уличных музыкантов. Опадающие лепестки вишни и их голоса, поющие о любви, казалось, говорили мне, что надежда есть. Хотелось схватить Юхёна за руку, сказать «прости», попросить попробовать все сначала. Сказать: ты ждал, и я подожду.

Издалека показался он. Кажется, он тоже немного похудел, как и я. Я раздумывала, с чего начать разговор, а он высоко помахал рукой и окликнул меня:

– Ёрым!

Спросил, как я, как дела. Время разлуки было долгим, и прежней близости не чувствовалось, но, к счастью, и неловкости не было.

– Когда разговариваю с тобой, вспоминаю прошлое, – сказал он, словно погружаясь в воспоминания.

– А я вспоминаю только то, как плохо с тобой обходилась.

– Нет, что ты такое говоришь? У меня остались лишь хорошие воспоминания. Просто тогда я, кажется, думал только о своих чувствах. Если бы не заговорил с тобой тогда на автобусной остановке, ничего бы этого не случилось… Но я был так увлечен тобой, что не оставалось времени оглядываться по сторонам. Знаешь, даже после того, как мы расстались, я иногда приходил к твоему дому – вдруг случайно тебя увижу.

– Я тоже часто о тебе думала. Ведь клиника, куда я хожу, рядом с тобой.

Я не могла сказать, что думала о нем и днем и ночью, поэтому сослалась на клинику.

– Понятно. Хоть это немного утешает. А то я чувствовал себя покинутым, зная, что ты ушла к своему парню.

– …Юхён, я хочу тебе кое-что сказать. На самом деле я тебя…

От волнения губы пересохли. Я медленно выговаривала слово за словом, но Юхён, улыбнувшись, прервал меня:

– Ёрым, я знал, что ты в последнее время часто приходишь к зданию фармацевтического. Одногруппники говорили, что ты там бываешь.

Голова опустела, я не знала, что сказать. Стоит ли признаться, что я все еще люблю его? В этот миг колебаний Юхён, с немного посерьезневшим, но по-прежнему теплым взглядом, сказал:

– Вообще-то поэтому я и предложил встретиться. Чтобы сказать тебе, что у меня есть девушка… В следующем месяце мы с ней едем по обмену в университет в Канаде.

– А… Как хорошо, Юхён. Береги себя там, счастливого пути.

Я изо всех сил старалась говорить спокойно. Но губы, не слушаясь, мелко дрожали, на тыльную сторону ладони упали слезы. Я знала про девушку, но услышать это из его уст было мучительно и горько. Прошлым летом ему, проходившему через то же самое, было так же тяжело.

– Ага. Я надеюсь, ты тоже будешь счастлива. Наверное, после выпуска останусь там. Так что, скорее всего, мы видимся сегодня в последний раз.

От слов, что я больше не увижу его, снова навернулись слезы. «Пожалуйста, только не плачь. Слезы, не падайте», – кричала я про себя. И запрокинула голову, чтобы они не текли, но те, безжалостные, все равно заливали щеки. Он своей большой рукой вытер их. Когда его чуть шершавая рука коснулась моей щеки, слезы полились еще быстрее.

«Ты утешаешь меня, плачущую, говоришь: “Ты все такая же”. И смех, и плач – все по-прежнему, говоришь ты. Ты гладишь меня по голове и замечаешь, что волосы сильно отросли. Смогу ли я забыть такого теплого тебя?

Ты сказал, что совсем забыл меня. Что теперь я даже не прихожу тебе на ум. Что за время наших встреч ты отдал все, и у тебя не осталось сожалений. В отличие от тебя, я за время наших встреч многое скрывала и не могла отдать всю себя, и теперь меня переполняло сожаление.

Ты все так же красиво улыбался. Я всегда это чувствовала, но у тебя действительно прекрасный взгляд, который представляла целых полгода. Когда увидела его, сердце упало. Даже твои слова и поступки, которыми ты пытался заставить меня разлюбить тебя, были так дороги. Хотелось запомнить каждое слово, каждое движение, ничего не упуская. Я хотела запечатлеть в памяти все, но слезы застилали глаза, и меня это злило.

Так закончилась моя первая любовь. Наши пути разошлись во времени.

Если бы я тогда не была так одержима каким-то пустым чувством долга к парню, если бы была более честна с собственной любовью, если бы вместо того, чтобы оглядываться на других, сосредоточилась на наших с тобой чувствах – были бы мы счастливы?»

За последующие десять с лишним лет ко мне подходили разные люди, но не было никого, кто бы шел к цели так же прямо и уверенно, как Юхён. С возрастом люди начинают действовать осторожнее, чтобы не пораниться. Наверное, это урок, извлеченный из прошлых отношений.

У Юхёна, говорившего, что влюбился в меня с первого взгляда, что никогда раньше не испытывал таких чувств, не было уроков прошлых отношений, поэтому он мог быть со мной искренним – это осталось со мной надолго.

И глубоко в сердце осталось сожаление, что, хотя я думала о нем круглый год, ни разу не сказала ему, что люблю.

– Госпожа Пэк Ёрым, вы в порядке?

От этих слов я открыла глаза и увидела темно-зеленое платье. Сквозь пелену слез передо мной возник силуэт женщины, которая представилась сотрудницей кафе РВС. Она протянула мне носовой платок.

– Да. Все в порядке. Я хочу вернуться в последнюю пятницу августа две тысячи восьмого года, когда мне был двадцать один год. Я хочу попробовать прожить жизнь, будучи честной со своими чувствами.

– Хорошо. Тогда принесу договор.

В бумаге, которую протянула женщина, описывались правила пользования кафе РВС.

Положение 1. Общие правила

1. Тело Клиента А остается в кафе РВС.

2. Душа Клиента А входит в тело Клиента Б с полуночи выбранной даты.

3. Душа Клиента А возвращается в кафе РВС в полночь, когда пройдет ровно год с выбранной даты, и отправляется в мир вечного покоя.

4. Всем Клиентам предоставляется одна возможность сроком в один год. Однако в зависимости от обстоятельств возможность может не предоставляться вовсе или предоставляться несколько раз.

Положение 2. Условия на время заключения сделки

1. Запрет на разглашение информации о кафе РВС: не сообщать другим о том, что вы прибыли из будущего.

2. Запрет на предсказание будущего: не извлекать материальную выгоду из информации о будущем.

Положение 3. Правила после исполнения обязательств

1. Невозможность изменить судьбу: Клиент Б умрет в тот же день, в который должен был умереть Клиент А.

2. Единство тел: Клиент Б будет помнить опыт Клиента А.

3. Несовместимость душ: Клиент Б не будет помнить чувства Клиента А и все, что связано с кафе РВС.

– Клиент А – это нынешняя госпожа Пэк Ёрым, а Клиент Б