машину, что вызвало смех моих коллег. Я попыталась помочь разрядить обстановку, чтобы не произошло конфликта из-за коллег-идиотов. Тогда-то я и считала его эмоции: раздражение и обиду. Ему было обидно, что никто не поверил в то, что у него есть деньги на машину стоимостью более двух миллионов рублей… Я заинтересовалась. Взяла перерыв и отправилась с ним в ближайшее кафе. Мы разговорились, я тайно применила свою магию и узнала много интересного о вас и вашей группе. Но, видимо, не всё…

Девчонка посмотрела вверх на хомяка, встрепенулась и уставилась уже ясными глазами на меня.

– Да блин! Гадство! Ты псионик?!

«Заткнись», – отдал я мысленно приказ, и надо же, она заткнулась.

«Какого чёрта вообще творится? У меня галлюцинации?» – в своих мыслях возмутилась девушка и стала нервно бренчать наручниками, которыми она прикована к столу.

«Если снова зашумишь, ты сильно об этом пожалеешь, – предупредил её. – Тихо и спокойно продолжай рассказ. Что именно ты о нас узнала и что было дальше?»

Глаза девушки вновь затуманились, и она, словно послушная собачка, последовала команде:

– Время поджимало. Понимала, что долгий разговор я не смогу полностью стереть, поэтому я выяснила самое главное: где лежат деньги и как их достать. Раз уж они получены незаконным путём, то почему бы мне их себе не присвоить? Узнав, что ночью в гостинице никого не будет, я стёрла воспоминания своего информатора и стала готовиться к операции, собирать информацию из других источников. О группе знаю, что вы сильные ликвидаторы, которые договорились с Кармазовыми о контрабанде и заработали суммарно больше двухсот миллионов рублей за неполные два месяца. Этих денег мне с лихвой хватило бы на то, чтобы уехать из страны, сменить имя и гражданство, купить титул в какой-нибудь Румынии или на Кипре и жить в своё удовольствие.

– То есть ты и впрямь обычная воровка, что оказалась в нужном месте в нужное время, добыла о нас информацию, за которую можно убить, и, решив рискнуть, пришла в гостиницу.

– Да. И риска практически никакого не было, с учётом моих способностей.

– Но тут пришёл я.

– Да. Я до сих пор не понимаю, как ты меня нашёл. И теперь я очень сильно боюсь за свою жизнь.

– Оно и понятно: ты узнала тайну, которая легко в могилу сведёт… Вот и что мне с тобой делать?

– Отпустить? Я исчезну и никогда больше не появлюсь в вашей жизни. Накоплю денег и уеду куда-нибудь, где меня и вас никто не знает.

– Честно?

– Я пытаюсь соврать, но у меня не получается… Тело действует само по себе, как будто на меня применили мою же технику… – призналась девушка, и её взгляд в очередной раз прояснился.

Глаза девчонки наполнились ужасом и страхом, а саму её бросило в пот. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но так и продолжила молча сидеть, боясь издать даже малейший шорох.

Пу-пу-пу… И что мне с ней делать? С одной стороны – ура, она не знает, кто я. С другой – она знает нашу тайну… Получается, кроме нашей группы и Кармазовых с их прихвостнями появился третий игрок, которого ни один из нас не контролирует. Это опасно. Очень опасно. Друг друга мы, как сообщники, контролируем. Зависим друг от друга и уравновешиваем. А вот она… Она легко может продать эту информацию и подставить нас обоих. Подобное нельзя допустить…

– Стой! – резко выбросила она руку вперёд. – Я… Я, кажется, научилась читать твои мысли. Стой, не убивай меня. Клянусь, никто об этом не узнает.

Хм, любопытная реакция на мои размышления…

«Ну и что ты мне предложишь?»

– Задай мне вопрос: знает ли ещё кто-нибудь, кроме меня, об этой вашей тайне.

– Кто-то ещё владеет этой информацией, кроме тебя? – задал ей вопрос, который и так напрашивался следующим в череде наших откровений.

– Никто. Я никому не говорила.

Глаза девушки вновь потускнели на то время, пока она отвечала, а потом прояснились вновь.

– Вот! Я не дура! Я поняла, что ты сильный маг. Куда сильнее меня! Ты игрался со мной, когда ловил. Я не хочу умирать и готова сделать для тебя что угодно! Давай заключим сделку, а? Давай, я не знаю… Клеймо молчания поставим мне, а?

– Его довольно легко взломать, стереть, обойти… Для ментальных магов.

– Да, я знаю… Блин! Я… Я не знаю, что мне делать… Только я поверила, что у меня есть шанс свою серую жизнь превратить во что-то яркое… Помочь матери в конце концов. Прекратить заниматься мелкими тёмными делишками, денег от которых едва хватает на приличную квартиру… Я и в салон с этими имбецилами устроилась исключительно благодаря красоте. Директор думал, что смог овладеть мной, потому и устроил к себе…

– А-а… Ты ему голову иллюзиями дурила. Ясно.

– Алкоголь, сон, немного иллюзий и аромат духов в квартире. Он спит, а я за его счёт ем в ресторанах. Он счастлив, и я счастлива. Думала, что счастлива…

– Ты опять мне голову дуришь и специально давишь на жалость?

Глаза девушки в ответ на мой вопрос вновь потускнели.

– Нет. Мои ответы абсолютно честны и откровенны.

В моей голове было абсолютно тихо. Я вообще ни о чём не думал. Ни об этой девушке, ни о себе, ни о своих планах. Ехать нам долго – двое суток. И ближайшие сутки она могла читать мои мысли, так что я решил заняться тем, что давно откладывал…

Я достал книгу и погрузился в чтение. И очень старался не отвлекаться на скачущие мысли паникующей девчушки. Ох, что там в её голове творилось… Это мрак. Одна другой краше: от «отдамся ему, и он меня простит» и до «он всё равно меня убьёт, особенно теперь, когда знает правду». Но большая часть вертелась вокруг того, чтобы понять, кто я такой, что я за маг, каким образом она так подставилась и на что я вообще способен. Она даже предположила, что Фома – человек, заколдованный мной в хомяка за грехи.

«Ты слишком громко и много думаешь. Отвлекаешь», – метнул я в неё раздражённый взгляд.

– Простите… – опустила она глаза.

Шесть часов спустя. Остановка

Я молча взял ключи, отодвинул в сторону ошейник, отщёлкнул его и снял с её рук наручники.

– Можешь быть свободна, – сказал я, пряча наручники в сумку.

– Ох, – спрыгнул с полки Кен, – поезда, поезда…

Он обулся и вышел в коридор.

– Как свободна?.. Почему? – удивилась девчонка.

– Потому что я отпускаю тебя. Вероятно, мы больше не увидимся. Не увидимся ведь, да? – с прищуром глянул на неё.

– Д-да, я даже лицо ваше уже забыла,