно положила лопату на землю.

Костя шагнул к ней, поднял лопату.

— Самодельное оружие? Опасно. Нам пригодится в хозяйстве. — Он осмотрел лезвие, заточенное до остроты бритвы. — Кто-то умеет обращаться с инструментом.

Он облизнул губы, осматривая пленников.

— Две молодые женщины, двое детей, кот даже есть. Неплохой улов.

Бади зашипел, выгнул спину. Лена крепче прижала его к себе.

— За нами гонятся культисты. Мы просто бежали и вышли к реке, — сказал Антон.

— Знаем, — кивнул Костя. — Видели дым. Они всегда гонят беженцев к нам. Такой у нас... договор.

Младший из троих, тот самый юнец, смотрел на Катю и Марка. В его глазах мелькнуло что-то похожее на сожаление.

— Костя, может, не надо? — тихо сказал он старшему. — Дети же маленькие...

— Заткнись, Петька, — рявкнул тот, что назывался Костей. — Правила для всех одинаковые.

— Вставайте, — повторил Костя, направив арбалет на Антона. — Дробовик на землю. Медленно.

Антон опустил оружие.

— Петька, забери ствол и патроны, — приказал Костя. Юнец подобрал дробовик, вытряхнул патроны из карманов Антона. — Хорошее оружие. Рябой оценит.

— В лесу ещё двое наших, — продолжил Костя. — А через реку всё равно не переплывёте — течение снесёт. Да и снайпер на вышке нервный, сразу стрелять начнёт.

***

07:30

Костя повёл их к импровизированной переправе. Плот из брёвен и пустых бочек качался на волнах, привязанный толстым канатом к остаткам моста.

— Мы на западном берегу, лагерь на восточном, — пояснил Костя, указывая на противоположный берег. — Переправим, заплатите цену. Как решит Рябой.

— Все на плот, — приказал он. — И не вздумайте прыгать в воду. Течение унесёт за секунды.

Петька и третий охранник, молчаливый мужик лет сорока, начали отвязывать канат. Семья забралась на шаткий плот. Доски скрипели под ногами, между ними проступала вода.

Бади вцепился когтями в плечо Лены, шипел на воду. Марк прижался к матери, сжимая солдатика. Катя рисовала в блокноте даже стоя на качающемся плоту. Фиксировала всё.

Переправа заняла минут десять. Костя и молчаливый гребли, Петька стоял с арбалетом наготове, но смотрел больше на воду, чем на пленников.

На восточном берегу их уже ждали. Двое мужчин в военной форме, перешитой под гражданку. Нашивки спороты, но следы остались: тёмные пятна на выцветшей ткани. У обоих карабины Мосина.

— Это кто такие? — спросил один, осматривая пленников.

— Беженцы от культистов, — ответил Костя, спрыгивая с плота. — Шестеро. Две молодые бабы, двое детей. Рябой решит, что с ними делать.

Второй охранник, женщина лет двадцати пяти, смотрела стеклянными глазами. Двигалась механически, как кукла на шарнирах. На шее шрам от верёвки, старый, но заметный.

— Все платят, — сказала она монотонно, будто повторяла заученный текст. — Плата разная. Рябой решает.

— Что за плата? — Алиса шагнула вперёд, сжимая лопату.

Женщина посмотрела на неё. На секунду в мёртвых глазах мелькнуло что-то. Жалость? Предупреждение? Тут же погасло.

— Увидите, — только и сказала она.

***

08:00

Лагерь Рябого оказался военным поселением. Брошенные грузовые контейнеры расставлены по периметру как укрепления. Армейские палатки выстроены ровными рядами. В центре командный пункт из сваренных контейнеров, над ним самодельный флаг с буквой «Р».

Пахло ржавчиной, машинным маслом и чем-то сладковатым, тошнотворным. Гниющая рыба? Нет. Надя узнала этот запах. Первые дни катастрофы, толпы, бегущие из городов.

Надя считала про себя. Около сорока человек. Чёткое разделение. Боевая группа: пятнадцать вооружённых мужчин в камуфляже, трезвые, с ремнями на оружии. Обслуга: старики, инвалиды, женщины с потухшим взглядом. Охрана, шестеро на постах.

С вышки у входа смотрел снайпер. Профессионал: видно по тому, как держал винтовку. Ещё один на восточной вышке. Два патруля по три человека обходили периметр. График смены — каждые четыре часа, Надя заметила по свежим следам на тропах.

Порядок был военный. У входа КПП с журналом учёта. Кухня работала по расписанию, повар в фартуке раздавал порции строго по списку. Даже мусор складывали в отдельные кучи — органика, металл, стекло.

С кухни тянуло вяленой рыбой и чем-то ещё. Надя присмотрелась к столу. Тушки с мелкими костями. Крысы. Но разделаны профессионально, мясо промыто, специи маскируют запах. Выживание требует компромиссов.