если я ужасно устаю под конец дня, все равно чувствую удовлетворение. Мне нравится, когда в кафе полно людей.

Они продолжили беседу, гуляя по парку, и Эйден оглянуться не успел, как пролетело время. Даже не заметил, что солнце начало садиться, а небо окрасили розовые и золотые оттенки.

– Смотри, – тихо сказала Сафира. Она запрокинула голову и посмотрела на небо широко раскрытыми глазами. – Как можно грустить, когда небо розовое?

На ее лице читалось изумление, на губах играла улыбка, и, глядя на нее, Эйден мог думать только об одном:

– Как можно грустить рядом с тобой?

Сафира повернулась к нему, и он понял, что сказал это вслух. Его охватило смущение, но ее, похоже, не обидели его слащавые слова.

Эйден подошел к ней, и их руки соприкоснулись. У нее перехватило дыхание. Она так и держала в руке розу, но пошевелила пальцами, проведя по его костяшкам в легчайшем прикосновении. В нем вспыхнуло желание.

А потом стебель розы сдвинулся в ее ладони. Сафира тихо вскрикнула, уколовшись о шип. Эйдена охватила паника.

– Все нормально? – спросил он, осматривая ее руку.

На коже выступила капелька крови, и Эйден инстинктивно поднес ее палец ко рту и слизал кровь.

Тихий вздох Сафиры вернул его в реальность, но он так и застыл на месте, держа ее палец во рту и чувствуя соленый привкус.

Кровь хлынула по его телу, сердце болезненно заколотилось. Глаза Сафиры потемнели и округлились.

У Эйдена защемило в груди, когда он ощутил, как участился ее пульс под его пальцами. Она разомкнула губы, дыхание стало поверхностным.

В его голове зазвенели тревожные звоночки. Он чувствовал, что должен сделать что-то безумно глупое, например поцеловать ее ладонь.

Но не успел он решиться, как Сафира опустила взгляд. Моргнула, отступила назад и убрала руку.

– Где Искорка? – воскликнула она.

Эйден огляделся: Искорки нигде не было видно. Его охватил водоворот эмоций – тревога, беспокойство, вина.

У Эйдена возникло чувство, что драконенку не понравилось, что он полностью завладел вниманием Сафиры. Он не должен был ее отвлекать, обоим следовало лучше следить за Искоркой.

– Не стоило вам сюда приходить, – сказал Эйден.

Все это была плохая идея, хотя он до сих пор чувствовал прикосновение ее пальца на губах и знал, что это ощущение останется с ним навсегда.

На лице Сафиры промелькнула обида, и она отошла подальше.

– Где он? – спросила она, озираясь по сторонам, и ее голос сорвался.

Эйден тоже искал Искорку, поддавшись тревоге. Парк был открыт для посетителей, любой мог прийти. Любой мог найти заблудившегося драконенка и забрать его себе.

При этой мысли у него все перевернулось внутри. Эйден принялся искать еще усерднее и помчался в другое место. Затем в иное, к кусту фиолетовых георгинов… или к тому, что от него осталось.

– Искорка! – закричала Сафира и, подбежав к Эйдену, увидела, что драконенок съел почти все цветы и оборвал оставшиеся с куста.

Внезапный страх потерять Искорку быстро сменился тяжестью, когда Эйден увидел разрушения. Это все он виноват. Не надо было позволять Искорке свободно разгуливать. К счастью, дракон не тронул самые ценные коллекции парка, но все же. Этого вообще не должно было случиться.

Он потерял голову рядом с Сафирой. Лишился здравого смысла.

– Плохой Искорка! – рявкнул Эйден, вытаскивая драконенка из куста. Малыш вытаращил глаза и разинул пасть. – Нельзя так уходить одному. Это очень плохо!

Искорка понурил голову, опустив маленькие плечики. Всхлипнув, побрел прочь – так драконы вели себя, только когда были сильно подавлены и не желали прыгать, как обычно.

Эйдена охватило сожаление. Не стоило срываться на малыша. Но Искорка должен знать, что нельзя так уходить, это опасно!

– Да что с тобой такое? – воскликнула Сафира, встав перед ним.

Она пришла в ярость, и, увидев это, Эйден похолодел от страха. Он всегда видел ее исключительно жизнерадостной, а теперь она превратилась в бурю.

– Он же не нарочно! – отругала она. – Как ты мог накричать на него? Он же малыш! И теперь ужасно расстроен!

– Я…

– Он просто хочет твоего внимания, – продолжила Сафира, и у нее задрожала нижняя губа. – Он твой драконенок.

– Я никогда его не хотел, – тихо ответил Эйден. Он никак этого не ожидал, никогда об этом не мечтал, а потому никогда к этому не готовился. Он не знал, как все устроено. Сафире все давалось естественно, а ему нет.

Похоже, его слова еще больше расстроили Сафиру. Она покачала головой.

– Какой же ты неблагодарный, – сказала она с разочарованием. – Если не хочешь его, отдай тому, кто хочет.

Эйден думал, что так и поступил, когда передал Искорку Сафире для дрессировки и дал им время сблизиться. Но прежде чем он успел сказать об этом, Сафира подошла к Искорке и взяла его на руки. Чмокнула его в мордочку, успокаивая.

Эйден почувствовал себя ужасно, настолько, что не мог сойти с места. Он боялся, что его стошнит. И только когда Сафира убежала, он понял, что не должен был отпускать ее, когда она на него злится.

Он помчался за ней, но когда вышел из парка, ее уже и след простыл.

В горле встал ком. Эйден сел на поребрик, переводя дыхание. Внезапно у него возникло ощущение, что Дэнни ужасно в нем разочарован. Он чувствовал, что поступает неправильно по отношению к Искорке и все портит.

Он знал, что у него благие намерения, но никогда не умел их осуществить. В уме все казалось логичным, но не всегда воплощалось в реальности.

Однако Эйдену хватило ума понять, что он должен извиниться перед Сафирой.

Глава 9

Сафира вернулась в кафе вся в слезах, держа на руках ерзающего Искорку. Она поставила его на землю, пока пыталась дрожащими руками найти ключи в сумочке.

Но потом посмотрела на драконенка, который понурил голову, и ее сердце снова разбилось. Она вновь подхватила его на руки и поцеловала.

Позабыв про дверь в кафе, Сафира пошла к воротам, ведущим в сад на заднем дворе. В нем было грязно и тесно, особенно в вечерней темноте, но ей было все равно. Сафира села среди разросшихся кустов и сорняков, спряталась в зелени и тихо всхлипнула. А потом дала волю слезам.

Она уже плакала навзрыд, но даже не понимала почему!

Вечер с Эйденом проходил прекрасно, было приятно гулять с ним, болтать и наслаждаться красотой. А потом настал этот пылкий момент – боже, она чуть не упала в обморок, когда он поднес ее палец